Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

— А, да–да, конечно, приятного дня, профессор Дамблдор, мистер Поттер, — журналиста еще раз потрясла нам руки и поспешила свалить в туман… хотя, судя по взглядам, следующей её жертвой станет Виктор, а потом и до Флёр доберется, как пить дать.

Тем временем Дамби представил Оливандера, а я же решил осмотреть его драконьими глазами. Хм, для этого мира — силен, не Дамби. Совсем не Дамби, но на фоне большинства «рядовых» магов — очень даже, да и знания его… явно будет многое мелькать при проверке палочек, нет, не утерплю — воспользуюсь помимо Симбы еще и псионикой, проще потом будет связать цепочки ассоциаций, благо буду недалеко от него и даже будет контакт глаза в глаза, но осторожно, а то еще Дамби чего почует. Пока я размышлял, мастер палочек уже вызвал Флёр и сейчас обнюхивал, ощупывали чуть ли на зуб не пробовал её палочку, вызывая некоторое беспокойство и неудовольствие француженки.

— Хм-м, ясно, двадцать сантиметров, не гнется, розовое дерево. Боже милостивый! Содержит… — пояснения сопровождались магическими импульсами в инструмент, мастер, судя по всему, работал при помощи магической вариации на тему эхо локатора.

— Волос с головы вейлы, моей гран–маман, — флер явно была недовольна, а я попытался узнать, что именно так испугало Оливандера, благо он только что об этом думал. Вейлы — природное очарование, завязанное на магию. А если в качестве сердцевины… скидки на тонкие воздействия, иллюзии и… мозголомство, а розовое дерево только добавляет возможностей в этом плане, зато что–то мощное и убойное ей просто не создашь — не может отравленный стилет выполнить работу тяжелой секиры. Ай да француженка, ай да милая девочка.

— Да… да, я никогда не использовал для палочек её волос. Слишком уж они получаются темпераментные. Но каждому своё, и если она вам подходит… — ага… темпераментные, конечно, но мне стало весьма интересно узнать настоящее лицо Флёр, очень интересно. Тут я ощутил на себе взгляд девушки. Хм, что–то почувствовала? Кажется, да? Судя по всему, теперь интересно не мне одному, хе–хе.

— Орхидеус! — воскликнул старый мастер, из палочки выскочил букет орхидей, и он протянул их Флёр, заодно возвращая и палочку. Причем, делал это он максимально поспешно. Хм, а действительно — очень тонкая манипуляция — трансфигурация воздуха в цветы, причем, готов поспорить — каждый листик в букете уникален. Старик крут, я бы такое не осилил… пока он не показал плетение и напитку.

Вторым оказался Виктор.

— Хм-м. Ежели не ошибаюсь, творение Грегоровича? Прекрасный мастер, хотя стиль не совсем тот, какой… Ну, это ладно… — Стиль? Какой еще стиль? А, последовательность обработки сердцевины и древесины, ну и так, ещё какие–то мелочи, трудно уловить. Тем временем, Оливандер начал производить очередные манипуляции с палочкой болгарина.

— Да… саксаул и сухожилие дракона? — метнул он взгляд на Крама. Тот кивнул.

— Толстовата, довольно жесткая, двадцать семь сантиметров… Авис! — как раз вариант на тему тяжелой секиры.

Палочка из саксаула издала звук, похожий на ружейный выстрел и с кончика сорвалось несколько птичек, выполненных под копирку, — иллюзия, не сильно качественная, да еще и с «корявостью» в виде грохота в начале, зато долбани он из неё чем–нибудь боевым. Результат был бы куда интереснее.

— Отлично, кто у нас еще остался?… Поттер! — я молча протянул ему деревяшку, Оливандер хмурился, вертел несчастный артефакт и с каждой секундой мрачнел всё больше. В мыслях у деда творилась сущая чертовщина, единственное, что я понял, его сильно что–то удивило, но вот что? А если копнуть чуть глубже? Вот же! Старик в недоумении — через палочку пропускали в последнее время только чистую ману одной школы, без каких–либо посторонних примесей, причем именно ту, что лучше всего для палочки и подходит — Жизнь и Огонь, вот только для четырнадцатилетнего пацана, которого, к тому же, никто не учил — это немного невозможно, чёрт, придется править воспоминания, хорошо, что всё–таки решил посмотреть за Оливандером псионически, а то могло бы нехорошо получиться. Так, теперь аккуратненько… хм, вроде бы нормально.

— Палочка в прекрасном состоянии, мистер Поттер, — мастер протянул инструмент обратно и, раскланявшись с Дамблдором, покинул кабинет. А нас повели фотографироваться, вот только кое–что не давало мне по пути покоя — задумчивый взгляд от Флер и… Тонкс?

Глава 14

Сириус Блек. Дома.

Сириус сидел в кабинете, когда–то принадлежавшем его отцу и выводил на бумаге список «ошибок», «случайностей» и «совпадений», так или иначе связанных с директором, с Гарри и с Орденом. Картина получалась очень неприятной. Стоило отправиться в увлекательный круиз до Азкабана, как все «друзья» резко забыли, что у Джеймса и Лили был ребёнок. И ладно Ремус — одного взгляда на оборотня было достаточно, чтобы понять — он помочь Гарри не смог бы при всём желании — ему средств и на еду–то не хватало, не говоря уже о возможности забрать ребёнка друзей, да и опять же, его «пушистая проблема»… но остальные? Уизли, Динглы, да та же МакГонагал в конце концов! Плюс письма, ну, тут юный Поттер несколько погорячился — отправляет их артефакт, причем, не один и не два — система резервируется раз пять, но для волшебника, что рос среди маглов существуют чёткие правила — знакомит его с миром магии преподаватель, а никак не лесник. При всех достоинствах и дружелюбии Хагрида, нельзя не признать, что способность что–то объяснить у него… почти отсутствует, ладно, преподаватели могли быть заняты, хотя извещать маленьких волшебников — их прямая обязанность, но мог же он послать кого–то из Министерства, или, если не доверяет им, сам сходить, чай не развалился бы, но нет, письмо доставил Хагрид. Мягко говоря, странный выбор директора, но… только если смотреть на этот эпизод, но вот в целом… Грюм в своё время неплохо его натаскивал, в том числе различным методикам аврората. Что такое психологическая ломка и прессинг Сириус знал прекрасно, чего не дал Грюм, объяснили дементоры. Добротно так объяснили, с примерами и применением на собственной шкуре. За двенадцать лет объяснений любой проникнется. Вот тебе и добрый дедушка… м-да, да еще Гарри, который подозрительно похож на него самого в молодости, слишком похож для простого совпадения. Неужели он не такой уж «крестный» отец? По времени подходит… как–то, когда Джеймс разок перебрал и Лили устроила скандал, ну, он пошёл её успокоить и как–то само собой все получилось… Мысли были весьма сумбурными и беспорядочными.

— Боюсь, на том свете Сохатый