"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

— И-и-и!!! — Повторный вопль вышел ничуть не тише предыдущего.

На третий раз у Кровавого сдали нервы, и он перехватил меня прямо в полете. Сжал поперек туловища, сделал несколько мощных ударов крыльями, поднимаясь выше и выравнивая полет, а потом… дернулся от боли и внезапно разжал обожженные лапы.

Кляня на чем свет приобретенную ядовитость, я пролетела несколько метров и…

— Ауч! — пробасил Глен, не ждавший от небес подобной щедрости.

— Прости! — крикнула я, скатываясь со спины адепта и оказываясь на спине завра.

Пробежала по теплой шкуре. Прыгнула. Вновь устремилась к земле, вереща, испуганно размахивая руками и зовя мамочку. Но вместо мамочки на помощь пришла Смертушка.

Маленькая драконица схватила меня за ногу, обожглась и с испуганным взвизгом запулила адептку по широкой дуге вверх. Меня трижды перевернуло в ночной прохладе воздуха, прежде чем подлетевший Убийца успел подставить крыло и ловко забросить к себе на спину.

Убийца был взрослым завром, чья шкура уже стала плотнее и не так чувствительна, как у остальных звездокрылов. Мои прикосновения не обжигали его настолько сильно, как остальных, но, судя по тому, как вздрагивало большое и сильное тело, я причиняла ему зуд, который с каждой секундой становился все более сильным.

С кряхтением поднявшись на четвереньки, я попыталась доползти до седла, чтобы снизить прямой контакт. То ли я такая ловкая, то ли завр дернулся, но вместо того, чтобы доползти до седла, я задом наперед, точно по горочке, съехала по хвосту и вновь устремилась навстречу земле.

«Адептка Трэш! Тьфу ты… Нэш, грек тебя через коромысло! Ты что творишь?» — услышала в наушнике голос декана.

«Это не я!» — заорала, а может, только подумала я, потому что в следующий миг заметила приближающегося Карачуна. Ой, мамочка… Опять!

Завр был уже в какой-то паре метров от меня, когда Мясник издал нечто, отдаленно напоминающее: «Ой, да отдайте ее уже мне!» — и подрезал завра.

Огромные лапы сжались на моей талии, дернули вверх.

— Да!!! — радостно завопила я и нервно расхохоталась, чувствуя невероятное облегчение. — Ты все же меня поймал!

Мясник насмешливо фыркнул, но я не стала спорить и просто прижалась к большой и сильной лапе ворчуна, а после решительно полезла в седло. Ну все, завр, ты попался!

Судя по хитрой морде, попалась определенно и точно я. В ночном небе звездокрыл перестал вести себя как большой недовольный завр с отвратительным характером и устроил мне родео на разъяренном быке.

Едва я успела щелкнуть страховочным ремнем, надежно удерживающим в седле, как мне были продемонстрированы все тридцать три удовольствия от катания. Бочка, штопор, волна всем телом, резкий разворот на триста шестьдесят градусов, свободное падение спиной назад…

— Мясник! — воскликнула очень злая я.

Вираж и отчетливое чувство нарастающей паники.

— Так, все, стоп! — закричала, уже не пряча раздражения. — Стоп, я сказала!

Мясник только ехидно рыкнул, мол, что? Укачало? Уже? Ну вот… а я только начал входить во вкус.

— Не вынуждай меня! — опустилась я до банальных угроз.

Но завр снижаться и не думал. Знай себе крыльями работал да хвостом подруливал. Пришлось набрать побольше воздуха и рявкнуть:

— Тпру!

Звездокрыл от удивления перестал махать крыльями цвета ночи, и мы дружно провалились в воздушную яму. Но я не хотела останавливаться на достигнутом и ехидно продекламировала детский стишок:

— Ты беги, моя лошадка, цок-цок-цок!

«Лошадка» извернула шею, глянула с задумчивостью, в которой откровенно сквозил страх, что у жалкой двуногой от переживаний поехала кукушечка. Я открыла было рот, чтобы возразить, но тут наушник в ухе тихо пискнул и ожил:

«ВНИМАНИЕ! — узнала я голос Эрики Магни. — У нас поисковый вылет. В десяти километрах от архипелага Берег Костей затонула прогулочная яхта. На борту двенадцать человек, двое из них дети. Всем адептам, что находятся сейчас в воздухе, сгруппироваться и следовать за Приговором. Повторяю…»

Я быстро дотронулась до наушника, отключая его на время, зажмурилась. Зная характер ворчуна, никто и слова не скажет, если мы просто спустимся на землю. Никто не осудит, если мы с Мясником не присоединимся к поискам и спасению. Никто даже взглядом не упрекнет. Никто и никогда.

Другие звездокрылы не смогут везти меня, а значит, я останусь здесь, на острове, и с тоской буду смотреть на друзей, пока те не станут просто точками в ночном небе.

Сделала глубокий вдох и почувствовала то самое состояние холодного разума, что накатывало в самые сложные моменты. В моменты, когда необходимо мужество действовать.

Я наклонилась вперед, нет, практически легла на спину завра, положила ладони на черную чешую, сосредоточилась на этом огромном теле, услышала стук взволнованного сердца и… мысленно попросила:

«Мы должны их спасти».

Мясник непокорно дернул своей глупой башкой. Судя по настрою завра, он свято верил, что никому ничего не должен. Тем более идиотам, которые решили затонуть в океане. Но я была непреклонна.

«Пожалуйста».

Звездокрыл протяжно выдохнул, демонстрируя все, что думает о нахальной двуногой, сидящей у него на спине. Круто развернулся, ворча себе что-то под нос, и начал догонять стаю, возглавляемую Приговором, на котором сидела Эрика Магни.

Тот вылет стал нашей первой общей победой.

Моей и Мясника.

* * *

Поисковая операция не заняла много времени. Мы прибыли на помощь, вытащили из воды всех потерпевших кораблекрушение, донесли до катеров береговой охраны, сделали круг почета и вернулись в академию З. А. В. Р. как раз к завтраку. Остальных адептов факультета звездокрылов Эрика Магни отправила в столовую, а вот мне пришлось задержаться в Черном секторе.

— Ты большой молодец, — шептала я Мяснику, без сил рухнувшему на постель из соломы. — Мы еще им всем покажем!

Подозреваю, что завр действительно хотел что-то показать, но не гипотетическим всем, а одной надоедливой мне. И было это комбинацией из трех пальцев. Но малоподвижный образ жизни, плохое питание и сбитый ритм сильно сказались на его физической форме. Там, где Смертушка, самая маленькая из взрослых звездокрылов, играючи делала дополнительный круг, дабы убедиться, что мы вытащили из воды всех, с Мясника сошло семь потов.

Я проследила за тем, как он тяжело дышит и жадно пьет. Покачала головой, собираясь сделать замечание по поводу одышки, но завр мотнул мордой, мол, да иди ты уже. И я не рискнула.

Махнув тиграю, который за что-то тихо отчитывал помощника зоокухни, покинула