Цифровой призрак - Николай Некрасов

Я всегда знал, что боль — это неплохо. Не самое худшее, что можно чувствовать. Если тебе больно, значит, ты еще жив. И иногда боль даже помогает — раззадоривает, заставляет действовать. У меня вот благодаря ей — боевой режим активировался. А еще она приводит в действие «Злость», что неплохо увеличивает силу, с которой я могу вдарить противнику. А это как раз очень кстати, ведь некоторые абилки притупляются алкоголем.

Еще не до конца разогнувшись от удара под ребра, я бросился на мужика и повалил его на барную стойку. К несчастью, это сыграло ему на пользу — он уперся спиной и пнул меня в живот. Я отлетел назад, свалил несколько деревянных стульев. Упасть мне не дал стол, который под тяжестью моего веса с отвратительным скрипом проскользил по полу.

Визгу поднялось еще больше. Кто-то из толпы завопил «Вдарь ему!» и присвистнул. «Костюм» под звуки подбадривания бросился на меня.

— Ну, давай! — рявкнул я и подхватил стоявшую на столе стеклянную пивную бутылку.

Звук, с которым она прилетела ему по лысине, я бы мог назвать самой приятной мелодией за весь вечер, но в этот момент заиграл припев песни «F*** You I’m Drunk». Если есть что-то, способное подбодрить меня в драке лучше, чем боль и злость, то это песни группы Dropkick Murphy’s.

К моему удивлению, удар по голове не только не вывел мужика из игры (он, казалось, удара вообще не заметил), но и спровоцировал крикуна из толпы на очередное «Вда-арь!»

Нужно было срочно избавиться от «костюма», ведь когда его дружки прорвутся из соседних залов через зевак — может прийтись туго. Вдруг у кого-то из них есть пушка или шокер.

«Костюм» схватил меня за грудки, встряхнул и ударил со всей дури кулаком в челюсть. Если б не повышенная защита в боевом режиме, звездочки перед глазами могли бы превратиться в свет в конце тоннеля.

Следующее, что я увидел, это как с барной стойки разлетаются бокалы — я тараню их своей физиономией. «Костюма» я явно недооценил. Под наркотиками он, что ли?

Проехав моей щекой по столешнице, он на секунду ослабил хватку. Этого мгновения мне хватило, чтобы вывернуться и отпихнуть его.

Он опять бросился на меня, а я не нашел ничего лучше, кроме как заорать:

— Стоя-ать! — и шепотом добавил: — Собака сутулая…

И он замер. Как в детской игре, когда нельзя шевелиться, если на тебя смотрит ведущий. Застыл и уставился на меня каким-то ошалелым взглядом. А потом дернулся, словно через силу. Совсем немного: едва заметно дрогнула рука и чуть согнулась нога в колене. Во взгляде читались недоумение и злость.

— Стоять! — опять рявкнул я, и в этот раз, не желая терять ни секунды, бросился к выходу.

* * *

Не знаю, применил ли я подавление воли или случайно активировал какую-то способность — разбираться было некогда. Лишь в одном был уверен наверняка — такое на моей памяти впервые. Я мог обманывать девочек из шаражек по выдаче денег, мог запудривать мозги кассирам или официантам, но, глядя в глаза, приказать человеку не шевелиться или сделать что-то, чего он не хочет, никогда не умел. Да что там! Я даже не думал, что такое возможно. «Костюм» ведь точно понимал, что происходит, это читалось в его глазах. Он все осознавал, но сдвинуться с места не мог. Скорее всего, когда я выбежал, его «разморозило», но мне вполне хватило этого времени, чтобы дать деру.

Забежав за угол, я вытащил телефон, чтобы проверить, на связи ли еще незнакомка. Экран блеснул паутинкой трещин, и я выругался. Недолго прожил Юркин подарочек.

— Ты тут?

— Да. Видишь арку напротив? — Моя собеседница сохраняла деловой настрой.

— Ага.

— Ныряй в нее, — скомандовала она, и я подумал, что ей ведь это нравится. Вести меня, указывать, что делать.

— Это же тупик! Они зажмут меня в подворотне, как крысу в клетке. — Я выглянул из-за угла. «Костюмы» приближались. И видимо, разделились, потому что в моем направлении бежали двое: лысый из паба и какой-то помоложе и посубтильней.

— Там нет тупика, ты пробежишь насквозь через дворы. Упрешься в решетку, она не заперта.

— Ты увере…

Она меня перебила:

— Да беги ты уже! Некогда трепаться.

И я побежал. Арка была на противоположной стороне дороги. Мне нужно было добраться до перехода — останавливать автомобили силой мысли я не умел, а рисковать своей шкурой и ломиться через поток с воплями «Стоять!» в надежде, что они остановятся, как остановился несколько минут назад лысый «костюмчик», было слишком самонадеянно.

Я лавировал между размеренно идущими людьми, слыша возмущенные вопли и даже ловя посылаемые мне в спину проклятия. На переходе я взял левее и даже почти никого не сбил. Заветная арка была уже не за горами.

Я не фанат бега, но кое-что из способностей успел разучить. Применил почти инстинктивно, не задумываясь.

Применена способность «Порыв ветра».

Захотел бежать быстрее ветра и побежал. Всего секунд на десять, но побежал. Как вспышка. Шустрый, неуловимый. Обернулся назад на одно мгновение, надеясь обнаружить преследователей еще на другой стороне улицы, но молодой почти не отставал от меня.

Какого хрена? Легкоатлет ты долбанный!

Зато второго не было видно, либо отстал, либо… Либо помчался куда-то в обход или за тачкой.

Я выругался сквозь зубы. Проскочил между заболтавшимися девушками, не заметившими, как я несусь прямо на них. Одну случайно задел плечом, и у нее из рук выскочил стаканчик с кофе, крышка отлетела в сторону, девушка обожгла руку и проорала что-то мне вслед. Мне тоже обожгло запястье, и я обернулся выкрикнуть неловкое «прости».

Мой преследователь мчаться следом. И второй тоже! Лысый явно уступал молодому в скорости — он только перебегал улицу. Но это было хорошо, теперь я точно знал, что не нарвусь на него, вбегая во дворы.

Я применил «Порыв ветра», но теперь всего на пять секунд — дольше было нельзя, «штраф» за слишком короткий интервал перед использованием одной и той же способности. Метнулся в арку, должен был от него оторваться, но почувствовал, как молодой «костюмчик» уже пытается ухватить меня за куртку — пальцы соскользнули по ткани.

Я решил рискнуть. Налетел на капот машины, припаркованной во дворе, оперся об нее и пнул летящего