"Фантастика 2025-62". Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

class="p1">— Тем не менее, они могут «обезопасить Прибалтику», для чего подведут к Петрограду свои боевые корабли, — вздохнул Немиров. — А потом может случиться «случайный залп», в ходе которого Петросовет перестанет существовать. И им будет очень жаль.

— Маловероятно, — хмыкнул Сталин.

— Но не невероятно, — парировал Аркадий.

— В Москву? — предположил Урицкий.

— Плохая идея, — поморщился Аркадий. — Временно можно, но лучше двигаться дальше на восток. Ближе к географическому центру России. Нужно сделать то, на что были не способны цари, но легко способны мы — отказаться от европоцентризма и обезопасить столицу.

— И куда же тогда ты предлагаешь перенести столицу? — поинтересовался Ленин. — Но сначала лучше расскажи, почему переносить столицу в Москву — это плохая идея?

— Москва — это плохо, в основном потому, что это недостаточно далеко от границ, — начал объяснять Аркадий.

— Не могу согласиться, но… — произнёс Иосиф Виссарионович. — Сомневаюсь, что тебе плохо преподавали географию — стало быть, дело в чём-то другом?

— Дело в чём-то другом, — кивнул Немиров. — Это что-то — Восточно-Европейская равнина. Вплоть до Урала сплошная, ровная, как стол, равнина. Украина ровная практически вся — вражеское наступление по ней будет ограничиваться только скоростью бронетехники и качеством работы логистики. Если допустить, что враг не будет удержан на границе и уничтожит наши контратакующие войска, то он очень быстро окажется под Москвой. А там заводы, там институты, там административный аппарат, там Ленин, Сталин, Свердлов и даже, возможно, Алексеев и Немиров. И тогда всё.

Он не упомянул о риске бомбардировок. Но не упомянул он это по причине того, что никто из здесь присутствующих не верит в техническую возможность подобного.

— Но позицион… — заговорил Яков Михайлович.

— Не будет никаких позиционных боёв, — перебил его Аркадий. — Забудьте об этом, как о страшном сне. Следующая война будет манёвренной. Примите это как факт.

— Какие ещё недостатки есть у Москвы? — продолжил опрос Ленин.

— Москва — это уже живой город, где много разных людей, где довольно-таки сильны позиции эсеров и анархистов, — ответил Немиров. — Лучше строить что-то с нуля, по грамотному плану, в месте, которое будет находиться недалеко от природных ресурсов.

Аргумент слабый, так как эсеры и анархисты — это решаемый вопрос, причём довольно-таки легко. Большевики не вступали ни с кем в альянсы, поэтому власть в России сейчас неделима. Устроить политические чистки — это вопрос воли руководства.

— И где это место? — усмехнулся Сталин.

— В Зауралье, — произнёс Аркадий. — Где-то на Транссибирской магистрали, между Челябинском и Курганом. Это потребует огромных ресурсов, которые предстоит мобилизовать, но зато перспектива… До Москвы доходили золотоордынцы, доходил Наполеон, а вот до новой столицы не дойдёт никто.

Восточно-Европейская равнина — это основная причина, почему России так важно контролировать Польшу и Украину. Это вопрос экзистенциальной безопасности. Возможность беспрепятственного наступления крупной армии на Москву существовала ещё в XIX веке, при условии поражения российской армии, а в веке XX, с моторизацией, эта возможность стала ещё шире.

А вот Уральские горы… Это, при условии, что вражеская армия сумела пройти через всю Европейскую Россию, практически непреодолимое препятствие. Мало того, что логистическое плечо будет огромным, так ещё и рельеф усугубит проблему снабжения до невероятных масштабов. Если столица России находится за Уралом, взять её будет невозможно.

— Что это нам даст? — с очень скептическим видом поинтересовался Свердлов.

— Во-первых, мы получим, как я уже сказал, безопасность столицы — противнику придётся взять половину страны, чтобы добраться до неё, — ответил Аркадий. — И, если по существу, в таком случае, он заслужит её. И оплатит огромной кровью. Во-вторых, мы сможем раскрыть весь потенциал Сибири. Огромные объёмы уже известных природных ресурсов, а также неопределённые объёмы природных ресурсов ещё неизвестных — ко всему этому будет более лёгкий доступ.

— То, что нужно переносить столицу из Петрограда — это очевидно, — произнёс Владимир Ильич. — Но вот куда — это дискуссионный вопрос. К тому же, это не снимает вопроса корниловских мятежников. Мы не контролируем Транссиб — все эти территории ещё нужно освободить. Думаю, после этого мы можем вернуться к вопросу переноса столицы. А сейчас предлагаю перейти к обсуждению земельной реформы. Яков Михайлович, вам слово.

Свердлов кашлянул и начал копаться в своих бумагах.

— Начать хочу с того, что мы близки к завершению задачи обеспечения продовольственной безопасности, — заговорил он. — Государственные зерновые склады построены и, в данный момент, наполняются провиантом. В случае засухи, нам будет, чем кормить население в течение всего тяжёлого года. В соответствии с планом ВЦИК, сейчас осуществляется поставка зерна в Вологодскую, Ярославскую и Костромскую губернии, взявшие на себя ношу по содержанию военнопленных.

В Вологодской губернии, по состоянию на начало 1914 года, проживало около 1 750 000 человек, чего точно недостаточно, чтобы создать достаточно еды для прокорма сравнительно быстро добавившихся примерно 800 000 человек, которые не работают в сельском хозяйстве.

Естественным и правильным решением было наладить снабжение продовольствием из двух соседних губерний, что и было сделано.

— Возмещение запаса зерна идёт бесперебойно, но это достигается благодаря установленным ценам — они выше рыночных и долго такое продолжаться не может, — продолжил Свердлов.

Кулаки и спекулянты, пострадавшие в ходе революции, никуда не делись — они пытаются вновь консолидировать зерно, но с этим борются. С перегибами, с самосудами и Аркадий считал, что ему повезло, что никто не подумал отправлять решать эти проблемы именно его.

Он бы мог, конечно, но это очень неприятная для него работа — разбираться в проблемах гражданских лиц.

— Долго и не нужно, — сказал на это Ленин. — Что по сельскохозяйственным коммунам и артелям? Это интересует нас гораздо больше, чем прокорм военнопленных, которых, в ближайшие полгода, мы отправим обратно в Германию.

— Артели и коммуны учреждены практически во всех губерниях и областях, — ответил Яков Михайлович. — Не удалось обеспечить всех техникой и механиками. Если быть точным, то мы обеспечили тракторами лишь сто девятнадцать артелей из полутора тысяч учреждённых. В остальных работа ведётся классическими методами, но с широким применением сельскохозяйственного скота — это было недоступно для большей части хозяйств.

— Вопрос механизации сельского хозяйства мы решим, со временем, — уверенно произнёс Ленин. — Но есть ли какие-нибудь промежуточные результаты? Как крестьяне реагируют?

— Вступившие в артели и коммуны крестьяне, в