Часовщик 4 - Константин Вайт

– Всё это осталось в прошлом. Я теперь другой человек, и у меня своя новая жизнь, – твёрдо произнёс я. Адик молча кивнул, принимая новые сведения и мою позицию.

– Так что там за статьи? – Он достал планшет и углубился в чтение.

Я расслабленно сидел за столом, ни о чём не думая.

– Вот, – Адик подвинул мне планшет, – о тебе пишут, если коротко. Всякие гадости. Ну и Колычеву досталось.

Пробежался взглядом по статье.

Журналисты не просто раскопали информацию обо мне, а ещё и подали её в таком ключе, что я смотрелся настоящим мошенником, которого невинный блогер поймал на горячем. Благодаря заступничеству Колычева и каким-то таинственным покровителям на блогера завели дело, а я вывернулся. Журналист задавался вопросом, мол, что меня связывает с Колычевым? Почему он не избавился от меня, оставив в статусе ученика, да ещё и перевезя в свой город? Подано это было так, что невольно возникали мысли, будто я у меня на мастера что-то есть.

Дальше больше. Журналист начал петь дифирамбы гильдии прикладной магии, которая вовремя обратила внимание на мою заявку. «Зачем Колычеву понадобилось заявлять о начале выпуска целительского артефакта, да ещё через авторство своего ученика? Ну кто поверит, что шестнадцатилетний молодой человек, который только пару месяцев отучился в школе магии, способен создать подобный артефакт?» При этом гильдия магов не отрицает самой возможности изготовления артефактов с целительской руной.

Ещё прошлись по Колычеву, назвав его алчным и жаждущим славы человеком. Но не напрямую. Тут был список его достижений, в котором фигурировали сплошные неудачи. Баллотировался на должность главы гильдии магов, но побоялся позорного проигрыша и снял свою кандидатуру с выборов. По словам журналиста, в заслугу мастеру можно поставить лишь то, что он получил по наследству знание нескольких рун, которые активно использует на протяжении всей своей жизни. Сам не создал ничего, не принёс никакой пользы, а денег за свою работу требует просто неприлично много.

– Удивительно, что Колычев лишь пять минут кричал в трубку, – сделал вывод Адик, который стоял за моим плечом и читал вместе со мной статью, – напиши кто обо мне такое, я бы неделю рвал и метал.

– Ты, скорее всего, поехал бы бить морду журналисту, – я кинул взгляд на Адика, – собрал бы друзей, и вперёд!

– Так и было бы, – согласился он.

Я посмотрел на часы. Мне сегодня в школу к третьему уроку. А вот Адик первый уже пропустил, а мы даже не позавтракали.

– Одевайся, поедем в кафе. Позавтракаем и выпьем хорошего кофе, – я поднялся со стула и потянулся, – всё это ерунда. Пошумят и забудут. Моё дело делать хорошие артефакты. А на гильдию и журналистов плевать.

– Нравится мне твой настрой, уважаю, – Адик хлопнул меня по плечу, одобряя прозвучавшие слова, – быстро ты пришёл в себя.

– Будем решать проблемы по мере их поступления. Продажи всё равно ещё не открыты. Где-то у меня был номер Бориса Борисовича, позвоню, пообщаюсь с ним. Говорят, он весьма уважаемый целитель. Да и вообще... сколько я этих артефактов могу реально выпускать? Десять-пятнадцать штук в месяц. Неужели на такой объём не найдётся покупателей?

– Найдётся. Ещё и в очереди будут стоять. Тут же как? Собака лает, караван идёт. Может оказаться, что это статья станет лучшей рекламой твоего артефакта. В любом случае, теперь о тебе знает немало людей, а ведь ещё вчера никто из них не слышал имени Максима Андера.

В школе учёба шла спокойно до последнего урока, на котором в аудитории собрались все три класса. Рядом со мной села Полина. Вскоре к нам подсел княжич Виктор.

– Ты за последние полчаса стал звездой класса. Да что класса? Всей школы! – обратился он ко мне под удивлённым взглядом Полины.

– А что случилось? – тут же поинтересовалась девушка.

Не дождавшись моей реакции на своё заявление, Виктор начал рассказывать Полине последние новости, почерпнутые из жёлтой прессы.

– Пишут, что Максим мошенник. Он выдавал себя за мастера-рунолога и брал с людей деньги вперёд. Набрал многие тыщи и сбежал из Подольска. Его приютил мастер Колычев. Он у него отобрал все деньги и взял клятву на крови, обязав служить Колычеву до скончания дней своих за сто рублей в месяц.

– Бред какой! – не выдержав, фыркнул я.

– Говорят, дыма без огня не бывает! – многозначительно произнёс княжич.

– Это правда? – Никогда не считал Полину настолько доверчивой.

– Кто вообще может поверить в подобную чушь? – Удивительно, как писаки всё переврали. Вряд ли Виктор выдумал это на ходу.

– Тот, кто тебя плохо знает. И лично не знаком с Колычевым. Думаю, в гильдии магов мало кто поверил, – успокоил меня Виктор, – но есть ещё и те, кто везде ищет заговоры. А ещё те, кто верит во всё, что пишут в газетах.

– Ты знаком с Колычевым?

– Конечно, – важно кивнул княжич, – он иногда приезжает к моему отцу. Так что в подобную чушь я совершенно не верю.

– Полина? – Я посмотрел на задумавшуюся девушку. – Только не говори, что ты во всё это поверила.

– Нет! – Она активно замотала головой. – Но ты странный. Много знаешь. У тебя свой дом. А ведь ты из интерната. У кого из наших ровесников есть свой дом? К тому же, с тобой живёт какой-то бандит.

– Не надо так об Адике. Он очень вежливый и учится в университете!

– Извини... просто сказала о своём первом впечатлении. Он на меня так глянул в коридоре, что я испугалась.

– Фи, Виктор! Как ты можешь сидеть рядом с таким отребьем? – Мимо прошли две девушки из 1 «А» класса. – Он же ещё и обманщик!

– Рот закройте, курицы! – Виктор привстал с места. Девушки быстро юркнули на свои места.

– Это было грубо, – осудил его я.

– Поживи с тремя сёстрами, и не такому научишься! По-другому не понимают, – он махнул рукой. Похоже, я затронул больную тему.

После школы мы с Адиком пришли на занятие в бойцовский клуб. Занимались, как обычно, вдвоём. После занятия ко мне подошёл тренер:

– Тут ходят слухи, что ты можешь изготовить лечебный артефакт, – спросил он в лоб, слегка прищурив глаза, – у меня