Правитель с доставкой на дом - Виктория Виноградова

что девчонки слушают его вполуха. То и дело посматривают на меня и заговорщицки улыбаются. Довольно быстро допивают вино и объявляют, что им пора по домам. Ну, понятно: полагают, что меня ждет бурная ночь с королем и не хотят мешать.

Вот только не ждет. В том плане, что даже если Дарвенн и не против, то я точно не намерена поддаваться его чарам. Понятно же, что у нас ничего не получится. Возьмем даже самый оптимистичный сценарий: я понравилась королю настолько, что он не просто хочет со мной переспать, но даже согласен забрать к себе. И что дальше? Мне что в этом незнакомом мире делать? Следить, чтобы он по фрейлинам не таскался? Надеяться, что через годик я ему не надоем и он не решит меня сплавить с глаз долой?

И то, это я самый хороший вариант рассматриваю. Если подходить к вопросу более здраво, то никто меня никуда не заберет. У него там смотр невест. И явно они не из рабочего класса. Какие-нибудь княжны, маркизы, принцессы. У каждой солидное приданое, титулы, земли. А я что? У меня из приданного только бабушкина квартира и абонемент в фитнес-клуб. Для любого короля брак — это возможность либо породниться с влиятельной семьей, чтобы укрепить положение при дворе, либо заключить политический союз с каким-нибудь государством.

Так что это все, конечно, славно, и можно понять желание подруг свести меня с Дарвенном, но, я не настолько наивна и романтична, как Мила, и не отношусь к сексу так же легкомысленно, как Инга. Поэтому мне надо как можно скорее найти способ зарядить артефакт и отправить короля домой. Так сказать, от греха подальше.

Девчонки спешно прощаются, желая поскорее оставить меня наедине с Дарвенном.

— Честно, Лееер, блиииин… мы сначала подумали, что это розыгрыш на счет короля, — шепчет мне на ухо пьяненькая Мила, стоя в прихожей. — Потом, когда, ик… ой… стало понятно, что вы не шутите… Ммм… Лерчиииик, дорогой ты мой человечек, я тебе таааак завидую. Чес слово. Знаешь? Лерк. Вот честно. Я тоже так хочу такого принца. Вот прям вообще очень. Ты такая… ик… ой… везучая.

— Во-во, везучая, — подхватывает Инга, присоединяясь к нашему шушуканью. — Вы как артефакт зарядите — попроси Дарвенна прислать какого-нибудь красавчика и для меня.

Дурные. Но люблю их — не могу.

Посадив девчонок на такси, мы поднимаемся в лифте на мой этаж.

— Значит, все-таки Мила? — спрашивает Дарвенн, пока его рука нахально ползет по моей талии.

— Что Мила?

Глава 13

— Ты ведь сама этого хочешь, — настаивает Дарвенн, оставляя дорожку из поцелуев от мочки уха к шее.

— Не хочу, — вру и понимаю, насколько неубедительно звучат мои слова. Голос дрожит от возбуждения.

Лифт мягко останавливается на этаже. Двери разъезжаются в стороны. Перед нами пустая площадка, полутемный коридор и дверь в мою квартиру.

— Тогда почему до сих пор не оттолкнула? — спрашивает Дарвенн. — Ты ведь не из тех, кто молча терпит в отношениях. Если что-то не нравится — говоришь сразу.

Он прав. Любого другого мужчину я бы уже остановила. Не понял бы на словах: влепила бы пощечину и закатила такой скандал, что у него все желание отпало бы. Но с Дарвенном мой мозг как будто отключается. Я понимаю, что мне не нужно идти на поводу у эмоций и спасть с ним только потому, что паршивец мастер совращения. Но так хочется…

Ладонь Дарвенна скользит мне под майку. Горячие пальцы ложатся на талию. Поднимаются выше. Я шумно втягиваю воздух, когда он доходит до груди и сладостно сжимает ее. Большой палец проходится по затвердевшему соску. Поглаживает его, а я едва сдерживаю постанывания.

— Нам надо выйти… — прошу я, не понятно к кому обращаясь: не то к королю, не то убеждая саму себя.

— Одно твое слово — и я остановлюсь, — напоминает он.

— Нам надо домой.

Двери лифта закрываются. Нащупываю кнопку, чтобы открыть их обратно, хотя самой хочется застрять в этом лифте до утра, и позволить Дарвенну зайти еще дальше. В низу живота настоящий пожар. Тело настолько остро реагирует на каждое его прикосновение, что даже страшно становится. Еще ни один мужчина не заводил меня настолько быстро.

— Значит, все-таки не хочешь меня? — в его голосе отчетливо слышится провокация. Он явно что-то задумал.

Двери лифта открываются. И прежде, чем я успеваю сделать шаг, этот несносный мужчина подхватывает меня на руки.

— Ты что творишь? Поставь.

— Проверяю, насколько ты верна своим принципам, — он несет меня в сторону квартиры. Дверь мы не запирали, так что он открывает ее одной рукой, даже не опуская меня на пол.

Сердце бешено колотится где-то в горле. Я уже сама начинаю себя убеждать, что, возможно, Инга права: что плохого в сексе без чувств? Особенно, когда от партнера так шарашит? Да у меня ни один бывший даже в период бурных влюбленностей столько эмоций не вызывал, как Дарвенн. Но все равно где-то на краю сознания шкрябает неприятная мысль, что это как-то все неправильно. Что если уж спать, то только с тем, кого действительно любишь.

Дарвенн относит меня в спальню и мягко опускает на кровать. Сам остается стоять. Медленно расстегивает рубашку. Пуговицу за пуговицей. Не сводя с меня внимательного взгляда темных глаз. Кажется, что он видит меня насквозь. Считывает все мои эмоции. Понимает, насколько он мне нравится и пользуется этим. А я по-прежнему хочу его остановить, но язык отказывается слушаться.

Мягкий свет ночника скользит по загорелой коже короля. По напряженным мышцам пресса, по широким плечам. Дарвенн определенно знает, насколько он хорош, и мастерски пользуется этим.

Рубашка падает на пол. Туда же летят ремень и брюки. Дарвенн остается в одних трусах. Подходит ко мне. Я уже не отвожу взгляд, как прошлой ночью. Мне нравится смотреть на его тело. Красивое, мускулистое, крепкое. Причем, я понимаю, к чему все идет, но чем ближе мы к этому моменту, тем спокойнее становится. Если в начале мозг бился в тревоге от мысли заняться сексом с человеком, которого я знаю второй день, то сейчас, наоборот, затих. Не понимаю, как это работает, но, когда Дарвенн опускается рядом со мной на кровать, я ощущаю себя в полной безопасности. Я отчетливо ощущаю, что он не обидит, что будет внимателен и нежен, и сделает все, чтобы мне понравилось.

— Так что, ты все еще против? — мурлычет он, укладываясь рядом со мной на бок.

Он не пристает, не пытается взять меня с наскока.