Возвращение демонического мастера. Книга 12 - Антон Романович Агафонов

— Это долгая история, — задумчиво произнесла женщина.

Лорд сидела перед домом на деревянной лавке и наслаждалась безмятежным утром. Я ради этого разговора решил составить её компанию, а после меня, судя по всему, ждут тренировки с Аррой Шэнем, когда тот вернется. Он покинул дом ещё до рассвета, но Лорд сказала, что он скоро вернется. Я, разумеется, первым же делом попытался сбежать, но ничего не получилось, а раз так, то придется пока смириться и искать другую возможность уйти. Не будут же они меня вечно тут держать.

— Если коротко, то всё началось со смерти Мингара. Его убил Лорд Меча.

— Тот, кого хочет освободить Альянс Тени, — напомнил я.

— У них не получится. Для этого нужен особый ключ. Темница Вечной Тьмы — это последняя крепость Пусторожденных, но, на наше счастье, они не успели в ней укрыться. В любом случае, от неё существует только два ключа, и оба сейчас находятся у Лордов. Справедливости и Закона. И я готова поставить что угодно, что ни один из них не позволит заполучить эти ключи.

— А если это всё-таки случится? — настаивал я. — Вряд ли бы организация вроде Альянса Тени, возглавляемая самим Лордом Знаний, умнейшим человеком в мире, не имела плана.

— Возможно, — Лорд задумалась. — Может, мы что-то упускаем, но это оставим на потом. Ты же спрашивал о копье, и мы отвлеклись. Лорд Меча убил Мингара, после чего сменил титул на Лорда Смерти, и именно так началась Война Небес и Мрака, которая была самой кровопролитной и смертоносной войной со времен войны с Пусторожденными. И мой отец, к несчастью, тоже участвовал в ней, — она потупила взгляд. Мне хотелось расспросить о деталях, но пока не стал, куда важнее информация о копье. — И потерю сына Небесный царь воспринял очень болезненно, я бы даже сказала, ненормально болезненно. Мингар был не просто его единственным сыном, а единственным ребенком за все те тысячи лет, что он правил. Его смерть настолько травмировала царя, что он не смог его отпустить. Долгие годы он хранил его тело, надеясь однажды вернуть его к жизни, пока Лорды не исполнили его просьбу и не смогли привести Говорящую с мертвыми, Риосс Танэль. Она воевала на стороне врага, Легиона Павших, и мечтала уничтожить и Небесную столицу и весь мир заодно. Я помню её, безумная и смертоносная женщина, потерявшая смысл жизни — моего отца.

Эти слова породили у меня ещё больше вопросов, но я продолжал слушать.

— Даже скованная цепями она вселяла ужас. Я знала её прежде, в конце концов, она была моей мачехой, но я не знала ту женщину, которую привели к Небесному царю. Настолько горе изменило её. Пока она была в темнице, я пыталась с ней заговорить, но в её залитых безумием и жаждой крови глазах я не нашла ни крупицы прежней Риосс Танэль, — Лорд ненадолго замолчала, прикрывая глаза. Похоже, что прошлое до сих пор ранит её, несмотря на пройденные годы. Возможно, тут как у меня с Юл или Мирионом. Прошло так много времени, но шрамы прошлой жизни все ещё болят. — И тем не менее, Небесный царь не стал слушать предупреждений своих приближенных. Он захотел заручиться помощью Говорящей с мертвыми, чтобы вернуть к жизни Мингара.

— И с чего бы ей помогать ему?

— С того, что она тоже хотела вернуть своего мужа.

Кажется, я начал понимать, почему Аррой Шэнь до сих пор жив, но это было вопреки здравому смыслу.

— Но как это возможно? Как я понимаю, с момента гибели Мингара прошли годы.

— Как и с гибели моего отца, — кивнула Лорд. — Сила Говорящей с мертвыми поразительна, но и у неё есть пределы. Чем больше прошло времени со смерти, тем меньше шансов на успех. Есть, конечно, ухищрения вроде «ловушки душ», но это в любом случае нужно делать до, а не после смерти.

Про ловушку душ я отлично знал. Именно с помощью подобного артефакта и силы Юл Эй в двенадцатом витке раз за разом перерождались приговоренные. Весь город был одной большой ловушкой, и каждый день Юл с помощью артефакта возвращала их к жизни. Но рассказывать об этом Лорду не видел смысла.

— Эти два безумца, страдающие от горя, сошлись на том, что нужны друг другу. Риосс не могла вернуть своего мужа без посторонней помощи, а Небесному царю требовалась сила Говорящей с мертвыми. А итогом стала катастрофа, и на наше счастье, заниматься своими экспериментами они стали не в Небесной столице, а в третьем витке, там, где был Радриф. Я не знаю, что именно там случилось, практически все, кто участвовал в этом безумии, погибли, но факт в том, что Риосс Танэль распахнула полноценные врата в мир мертвых, чуть ли не слила его с нашим миром, и всё ради того, чтобы вернуть с того света возлюбленного.

Лорд ненадолго замолчала.

— И видимо, у неё это получилось. Я слышала истории о том, что отца видели потом, но я считала, что это все чушь и фантазии. Что же до Мингара, ему повезло меньше. Возможно, что-то пошло не так, возможно, Риосс изначально и не собиралась помогать Небесному царю и обманула его. Итог ты видел: Мингар превратился в безумного и очень могущественного злого духа. Столь сильного, что превосходил сильнейших воинов, а сам Небесный царь, поняв, что его обманули, убил Риосс в порыве гнева, что лишило нас возможности их запечатать. Все, что смогли сделать сильнейшие заклинатели, это временно сковать это чудовище, а затем возвести вокруг него сложную систему сдерживания. Она удерживала и его, и врата в мир мертвых под контролем. Гондри Радриф был назначен ответственным за эту темницу и со временем воздвиг вокруг него город. Очень быстро стало понятно, что злой дух не собирался просто так сдаваться и желал освобождения, но был найден выход. То, что в дальнейшем называли жатвой. Жертвоприношения.

— Получается, его кормили жертвами?

— Да, вначале это были просто преступники, свезенные с разных концов света, но приговоренные требовались Небесному царю для другого дела, так что их количество было ограничено. Тогда Гондри пошел иным путем: он превратил Радриф в бурлящий котел, полный противоречий, и с тех времен мало что изменилось.

— Значит, все те восстания и смертельные схватки на арене — всё это чтобы кормить