Случайная жена палача - Дмитрий Арден

— Ваша метка! — Саймон схватил меня за плечи. — Магия Братания! Вы должны коснуться его! Ваша связь — единственный якорь, способный приглушить Зверя!

«Коснуться его? Да я сгорю заживо!» — панически завопила моя рациональная часть. Но времени на раздумья не было. В дальнем конце зала уже выстраивались люди в серых плащах — Инквизиция. Они поднимали свои посохи, концентрируя боевую магию.

Я сжала зубы, отгоняя страх, и шагнула прямо в эпицентр жара.

— Кассиан! — я упала на колени прямо на трескающийся мрамор. От жара подола моего бархатного платья начал тлеть.

Он не слышал. Он глухо рычал, раскачиваясь из стороны в сторону, его золотые, пустые глаза смотрели сквозь меня.

— Марго, осторожнее! — крикнул Саймон.

Я не стала медлить. Стянув с левой руки воображаемую перчатку страха, я протянула ладонь и жестко, с силой обхватила его пылающее лицо.

— Смотри на меня! — рявкнула я своим самым командным голосом. Тем самым, которым останавливала взбесившихся ротвейлеров. — Ко мне! Смотри на меня, Роарк!

В ту же секунду черная метка на моем запястье взорвалась ослепительной болью. Магия связи активировалась. От моей руки по лицу Кассиана прошла волна чего-то странного — не холода, но плотного, успокаивающего давления.

Его рык оборвался. Он дернулся, словно его ударило током. Золотое пламя в его глазах мигнуло, сузилось, и сквозь него проступили темные, осмысленные зрачки. Он сфокусировал взгляд на моем лице.

Его кожа под моими пальцами была горячей, как раскаленный утюг, но, к моему удивлению, не обжигала. Магия связи работала как изолятор, защищая меня от его смертоносного жара.

— Мар-га-рита… — прохрипел он. Его голос дрожал.

— Я здесь, — я не отрывала взгляда от его глаз, продолжая удерживать зрительный контакт — якорь для потерявшегося сознания. — Дыши. Сосредоточься на моем голосе. Возвращайся, Кассиан. Закрой своего монстра в клетку.

Он тяжело, судорожно втянул воздух. Черные вены на его шее перестали пульсировать и начали медленно, неохотно отступать. Жар вокруг нас спал. Пепел осел на пол грязными хлопьями.

— Поднимай его! — крикнула я Саймону, не отпуская лицо Герцога.

Вдвоем мы рывком подняли тяжеленного, ослабевшего Кассиана на ноги. Он едва стоял, опираясь на нас. Его мундир был испорчен, лицо бледно как смерть.

В этот момент к нам подскочил лорд Морван в сопровождении отряда Инквизиции. Глаза серого кардинала сузились от разочарования — он явно рассчитывал на другой финал.

— Герцог Роарк! — голос Морвана сочился фальшивым сочувствием. — Что за ужасный инцидент! Ваш внутренний демон почти вырвался. Кажется, вам нездоровится. Император обеспокоен. Возможно, вам стоит остаться в дворцовых подземельях, под присмотром целителей?

— Мой муж никуда не останется, — я выступила вперед, закрывая Кассиана собой. Мой голос звенел от ярости. — У Герцога просто аллергическая реакция на местное вино и ваше общество, лорд Морван. Мы возвращаемся домой. Если у Императора есть вопросы, он может прислать письменный запрос.

Я не дала ему ответить. Мы с Саймоном потащили полубессознательного Кассиана к выходу, прорезая толпу стражников, которые не решились нас остановить.

Дорога обратно в карете была кошмаром. Кассиана била крупная дрожь. Откат от подавленного проклятия был жестоким. Он сидел, откинув голову на бархатную обивку, тяжело дыша.

— Нам нельзя в Цитадель, — внезапно подал голос Саймон, сидевший рядом с кучером. Он приоткрыл окошко. — Шпионы Морвана наверняка ждут нас там. В таком состоянии лорд уязвим. Если на нас нападут, он не сможет защищаться, а я один не справлюсь.

— И куда нам деваться? — я обернулась к адъютанту.

— Есть старый охотничий домик Герцога. На полпути к Северному тракту. Он скрыт магической защитой. Никто, кроме нас, не знает дороги. Мы переждем откат там.

Я перевела взгляд на Кассиана. Он был в полубреду.

— Едем, — скомандовала я.

Мы свернули с тракта и больше часа тряслись по отвратительной лесной дороге. Когда карета наконец остановилась, на улице уже бушевала полноценная магическая метель — побочный эффект нестабильной ауры Герцога. Снег смешивался с пеплом, завывал ветер.

Домик оказался добротной бревенчатой избой. Саймон быстро открыл дверь, и мы втащили Кассиана внутрь.

Внутри было холодно, как в склепе. Никаких слуг. Только большая комната, выложенный диким камнем камин и… одна гигантская кровать, застеленная медвежьими шкурами. Классика жанра. Если бы я не была так измотана, я бы рассмеялась над иронией судьбы.

Саймон быстро разжег камин магией и повернулся ко мне.

— Миледи, мне нужно замаскировать следы кареты и выставить защитный барьер вокруг дома. На это уйдет время. Лорда нужно раздеть, иначе жар от проклятия сожжет его одежду и он задохнется.

— Я поняла. Иди, делай свою работу, — кивнула я, стараясь звучать уверенно.

Когда дверь за Саймоном закрылась, я осталась одна с огромным, находящимся в полубессознательном состоянии мужиком. Кассиан лежал на кровати поверх шкур. Его била лихорадка.

«Ладно, Рита, — выдохнула я, закатывая рукава изумрудного платья. — Это просто крупный, больной пациент. Никаких эмоций».

Я подошла к кровати и принялась расстегивать его мундир. Пальцы не слушались. Ткань пропиталась потом и запахом гари. Я стянула с него мундир, затем рубашку.

Передо мной открылся торс античного бога, испорченный шрамами. Старые, белые рубцы пересекались с новыми. Но самое страшное было не это. Вокруг его сердца, прямо под кожей, змеилась черная пульсирующая паутина — эпицентр его проклятия. Оно питалось им.

Я стянула с него сапоги. Он глухо застонал, сжимаясь в комок.

— Холодно… — прошептал он в бреду. — Пепел… все сгорает…

Это был парадокс. Его магия была огненной, но откат от нее вызывал жуткий внутренний холод. Его зубы стучали.

Я подошла к камину, но поняла, что тепла от огня не хватит, чтобы согреть его промерзшую до костей ауру. Я вспомнила слова Саймона: «Ваша связь — единственный якорь».

«Черт бы побрал эту магию», — выругалась я про себя.

Я быстро скинула свои кроссовки, расшнуровала узкое бархатное платье и осталась в одной нижней льняной сорочке. От холода в избе по коже побежали мурашки.

Я забралась на кровать, под тяжелые медвежьи шкуры, и легла рядом с Кассианом. Он был ледяным. Как кусок мрамора, оставленный на морозе.

— Прости, Роарк. Твое эго потом этого не переживет, но другого выхода нет, — пробормотала я.

Я придвинулась вплотную и обняла его. Прижалась всем телом к его широкой, покрытой шрамами спине, обхватив руками его торс.

Метка на моем запястье снова вспыхнула, но на этот раз мягким, согревающим золотистым светом. Магия отреагировала на мой жест. От моего тела к Кассиану потек поток живого, человеческого тепла.

Он вздрогнул. А потом, словно замерзающий человек, дорвавшийся до источника тепла, он резко