Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов

Конечно, это могло быть совпадением, и всё же Омилия приказала Веделе узнать всё, что только можно, о благотворительности дома Ассели в последние годы – а сама погрузилась в подшивки газет в дворцовой библиотеке.

Она опасалась, что не найдёт нужного ответа – в конце концов, род Ассели был знатен, его корни уходили в глубь веков. Кто угодно из прадедов Рамрика мог облагодетельстовать гьюрский приют… но крохотная заметка о нём обнаружилась очень быстро.

Прошло меньше двух лет с тех пор, как приюту присвоили это имя – потому что именно тогда с визитом туда явилась благородная динна Адела Ассели. Она пожертвовала приюту тысячу химмов – колоссальная, невозможная сумма.

Куда смотрел Рамрик, интересно знать? Знал ли, как красавица-жена собирается потратить фамильные деньги?

Ведела, всё это время усердно собиравшая дворцовые сплетни, вернулсь к ней с ещё одной интересной подробностью. Никто из слуг, имевших в настоящем или прошлом отношение к дому Ассели – кто-то служил там раньше, у кого-то служили у Рамрика родственники или друзья – не слышал о страсти молодой госпожи Аделы к благотворительности.

– В храмы она не особенно ходит, – сказала Ведела, которая уселась, с разрешения Омилии, напротив неё, и, после недолгих уговоров, налила себе чая. – И чтобы она хоть раз жертвовала приютам или лечебницам… Говорят, такого не бывало. Даже о том, что вы в газете прочитали, пресветлая, многие, у кого я спросила, ничего не слышали.

– Значит, это было всего раз, – пробормотала Омилия. – Я полистала подшивки… И тоже не нашла, чтобы она ещё раз делала что-то подобное. И, кажется, она не хотела, чтобы об этом кто-то знал. Обычно, когда кто-то из диннов что-то кому-то жертвует, об этом все газеты трубят. А тут…

– Может, не она не хотела, а её муж? – спросила Ведела, подливая чая им обеим.

– Почему ты так решила?

Ведела покраснела.

– Да нет, ни по чему, госпожа. Глупости…

– Скажи. А я уж решу, глупости или нет.

– Просто… детский приют? – Ведела пожала плечами. – Может, она нагуляла… ну, вы понимаете. И отдала дитя?

Настал черёд Омилии покраснеть.

– Идея интересная, – сказала она наконец, изо всех сил стараясь казаться опытной и невозмутимой. – Но не сходится. Адела – затворница, но если бы даже она так долго не показывалась, все бы заметили… И если бы она была беременна – тоже. Нет, думаю, дело в другом.

Она машинально нашла Гьюр на карте Кьертании, висевшей над креслом Веделы.

Небольшой город на окраине. Население занимается преимущественно выращиванием в теплицах фруктов и овощей, а также производством керамики. О небольшом заводе Омилия даже слышала что-то на уроках, посвящённых стране, которой ей предстояло править… Детей в гьюрский приют свозили, должно быть, из нескольких окрестных городков и деревень.

Что именно привлекло Аделу Ассели именно в этом приюте? Чем он отличался от десятков других, не меньше нуждавшихся в щедром меценате?

Если ею и вправду двигало одно лишь желание совершить доброе дело – неужели всего лишь случай привёл её ровно туда, куда годы назад был доставлен мальчик по имени Магнус?

– Таких совпадений не бывает, – пробормотала она, а потом кивнула служанке. – Ведела… спасибо тебе. Я попрошу тебя сделать кое-что ещё. Передай от меня письмо для Ассели? Я хочу пригласить динну Аделу на чай.

– Ваша матушка будет счастлива.

– О да. Наверняка.

Кажется, и сама Ведела была счастлива, что в кои-то веки будет выполнять такое простое и безопасное поручение.

«Пресветлой Омилии давно пора больше времени уделять людям своего круга».

Ведела права. Пригласить на чай благородную динну – хороший способ усыпить бдительность матери, даром что Адела пользуется не лучшей репутацией из-за своих постоянных попыток идти Химмельнам наперекор.

Магнус выступал против неё в совете… что, если Адела пыталась узнать о нём больше, приехав в тот приют? Что, если преуспела?

Возможно, Омилия могла обрести в ней союзницу.

А союзницы рассказывают друг другу, как именно им удаётся мгновенно растворяться в воздухе.

В худшем случае она хоть развлечётся – Адела не была любительницей светских бесед, и наблюдать за её хмурой напряжённостью бывало забавно.

Дождавшись, пока Ведела уйдёт, Омилия сунула выписку меж страниц пятнадцатого тома всемирной энциклопедии – надёжный тайник, в который никто и никогда не заглянет. Поколебалась, не спрятать ли туда же открытку – но всё же оставила в кармане.

Уже скоро они с Унельмом увидятся. Она расскажет ему о своём расследовании, а он ей – о своём. А потом…

Щёки Омилии вспыхнули, и она просидела несколько минут, переводя дыхание, прислонившись лбом к холодной дверце шкафа.

Ещё одно преимущество их с Биркером любимого закутка – тут никто не заметит, что ты позволила себе улыбаться так широко, как никогда не было принято в Химельгардте.

* * *

Адела приняла её приглашение – само собой. Кто бы отказал наследнице?

На следующий же день автомеханика Ассели доставила её в дворцовый парк. Омилия встретила её в одной из парковых беседок – подальше от посторонних глаз и ушей.

Адела, как и всегда, поразила её своей красотой – и, как всегда, Омилия почувствовала короткий, но острый укол зависти.

И, как назло, вид у Аделы был такой, будто ей плевать на собственное великолепие. Одета безукоризненно – в зелёный шёлк и кремовый бархат, но волосы в сложной причёске слегка взъерошены, как будто по пути сюда, забывшись, она совершенно неэлегантно чесала в затылке.

Скорее всего, так оно и было.

На пальцах – пятна чернил. Очки в изящной золотой оправе заляпаны – самую малость, но и эта малость казалась вызовом, брошенным безукоризненной чистоте дворца.

Вот только в самой Аделе Ассели не было ничего вызывающего. Поджав губы, она помешивала чай, рассеянно глядя куда-то Омилии за плечо.

Они сидели вот так, обмениваясь вялыми репликами, уже с полчаса, и Омилия чувствовала, что вот-вот закричит.

Видимо, Аделе тоже приходилось несладко, потому что она вдруг сказала – наверное, надеясь спасти положение:

– Спасибо, что пригласили меня, пресветлая госпожа. Это такая честь. – Говорила она тоном, каким обычно просят о пощаде.

– Вам спасибо, что пришли. Берите печенье, пожалуйста. Оно из Вуан-Фо – вы пробовали такое?

Адела покачала головой.

– Может быть, вы не любите сладкое? Я могу приказать подать что-то ещё.

Адела покорно взяла печенье.

Через отрешённость этой чудачки было не так-то просто пробиться, но Омилия не сдавалась.

– Что вы думаете о приёме у Усели? Вы с супругом