Последний из младшей ветви - Юджин Никитин

Никита Владимирович, будь добр — побудь для нашего новенького провожатым, покажи ему библиотеку и столовую, — дождавшись кивка мальчишки, продолжил: — В библиотеке возьмите необходимые для обучения учебники и проводи Белова до общежития. В общем, покажешь ему всё.

И Андрей Степанович явно потеряв интерес к Белову вернулся за преподавательское место. Под любопытствующими взглядами оставшихся школьников Белов вслед за Никитой двинулся из класса.

Никита оказался болтливым и очень любопытным мальчишкой, и Белов старший давным-давно отвыкший от школьной непосредственности и таким расспросам, просто на просто был ошеломлен тем потоком вопросов и рассказов что на него обрушил черноволосый одноклассник. И если с этой стороны от Никиты был только вред в виде дезориентации и головной боли, то с другой стороны благодаря ему Алексей за полчаса совместных походов по школе познал дзен — узнав о школе, наверное, все что может понадобиться ученику. И можно было только говорить провидению спасибо за эту благодать.

Сначала они сходили в библиотеку где убелённый сединами старик библиотекарь выдал Алексею учебники на оставшееся время учебы и писчие принадлежности с тетрадями. Благо дядя, — уже бывший дядя, оплатил столь необходимый базовый минимум. В базовый минимум кстати вошло и питание. Если бы это было не так, то Алексей даже не представлял, чтобы делал тогда. Голодать ему в 95 году пришлось как-то несколько дней, причем именно голодать — когда есть просто нечего, и с тех пор привычка чтобы в холодильнике всегда были продукты укоренилась в нем. Вспомнилось что холодильников сейчас здесь нет от слова совсем и лишь усилием Белов от себя отогнал чувство тоски.

Столовая представляла из себя достаточно большое помещение на первом этаже левого крыла. Несколько рядов столов, раздача с поварихами в белых халатах, хотя скорее в белых нарядах, чем в халатах. В правом углу окно для грязной посуды и несколько дежурных воспитателей контролирующих прием пищи. Слишком похоже на школы Алексея старшего из светлого прошлого. Школьников из-за того, что шел урок практически не было — только несколько человек сидели за дальним столом у окна, так что Алексей с Никитой взяв подносы получили обеды и спокойно перекусили. Кормили кстати достаточно неплохо, сытно и качественно. Без изысков, но главное, как подумалось Алексею — что продукты никто не воровал, по крайней мере сильно. По крайней мере наваристый куриный суп, нормальная такая отбивная из телятины с запечённым картофелем и густой кисель явно говорили именно об этом. Хорошо, что во время еды Никита молчал, никогда еще так Белов не радовался воспитанию в дворянских семьях. После обеда Попов указал куда дальше идти Алексею в общежитие и отчалил по своим делам.

Вот в чем был уверен Белов после общения с Никитой — что в течении получаса о нем узнают все, даже те, кто просто окажутся рядом с Поповым, не говоря уже о заинтересованных лицах. Наверное, это плата за полученную от него информацию и ничего с этим уже не сделаешь. По крайней мере можно сказать точно — то что Алексей явный жизненный аутсайдер и без двух месяцев как потерявший потомственное дворянство человек станет известно быстро. Так что высшего света школы ему точно не видать.

Рядом со школьным корпусом находилось несколько жилых зданий и маленький школьный сквер с открытым стадионом. Небольшой двухподьездный трехэтажный дом предназначался для школьников из числа потомственных дворян уезда. Правый подъезд был предназначен для парней и левый подъезд соответственно для девушек.

Место будущего обитания его благородия Алексея Николаевича выглядело как пятиэтажное длинное здание из белого кирпича. Первый этаж был предназначен для проживания рядового персонала школы. Второй и третий этаж были мужскими. Четвертый и пятый соответственно для девушек. Вход на четвертый этаж был ограничен дополнительной проходной чтобы не допустить малейшего поползновения со стороны мальчишек в их сторону. Как говориться честь надо блюсти с молодости и к этому здесь относились максимально серьезно. Кастелян на первом этаже выдал Алексею ключ от комнаты номер 327, то есть от 27 комнаты на третьем этаже. Небольшая комната с двумя кроватями и отдельным санузлом с унитазом, раковиной для умывания и душевой кабинкой из грубого толстого стекла. Чувство усталости при виде кровати накатило и заставило Белова просто рухнуть на кровать не раздеваясь. Алексей лежал и смотрел в потолок пытаясь обуздать мечущиеся в голове мысли.

Школа в подавляющем большинстве имела учеников дворян, и как понял Алексей из услышанного — простолюдинов здесь было максимум два — три на каждый год обучения. Редкий скажем так случай. Хотя если брать личных дворян — а их не меньше половины учеников школы, то можно смело сказать, что сословие простых людей давало очень немалое количество одаренных людей Империи. Ведь личный дворянин — это пожизненное дворянское звание в России, полученное за личные заслуги и не передающееся по наследству. Введение этого института — инициатива ещё Петра I, который как ни странно здесь в истории тоже был, и именно он многое изменил в жизни привилегированного сословия. В категорию личные заслуги попадали не только личные деяния на различных поприщах, но и пробуждение магического дара. Установлено что обладатель дара имеет особые права и особую ответственность. И особую категорию.

Петр I вообще в корне изменил роль дворянства в обществе. При нем дворянское звание обретало вес, только если его обладатель нес государственную службу и самое главное обладал магическим даром. В 1712 году было утверждено преимущество офицеров и магов перед неслужилым дворянством. Да и сам состав дворянства расширился. Звание это теперь жаловалось за заслуги перед Отечеством выходцам из других сословий, в том числе и «низким». Император окружал себя сподвижниками незнатного происхождения и иностранцами, привлеченными им на службу. Словом, в Петровское время значение личной выслуги почти вытеснило принцип знатности происхождения. Это и подготовило почву для появления личного дворянства, что было официально введено Табелью о рангах, обнародованной в 1722 году. Этот документ представлял собой таблицу, содержащую перечень соответствий между военными и гражданскими чинами, распределенными на четырнадцать классов. Фактически в Табели закреплялось получение дворянского чина человеком любого недворянского сословия, который стал обер-офицером, то есть дослужился до младшего офицерского чина, что теперь соответствовало девятому-четырнадцатому классу.

Что касается гражданской службы, то уже самый нижний гражданский чин давал право на личное дворянство. И, конечно, оно жаловалось героям, получившим определенные ордена, а также могло быть обретено вследствие особой монаршей милости. Так что обладатели магического дара вписались в это повествование достаточно органично.

Первоначально личное дворянство присваивалось всем табельным чинам. Это было сделано