Последний из младшей ветви - Юджин Никитин

Кто из этих двоих, кто Белов не понял, потому что внимание его было сосредоточено на буравившем его взглядом Борисове. Судя по тому, что они оба из рода Борисовых и исходя из фамилии первого эти двое просто его вассалы или пешки, что в принципе объясняло их поведение. Невооруженным взглядом было видно, как они посматривают на своего старшего товарища в тройке. А еще Алексею стало понятно, что отношения в классе у него будут явно непростые.

Анатолий Сергеевич обратился сразу ко всем четверым:

— Я надеюсь, что это было простое недоразумение и вопрос на этом закрыт? Или у сторон есть заявления и жалобы?

Получивший отрицательные кивки от троицы он обратил свой взор на Белова — все же тот же был в своем праве. Не каждый день дворяне нападают прилюдно на другого дворянина втроем в грязной драке. А с таких ситуаций и скандал для школы можно раздуть не слабый с далеко идущими последствиями, да и вообще войны родов иной раз и с меньшего начинались. Так что не удивительно что все замерли, ожидая ответ от Белова на заданные вопросы.

— Жалоб, заявлений не имею. — формулировка идентичная произносимой на строевом плацу во время смотра подразделений в армии рассмешила Алексея, вызвав улыбку — буду считать это недоразумением и недопониманием.

Вызвав тем самым явное облегчение у учителя и у напарников Борисова. Анатолий Сергеевич обратился к Борисову

— Алексей Иванович, я так понимаю Вы с товарищами следовали в столовую — и получив утвердительный ответ продолжил — Ну тогда приятного аппетита вам троим, и не нарушайте больше дисциплину школы.

Направляемые учителем школьники развернулись и бросая недовольные взгляды на Белова двинулись в столовую. Явно что данная ситуация не разрешилась, и Алексей прекрасно понимал, что злобу на него затаили однозначно. Вот только не понимали еще ребятки из рода Борисовых что за фрукт Белов, и кто за ним стоит. Поэтому развернуться со всей своей дворянской ненавистью немного позже, когда поймут, что он один сам по себе, и никто не встанет ему за плечом на помощь. Нда уж сходил позавтракать в доброе весеннее утро как говориться. А еще пришло осознание того как ему повезло появиться в теле паренька, принадлежащего к потомственному дворянству. Был бы простым крестьянином или рабочим каким — точно забили бы как говядину. Как говорил там этот Борисов учителю — в своем праве. Плохо конечно, что кроме официального статуса ничего за душой нет. Да и в августе статус измениться, и ситуация ухудшиться еще больше. Об этом обо всем надо будет тщательно подумать на досуге. Из размышлений его выдернул голос учителя.

— Так, ну а мы с Вами молодой человек пойдем в медпункт. Слава Богу там сегодня Ольга Николаевна, так что нам всем очень повезло. Прошу за мной. — и спорым шагом двинулся по коридору. Не оборачиваясь к Алексею двинувшимся за ним, Анатолий Сергеевич на ходу инструктировал его спокойным менторским тоном.

— Ольге Николаевне скажем что Вы ездили за вещами в город и там с Вами произошли данные неприятности. Ольга Николаевна добрейшей души человек и крайне отрицательно относиться к таким мальчишеским забавам. Это скажем так ложь во благо всем, в первую очередь во благо Вам. — не дождавшись никакой реакции от идущего за ним молчаливого Белова продолжил свой монолог — Судя по тому, что Вы не назвали принадлежность к роду, за спиной рода у Вас нет. А Борисовы второй по значимости род в Буйском уезде, и, если Ольга Николаевна потребует разбирательств у директора школы пользы Вам в первую очередь это совсем не принесет. Так что надеюсь на Ваше благоразумие в полной мере.

Остановившись перед дверью с надписью на табличке «Медпункт» Анатолий Сергеевич вместе с произнесенной последней фразой повернувшись пристально посмотрел на Алексея. Получив от того утвердительный кивок с утверждением что слова учителя были приняты к сведению, он толкнул дверь и вместе с последующим за ним Беловым вошли в медпункт.

Помещение было достаточно большим для школьного медпункта, порядка метров шестьдесят квадратных, по правую руку были расположены четыре кровати с полотняными бежевыми шторками, делившими их на четыре бокса, по левую руку всю левую сторону занимали шкафы с документацией и препаратами. А прямо по центру от входа располагался большой стол с сидящей за ней стройной симпатичной женщиной, одетой в длинную пласированную юбку насыщенного коричневого цвета с шоколадным оттенком, кремовую блузку с высоким воротником а-ля жабо и накинутым поверх этого кипельно — белого халата. Густые ниспадающие до лопаток тёмно-каштановые волосы и золотисто карие глаза что тут же с интересом обратились к ним.

— Доброе утро Ольга Николаевна — начал учитель — я тут к Вам привел пациента.

Ольга Николаевна хмыкнула себе под нос — Какое же оно доброе Анатолий Сергеевич, если в субботу утром у меня пациент? — и продолжила пристально рассматривать прибывших.

— Вот Белов Алексей Николаевич, наш новый ученик. Прибыл вчера переводом из Тобольска — вот этому знанию Алексей удивился, до этого учитель ни полслова не обмолвился что знает за Белова хоть что-нибудь. Но, наверное, появление ближе к окончанию учебного года учеников это настолько здесь неординарное событие что у всех на устах. Это надо будет учесть при обдумывании. Тем временем учитель продолжил.

— Видите, юноша не знаком с реалиями нашего городка и во время прогулки нарвался на неприятности. Окажите любезность, помогите ему по мере сил. А я вынужден Вас оставить, дежурю в столовой и боюсь, что порядка там сейчас нет в мое отсутствие.

Обозначив кивком головы поклон Анатолий Сергеевич, не дожидаясь ответа покинул медпункт, оставив Алексея стоящим перед медсестрой или доктором, по крайней мере Белов это для себя еще не определил.

Ольга Николаевна встала, оказавшись на две головы выше него, отчего непроизвольно взгляд парня уперся в бюст, скрытый блузкой, но как промелькнуло в голове не менее третьего размера. С силой отогнав от себя мысли характерные для пубертатного периода Белов перевел взгляд на лицо женщины. Уже с более близкого расстояния он увидел легкие морщинки в уголках глаз и оценил пухлые губы подведенные бледно розовой помадой. На вид ей было по прикидкам Алексея около сорока пяти, сорока семи лет. Ровесница усмехнулся он про себя, красивая в своей миловидности и ухоженности. Встрече с такой в прошлой жизни он был бы весьма рад. Возможно что-то такое мелькнуло в его взгляде потому что женщина в