"Фантастика 2026-83". Компиляция. Книги 1-29 - Алекса Франс

же всё-таки эта система! Прекрасно ведь понимает, что я не собираюсь пользоваться магией. Она умеет читать мои намерения. Значит, ей известно, каковы правила боя. Так чего же она всё никак не уймётся?

/Идёт анализ шансов на победу/

/Вероятность одолеть противника в честном бою: 49 %/

/Рекомендуется подключить магическую поддержку и сменить оружие/

Отмена.

Я продолжал мысленно повторять это слово до тех пор, пока система не утихла. И в этом есть смысл. Дело даже не в клятве, которую я дал Богдану. Проблема в моих личных навыках.

Слишком уж сильно я полагаюсь на систему и свою магию. Побеждаю своих врагов исключительно с помощью этих инструментов. Но что будет потом? Я ведь планирую избавиться от вечной гонки за балансом. Для этого мне придётся отринуть систему. Может быть, я даже буду вынужден отказаться от магии.

Ради спокойной жизни.

Но в средневековом обществе полноценного спокойствия нет и быть не может. Что будет, если на меня нападут, когда я останусь без своих магических козырей? Всё зависит от мастерства противника.

Например, Крука я победить не смог. И с Богданом пока что битва идёт очень туго. Но если я не смогу одолеть однорукого воина, то на выживание в будущем мне и рассчитывать не стоит.

— За Ярца! — Богдан продолжал неустанно пробивать мой блок. — За моего брата! За то, что ты с ним сделал, гад! За…

До меня дошло. Как только я запретил себе пользоваться магией, мой разум вошёл в состояние потока. Тело начало отбивать удары на автомате. Больше для меня ничего не существовало. Только я и Богдан. Только наш бой.

И тогда я увидел слабое место своего оппонента. Понял, что, несмотря на своё мастерство, он уже проигрывает.

В нём слишком много гнева. Гнев в движениях, гнев в мыслях, гнев в намерениях. Чувство мести одновременно даёт ему нечеловеческую силу и в то же время забирает человеческий разум.

Другими словами, он не думает. Допускает ошибки, о которых так часто рассказывал мне Яволод.

Теперь я вижу. У меня есть все шансы для контратаки. Я могу положить конец этой схватке в любой момент. И будет лучше, если я сделаю это прямо сейчас.

Чем больше Богдан упивается своим гневом, тем сильнее путается. Совершает действия, которые спокойный воин никогда себе не позволит.

Он уже трижды открылся для удара. При желании я мог снести ему голову несколько раз, но не сделал этого.

Почему? Ответ очевиден. Но, к сожалению, очевиден он только для меня.

Я спровоцировал Богдана своим спокойствием, резко отскочил в сторону. Выбросил свой меч, а затем поймал его предплечье и сжал до хруста. Смог надавить на нервы, отвечающие за хват.

И Богдан выронил своё оружие. Он согнулся, и я воспользовался этим. Одним крепким пинком в грудь я повалил его на землю.

И замер. Бой окончен. Продолжать эту битву не имеет смысла.

— Я одолел тебя, когда в моих руках не было меча, зато ты был вооружён, — подметил я. — На этом мы с тобой закончим.

— Вижу! — брызжа слюной, прокричал он. — Твоя взяла. Я не смог закончить начатое. Зато это можешь сделать ты. Убей меня, как и обещал.

Лишить человека жизни только ради того, чтобы сдержать обещание?

Что ж, пожалуй, этот тот редкий случай, когда я готов нарушить данное слово.

— Ты запутался, Богдан. Хватит с тебя, — помотал головой я. — Посмотри, что сделала с тобой месть! Чего ты теперь добиваешься? Требуешь, чтобы я тебя добил, даже отказываешься от сопротивления. Уму непостижимо.

— Ты что, издеваешься надо мной⁈ — он вздрогнул от ярости, попытался подняться, но я снова наступил на его грудь. Придавил оппонента к земле. — Продолжай сражаться или убей меня! Твои слова — пустой звук. Честь тебе чужда! Я ошибся в тебе, Лад, сын Добромира. Рассчитывал, что ты не соврёшь. Верил, что ты дашь мне честный бой.

— И где же тут честь, Богдан? — спокойно спросил я. — Посмотри, что сделала с тобой твоя ярость. По твоим движениям я понял, что некогда ты был очень способным воином. Но гнев затмил твой разум. Если бы ты действовал хладнокровно, я бы уже давно был мёртв. Ты сам слил этот бой. Но это не значит, что я стану так бездарно сливать твою жизнь. Хватит с меня убийств.

— И ты не боишься, что я приду за тобой ночью? Не боишься, что я перережу тебе глотку, пока ты будешь спать⁈ — его голос сорвался на хрип.

— Нет. Не боюсь. Тем более я знаю, что ты так не поступишь. Если бы честь позволила тебе это сделать, то в лаборатории Юрги ты бы воспользовался настоящей бомбой, а не усыпляющим веществом. У тебя было так много шансов покончить со мной… Мы спали в одном лагере больше недели. И наши караульные далеко не всегда следили за твоими действиями. Но ты ни разу не попытался меня убить.

Я всё же добил Богдана. Но не физически, а ментально. Он больше не мог держаться. Его психика была раздавлена.

— И что же ты мне предлагаешь? — он уже не кричал. Теперь его голос больше походил на отчаянный стон. — Пожмём друг другу руки и разойдёмся? Нет, не бывать этому!

— Что ты! Ни в коем случае, — помотал головой я. — Предлагаю тебе другой вариант. Раз я сохранил тебе жизнь, теперь ты будешь меня обучать. Как только успокоишься. Преподай мне пару уроков фехтования. И мы будем в расчёте.

— Да ты совсем обнаглел… — в глазах Богдана вновь вспыхнул гнев. — Буду ли я учить убийцу своего брата? Да ни за что в жизни! Ты — слабак, Лад. Поэтому тебе не хватает духу меня убить.

— Как раз наоборот. У меня достаточно духа, чтобы избежать очередного убийства, — парировал я. — Ты вообще задумывался о том, к чему приводит месть? Твой брат напал на меня, и мне пришлось его убить. Теперь начал мстить ты. Допустим, ты лишишь меня жизни — что дальше? Тебе начнут мстить мои соратники. И это будет продолжаться бесконечно.

— Тогда просто закончи начатое, добей меня, как и обещал! — потребовал Богдан. — За меня никто мстить не будет. У меня больше никого не осталось.

— Нет, — твёрдо сказал я. — Может, это и заденет твою гордость, но я отказываюсь. А взамен за то, что я сохранил тебе жизнь, ты обучишь меня. Больше повторять не стану.

— Да что ж ты заладил… — Богдан откатился в сторону, поднялся на ноги. А затем со злостью пнул свой меч.

Было ясно, что бой