Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

Одна добрая и ласковая улыбка – и человек делает все, о чем его попросят. Жить-то хочется больше, чем денег. Кстати, с недавнего времени дед перестал плеваться ядом в сторону губернатора, и я сильно подозреваю, что к этому причастен вампир. Мечислав вообще часто пересекается с дедом и по делам (после того, как дед подмял под себя бизнес Снегирева), и чисто по-дружески посидеть, потрепаться у камина.

Но это я опять отвлекаюсь.

Ко всем его прочим неоспоримым достоинствам наш губернатор обожает праздники. Открытия того. Открытия этого. Посверкать голливудскими коронками, поразрезать ленточки, дать конфетку ребенку – это он всегда за. Поэтому у нас его видят на каждом строительстве. А в этот раз наш ворюга задумал строить подземный переход.

Мы – откровенная провинция. Прямо скажем – не Москва. И метро у нас в ближайшие лет пятьсот не предвидится. На кой ляд нам подземный переход, да еще рядом с городским парком, да еще там, где люди дорогу раз в полгода переходят по очень большим праздникам – черт его знает. Все нормальные люди давно строят надземные. Высоко. Удобно. Бомжи в них не собираются. Цыгане не попрошайничают. Сломается? Так и подземный переход может обрушиться. Ветер? Снег? Ураган?

Ну извините, здесь вам – не там. Торнадо здесь не бывает, а все остальное вполне можно просчитать.

Да и стоит это намного дешевле подземного перехода. Но тогда ведь и украсть удастся намного меньше. Факт.

Кому ж такое понравится?

Поэтому у нас собираются строить подземный переход. Перекрыли улицу, учетверили пробки и аварии на дорогах и решили провести торжественное открытие строительства. Песни, пляски, первый куб земли, вывороченный новеньким экскаватором…

Стоит этот экскаватор как очередной космический корабль. По ведомости. Сколько он стоит, так сказать, в реале – тайна сия ведома только губернатору. Вот.

На открытии этого строительства и должна была петь Дося Блистающая. А заодно Лаврик Звездно-Прогульский, Миша Пила и Линда Шалмари. Но Мечислав решил получить к себе в «Волчью схватку» только одну звездульку. А именно – эту Досю. Лаврика вампир собирался заполучить в «Три шестерки», а остальные… Линду и Досю сводить вместе не рекомендовалось. Могло сильно пострадать все окружающее. Девушки были этакими антагонистами. Блондинка и брюнетка примерно одинаковых параметров и репертуара. Но джентльмены предпочитают блондинок. Мало кто знает, что потом этот автор написал еще одну книгу с лирическим названием: «А женятся джентльмены все-таки на брюнетках». А Миша Пила… Во-первых, голос у него соответствовал псевдониму и напоминал несмазанную циркулярную пилу, а во-вторых, в «Трех шестерках» песни про лесоповал и страдания зеков просто не звучали бы. Не та символика, не те посетители.

Хотя Мечислав планировал открыть еще один клуб и назвать его «Каторга и зона». Уже куплено здание для этой цели и подбирается подходящий дизайнер. А меня Мечислав подбивает нарисовать что-нибудь такое… в духе «Бурлаков» или «Каторжников». Может, я и соглашусь. Но если каторжники будут иметь сходство с местной администрацией – я не виноватая. У меня по-другому не выходит.

Леонид честь-честью довез меня до дома, проводил до квартиры и даже попытался поцеловать ручку на прощание. Получил (хорошо, я не попала, но пыталась же) сумкой по голове и откланялся. А я прошлепала на кухню и первым делом включила чайник.

Со здоровенной чашкой чая и блюдом всяких вкусных вещей (сушки, сухарики, орешки, печеньки) я и уселась в кресло. И загрузила первый диск. На нем была вся информация на медведиц. Я открыла папку и пересчитала файлы. М-да. Всего – восемнадцать. Пока о каждой прочитаешь – не то что утро, опять вечер наступит. Второй диск был на Досю Блистающую и на Лаврика Звездно-Прогульского. И про кого же из них прочитать? За оставшееся время? Спать тоже надо…

Про медведиц? Много. Про Лаврика? Не тянуло.

Что ж. Досе место.

* * *

Трудный творческий путь самой Доси Блистающей начался в маленьком городке с гордым коммунистическим названием Сталинсталь. Как легко догадаться, население городка состояло из трех категорий. Первая – шахтеры, которые добывали руду. Вторая – работники заводов, которые ее перерабатывали. Третья – самая многочисленная – те, кто жили с их труда. Врачи. Учителя. Продавцы. Нужное подчеркнуть, недостающее – вписать.

Дося, она же Даша Свинкина, родилась в семье шахтера и учительницы. Училась на тройки. Зато обожала тусовки. А их в родном городке было очень мало. Только дискотеки по субботам. На них приходили сильно накрашенные девушки и полупьяная «рабочая молодежь» в сапогах. Этими сапогами наступали на ноги партнершам по танцу, в качестве подарка даме покупали бутылку пива и дешевую шоколадку, а изящное предложение заключалось в двух словах: «Пошли… это, а?» и джентльменском шлепке по заду.

Досю это резко не устроило. И в семнадцать лет, после окончания школы, амбициозная провинциалка ринулась покорять Москву.

Разумеется, только МХАТ. И никакой другой институт Досю не устраивал. В крайнем случае училище имени Щепкина. То, что во МХАТе вообще-то готовят артистов театра, было неважно. Главное – престижное местечко, чтобы там можно было завести нужные связи. Логика у Даши была железная.

Увы, во МХАТе обитали чрезвычайно жестокие люди.

Взглянув на аттестат с королевским набором троек и слабо проглядывающими четверками (две штуки – по пению и физкультуре), дама в приемной комиссии дружески посоветовала девушке не тратить зря время. Все равно ничего не выйдет.

Доброго совета Дося не послушалась.

Комиссия, пять минут послушав монолог «письмо Татьяны к Онегину», выглядевший примерно так:

Я… это… вас люблю, чаво же боле… што я могу еще сказать…

Это… теперь… это я знаю, в вашей доле… меня призреньем оказать…

Но вы!!!! К моей нещастной страсти… это… хоть каплю жалобно храня…

ВЫ НЕ ОСТАВИТЕ МЕНЯ!!!

Все это было произнесено, даже не сплюнув жвачку, с неповторимым местечковым акцентом, интонациями матерой шантажистки и жестикуляцией какой-нибудь Марии-Анхелиты из мексиканского сериала.

Понятное дело, могли бы взять и такую. Только плати. Если у человека есть достаточно денег – и он хочет видеть актрисой свою доченьку, женушку или даже любимую гвинейскую кобру – дорога всегда открыта. Только плати. Но из денег у Доси имелось около двух тысяч рублей. И – всё.

Поэтому не найдя своего имени в списках поступивших, провинциалка взвилась и помчалась разносить деканат.

Успехом сие предприятие не увенчалось. Механизм избавления от слишком скандальных и назойливых хамов давно был отработан. И Дося, тогда еще Даша, обрела ночевку в «обезьяннике».

Оттуда и началось восхождение на Олимп будущей звезды.

В «обезьяннике» Даша познакомилась с Лолой. То есть Ларисой