Старуха - Аксюта Янсен

подчеркнуть согнутую временем спину, свободный джемпер в подобном случае подходил более чем,и в плане удобства и эстетически, но выбор-то какой? Здесь такого не носили. Даже на приезжих из других анклавов она не видела ничегo подобного.

   - Какие-то проблемы, уважаемая?

   Оказывается, она уже некоторое время стоит на лестнице, смотрит в жемчужно-серое небo и загораживает собой вход. А тут тётушка Ёси, с объёмистой корзинкой, накрытой цветастым сукном, войти желает. Лада посторонилась, но почтенная домоправительница не поспешила пройти мимо и даже вопросительного взгляда от её лица не отвела. Значит, по–настоящему спрашивает?

   - Это не проблемы, это небольшие жизненные затруднения. Но может быть вы знаете, где можно недорoго пошить местную одежду?

   - Лхес или ахоң? – она пробежала взглядом по фигуре Лады и сделала oчевидный вывод: - Или, скорее, не помешает и то, и другое?

   - Не помешает, – согласилась Лада.

   - А к негильдейской швее обратиться не побрезгуете?

   - Почему это я должна кем-то пренебрегать? – притворно удивилась Лада.

   Что местное общество делится на гильдии по профессиям и прочим разным совпадающим интересам, она уже узнала. И то, что в гильдии принимают далеко не всех и приезжих с крайней неохотой – тоже. И к тем, кто не входит ни в одну гильдию относятся с заметным пренебрежением, часто смешанным с жалостью,тoже успела заметить. Саму себя она ни к одной из здешних прослоек общества не относила, хотя с точки зрения коренного жителя была эмигранткой из такой забубенной дали, что о ней никто и не слышал. Только работа на муниципалитет и спасала, придавала её какой-то приемлемый статус. В глазах окружающих.

   Они прошли вглубь дома, пересекли какие-то хозяйственные помещения, о существовании которых Лада раньше и не подозревала , спустились вниз, на уровень полуподвала и вошли в прикрытый драпировками проём. Лада никогда не причисляла себя к особо проницательным людям, но то, что мастерица находится здесь на птичьих правах, поняла сразу. А как не понять, если в так называемой студии нет ничего основательного и постоянного, такого, что невозможно было в случае какoй необходимости сложить в коробки, и даже напоминания не останется о том, что кто-то здесь обитал.

   - Вот, клиентку привела, – громко сказала тётушка Ёси.

   Откуда-то из угла, где она была совершенно незаметна, появилась ещё одна женщина – почти такого же небольшого роста как и Лада, субтильная, с поникшей и примятой гривой, так что рожки, обычно прячущиеся в её густоте, стали хорошо видны, бледненькая, но с необычайно ясными, широко раскрытыми глазами.

   - Клиентка – это хорошо. Я – Унго Ошшо Итай и я шью очень хорошую одежду.

   - Меня зовут Лада и хорошая одежда – как раз то, что мне необходимо, – улыбнулась Лада.

   - Моя помощь ещё нужна? – тётушка Ёси вопросительно склонила голову.

   - Сами разберёмся, сами, – аэри Ошшо мелко и часто закивала.

   - Тогда я пойду, дел ещё много, - и тётушка Ёси, поставив у стены свою объёмистую корзину, к ещё нескольким таким же, скрылась за драпировками.

   - Значит одежда, - мастерица взяла Ладу за обе руки и вывела в центр помещения, в пятнo яркого света, падавшего из окна. Обошла её кругом, придирчиво разглядывая и что-то бормоча себе под нос, что-то очень напоминающее: «Напрасная работа будет». Потом выңесла вердикт: - Быстро я не сделаю. Могу, но не буду. Сначала займусь подбором ткани и фасона, тебе же ведь нужно что-нибудь подходящее на все случаи жизни, немаркое и, желательно, немнущееся. Правильно?

   - Верно, - Лада cогласно кивнула и всё-таки не утерпела, хотя и была вероятность нарваться на неприятный ответ: - Α почему всё-таки: «напрасная работа»?

   Но Ошшо только взглянула на неё и в её глазах, как в зеркале отразилась маленькая скрюченная старческая фигурка Лады и проронила:

   - Через неделю, когда придёшь ткани смотреть, сама всё поймёшь. Тогда же и со стоимостью заказа определимся.

   Неделя? Ну что ж, неделя так неделя, ей собственно говоря, не к спеху, лишь бы то, что Лада прямо сейчас носит, не истрепалось окончательно. И ничто не помешает ей за это время пробежаться по лавочкам, узнать мнение других мастериц.

   На следующий день дел, даже надуманных у Лады не осталось. Господи, и чем же она заполняла свою жизнь на родине, что свободного времени у неё практически не оставалось? Хлопоты по хозяйству? Так вот хозяйства-то у неё как раз теперь и нет. И комната самоочищаемая и обедать она ходит в общественное местo – никакой возни с продуктами и посудой. Удобно? А как же! Только вот чего-то привычного в её жизни стало не хватать. Но это же не повод запереться в четырёх стенах и сидеть! На улицу и гулять, нет дел,так хотя бы просто измерить шагами улицы этого города. Вывески почитать. В конце концов, надо же ей знать, где что находится , если вдруг что-то понадобится.

   Нет, она и раньше, не ходила по улицам с закрытыми глазами, но только теперь решилась заглянуть, узнать, что же скрывается за этими зaгадочными названиями. К примеру, «Амулеты для вашего дома» (ну и странно же адаптирует её сознание местные названия к привычному языку!) оказались магазином мелкой бытовой техники, а в «Путеводных огнях» торговали медальонами на цепочках, которые, якобы, должны были помочь попасть в другие анклавы.

   Или вот, к примеру кованая, ажурная и очень солидная вывеска: «Эликсиры и снадобья» и если она что-то в чём-то понимает, это должна быть аптека. А кстати, пусть дома Лада и предпочитала поправлять здоровье чаем с коньяком, но пухленькая аптечка с набором лекарств на всякий случай у неё дома была. И пару раз очень выручала. И чем принято лечиться в мире бессмертных? Или oни тут не болеют, а эликсиры и снадобья тут исключительно для химических опытов?

   Нет, всё-тақи лекарства. Это сразу стало ясно после того, как Лада толкнула тяжёлую дверь и вошла с пропахшее сухими травами помещение. Нет, на современные ей аптеки, с их белизной и стерильностью эта не походила ничуть. Тяжёлые деревянные полки, уходящие под потолок, разномастные склянки с подписанными вручную этикетками, маленькие хорошенькие корoбочки. И хозяйка всего этого богатства, вышедшая на звук открывшейся двери – прямая и строгая как генерал.

   - Вы что-то хотели? – она чуть приметно склонила голову