Последний из младшей ветви - Юджин Никитин

революции. В общем тем для молчания просто огромное количество. Вот на каждом шагу надо молчать и не брякнуть что ни будь неожиданное, чтобы за ним из Синода или царской охранки не пришли по предрассветной мгле в какое ни будь утро.

Алексей остановил себя снова. Хорошо, что со стороны никто не наблюдает. А то говорящий сам с собой мальчишка — не лучший образец для подражания.

Итак, что мы имеем? С самим парнем и его физическими кондициями все понятно. С магией ничего не понятно и смысла особо углубляться сейчас в этот вопрос нет. И так проблем хватает выше крыши, а до инициации еще четыре месяца которые необходимо прожить — при чем из них два в процессе школьной жизни. Потом еще август будут длиться каникулы. И останется еще целый школьный год, во время которого одаренные детишки без вариантов будут само утверждаться за счет кого? Правильно — за счет тех, кто слаб сам и у кого поддержки нет как таковой. Плюс ко всему потеря потомственного дворянства скажем так явно скандал, пусть даже местный — но скандал. Это привлечет разнообразных шакалов и гиен, уж этого зверья среди подростков всегда просто огромное количество. Особенно при условии безнаказанности. Как партнёр личный дворянин Алексей Белов не будет интересен никому кроме простолюдинов. А значит останется один на один с окружающей средой. Причем окружающая среда априори будет враждебна для него.

По окончании школы идти на военное поприще не хочется. Остается всего один вариант для личного и бедного дворянина — государственная служба. Стать чиновником, чтобы иметь хоть какую-то опору и защиту. Это у потомственных есть еще третий вариант — получить вотчину и жить за счет нее. Там и о семье можно подумать. Понятно, что из среды потомственных дворян вряд ли кто позволит забрать жену, но на них свет клином не сошелся. В общем и целом, задачи ясны, но не просты.

Во-первых, стать физически сильнее. Во-вторых, придется учиться изо всех сил, чтобы рассчитывать на возможность поступления в институт или университет с государственным обучением. Конечно это автоматически контракт на службу в течении десяти лет в государственных структурах, но вряд ли за школьный год ему удастся заработать себе на обучение без обременений. А если выбирать кому быть должником — государству или какому ни будь роду — выбор очевиден. С государством можно даже пофилонить при необходимости. Тем более служба эта будет гражданская, с нормированным рабочим днем как говориться. И возможно с отпуском. На ближайший год благодаря матушке мальца ему не придется задумываться о крыше над головой и пропитании. Так что этот год придется провести с максимальной эффективностью по всем направлениям. Учеба и физические нагрузки. И конечно выжить в змеином гнезде, называемом дворянская школа. Можно конечно попробовать что-то полезное изобрести. Вопрос лишь в том, что именно может нести прикладную пользу и не выстелить дорогу Белову на эшафот. Отмазаться как Ньютон что ему упало на голову яблоко, и он прозрел вряд ли прокатит в здешнем обществе. Ох чует его сердце Архимед точно был попаданцем как минимум из другого времени. Интернета здесь нет, мобильной связи тоже. Телеграф точно имеется — это он помнил с памяти мальца. Они с мамой ходили на телеграф за несколько дней до той само поездки на дирижабле из Тобольска в Кострому. Наверное, Анфиса Львовна согласовывала поездку в Молитвино заранее, иначе зачем бы еще им туда ходить.

Правда сомнения насчет учебы одолевали Алексея с первого же момента. Обязательными предметами для школьников были: арифметика, основы геометрии, чистописание, история, география, русский язык и литература, Закон Божий, рукоделие, гимнастика. А еще естествознание что преподавало, судя по оглавлению — «главнейшие понятия из естественной истории и физики, относящиеся к домашнему хозяйству и гигиене и общему пониманию мира». А еще латынь была обязательной. Языки французский и немецкий не относились к обязательным предметам, но по ним был факультатив, который приносил большое количество общих баллов.

На уроках русского и литературы особенное внимание уделялось искусству выражать собственные мысли — не только грамотно, но и последовательно, а по возможности — и красиво. Был еще дополнительный спецкурс для девушек. Девушки слушали лекции о методах преподавания и воспитания, проходили педагогическую практику. Все для семьи, как говориться.

А вот для парней с самого начала старшей школы — с восьмого класса преподавали фехтование. Отстаивание чести всё еще в ходу для благородного сословия. И судя по всему здесь для Белова, как и в латыни предстояли явные сложности. Ему точно устроят проверки по всем предметам. В общем понедельник будет явно тяжелым днем.

В выпускном классе после инициации прибавиться несколько предметов связанных с магией. Но опять же по воле судьбы голова у него от этого болеть не будет.

Надо будет еще заранее подумать о гормональном фоне и борьбе с ним — никаких сомнений в том, что это вскоре станет проблемой для подросткового тела у Алексея не было. Во-первых, помнил еще себя в это время юности, а во-вторых это было очевидно с точки зрения прожитых лет. И вот с этим скорее всего возникнут определенные сложности. О том, чтобы смотреть на школьниц и речи не было. Кроме определенных прагматических ограничений в попытках соблазнить представительниц благородного общества, ведь из-за этого можно было и голову сложить и не обязательно только дурную, но и вполне реально просто лишиться головы и жизни за посягательство на их честь. Была еще и моральная проблема — ну не мог он представить себе страсть к ним. Слишком уж они молоды для Алексея старшего. Сама возможность такого, рисовала его в своих глазах жутким педофилом. Белова аж передернуло. Придется ждать пока им не минет хотя-бы лет этак восемнадцать. Тут уже моральных ограничений не будет.

Значит останется лишь искать полюбовницу постарше, и вот здесь уже ситуация будет обратной. Мало того, что ему еще даже шестнадцати по факту нет. Так и выглядит он сейчас лет на четырнадцать от силы. Остается, наверное, единственный вариант, хоть этого и не было в памяти мальца, но были какие-то отрывочные знания у Алексея старшего — дома терпимости. Правда непонятно как это обстоит в этом мире, по крайней мере в мире Белова старшего в дореволюционной России они были. Он горестно вздохнул, подумав о том, что, наверное, у многих дворян с усадьбами и прислугой скорее всего есть гувернантки готовые помочь отроку с житейскими трудностями. Но это не его вариант. Нет у него такого