"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

Горло Гарендота не двигалось под моей хваткой. Казалось, он не дышал. "Тот, кто умер в комнате наверху, не вернулся".

"Но ты не можешь быть уверен, - возразил я, - и ты не считал. Мои люди превосходят твоих в соотношении три к одному. Убей меня, и ты умрешь. Прямо здесь".

По какой-то неслышной команде шлем сокола открылся, и столь резким и внезапным было движение его металлических петель, что я отдернул руку, позволяя Сагаре выпрямиться. Его глаза под шлемом сверкали синим светом в их черной глубине. Эти глаза скользнули по платформе, остановились на двери, которая теперь находилась в сотне футов выше по склону над нами. Несколько латарранских солдат вокруг нас переминались с ноги на ногу, разглядывая друг друга и моих людей, которые застыли в ожидании. Со мной были Ирчтани и сьельсины, а кроме того, Кассандра - маэскол.

"Этого будет недостаточно", - произнес Вечный, его глаза все еще сияли своим собственным светом.

"Тогда сделай это", - сказал я, отступая назад.

Монарх никак не отрегировал на мои слова, и некоторое время единственным звуком был медленный скрежет грузового подъемника.

"Хватит!" Женский голос прорезал воздух между мной и Сагарой. "Мы не можем позволить себе сражаться друг с другом прямо сейчас. Мы отрезаны".

Я медленно повернулся от Монарха лицом к женщине, которая заговорила.

Это была Кассандра, конечно же.

Моя дочь сняла шлем и откинула косу своих заплетенных волос, чтобы посмотреть на меня суровым взглядом. Когда я ничего не ответил и не стал ей возражать, она обратилась к Калену Гарендоту: "Есть ли другой путь наверх?"

"Да", - ответил я, вспоминая садовую дорожку, по которой мы с Валкой так давно спустились в Сад.

"Мы не можем вернуться", - возразил Кален Гарендот. "Только не тогда, когда здесь останется Кхарн Сагара".

"Кхарн Сагара..." - заговорил один из латарранских солдат. "Мой Монарх, Полусмертный… сказал, что вы - Кхарн Сагара. Что он имел в виду?"

Гарендот уставился на мужчину. Звуки выстрелов из комнаты наверху прекратились.

Отбросив всякую осторожность, я набросился на простого человека, решив наконец сказать правду. "Ваш Монарх - клон, - заявил я, обращаясь к переполненному лифту, - копия того самого Кхарна Сагары, которого мы пришли убить".

Бедный солдат ничего не ответил, переводя взгляд с Гарендота на своих товарищей. Если я и ожидал, что в этот момент Монарх начнет действовать, выполнит угрозу, которую он озвучил в своем имитариуме, то меня постигло разочарование. Он просто стоял там, молчаливый и неподвижный, с мечом в золотой руке.

"Вас надули, всех вас", - сказал я драгунам. "Ваш Новый Порядок. Ваша монархия. Сама Латарра. Все это было маскарадом, фарсом, призванным вернуть вашего хозяина на его место. Он не заботится о вас. Ни о ком из вас! Он заберет свой дом и оставит вас на растерзание Империи и сьельсинам!" Говоря это, я повернулся, чтобы адресовать свои слова самому Сагаре: Калену Гарендоту. "Не так ли?"

Бледный огонь все еще мерцал в глубине нечеловеческих глаз Монарха, отбрасывая слабый отблеск на его высокие скулы. Он жаждал убить меня, настолько холодной и ядовитой была его ненависть. Но он не осмеливался. Не тогда, не там, в лифте. Не сейчас, когда положение вокруг него ухудшалось так быстро. Каким бы могущественным он ни был, мы были его лучшим шансом выжить, вернуть себе трон и положение в обществе.

И он это знал.

"Мой Монарх?" - спросил один из выживших драгун, но не тот, кто спросил первым. Он сделал неуверенный шаг к своему сеньору, склонив голову. "Вы… вы действительно Кхарн Сагара?"

Кален Гарендот не сводил с меня глаз. "Я тот, кем вы меня считаете", - наконец сказал он, вызвав шепот остальных - своих драгун и людей Империи.

"Они перестанут сражаться, Ичакта-до, - сказал сьельсин Эгазимн.

Рамантану зашипел на своего подчиненного, требуя тишины.

Еще один латарранец вышел вперед. Это был молодой человек, судя по его худобе, едва ли старше мальчика, но в тот момент он был храбрее многих великих королей людей, хотя, возможно, и не знал этого. Высоким, чистым голосом - голосом, который дрожал, когда он бросал вызов своему Монарху, - он спросил: "Это правда? То, что сказал Полусмертный?"

Кален Гарендот уставился на юношу, и столько силы было в его взгляде и холодной серьезности, что я был уверен: мальчик сломается под его взглядом. Но он не сломался.

"Неужели все это было ложью?" - спросил мальчик, говоря в тот момент за Лориана, за 2Мэйв, за каждого Сопряженного и Возвышенного, за каждого Экстрасоларианца, за каждого норманского беженца и покинутого пограничного лорда, которые искали у Латарры руководства. Защиты. Надежды. "Все?"

Бледный свет в глазах Монарха погас, и - невероятно - он улыбнулся. "Как тебя зовут, сынок?"

Драгун, должно быть, опешил в своем шлеме. "Паво, мой Монарх".

"Паво", - сказал Гарендот. "Боишься ли ты смерти, Паво?"

Думая, что это проверка со стороны его господина, мальчик ответил: "Нет, сир".

"А следовало бы", - сказал Кален Гарендот, бросив на меня быстрый взгляд. "Я да".

"Мой Монарх?"

"Здесь, на Воргоссосе, есть сила, способная повернуть смерть вспять. Жить вечно и даже возвращать к жизни мертвых. Ты знаешь легенды, которые рассказывают о Кхарне Сагаре? Об этом месте?" Мальчик кивнул. "Они правдивы. Когда-то я обладал этой силой. Я хочу вернуть эту силу. Марло говорит, что я использовал тебя. А какой король не использует своих подданных? Он говорит, что я брошу вас. Я бы хотел, чтобы наша мечта жила вечно, Паво. Подумай об этом: королевство, которое никогда не угаснет, которое никогда не увянет, которое никогда не попадет в руки ничтожеств. Я буду не просто монархом, а монархом Вечным. И ты всегда будешь рядом со мной. Таково обещание Воргоссоса. Вот почему мы здесь".

Хотя я и не поверил ему, но слушал тогда с изумлением. Исчез холодный, мертвый Сатурн; исчез яркий и гремящий Зевс. На их месте появился Александр - бог, ставший человеком. Свет, сиявший на его лице, когда он разговаривал с этими несколькими солдатами, был ярким и теплым, как летнее небо. Это был человек, за которым я мог бы последовать, если бы тогда стремился следовать за кем-либо. Тогда я увидел, кем мог бы быть Кхарн Сагара - и, возможно, когда-то был в древности - властным, милостивым, доброжелательным и мудрым. Каждое его слово казалось осмысленным даже мне - пусть только на мгновение,