Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

уже виднелись несколько десятков знаков, подобных тем, что рисовал на земле маг в Стандане. Здесь они были то ли выдавлены, то ли вырезаны, то ли выплавлены прямо в камне, и явно использовались ежедневно и не по разу. Печатая туфлями с острыми, закрученными в спираль, носами, уверенные шаги по камням, маг прошел к одному из символов, сунул руку за отворот халата, достал горсточку какого-то синего порошка, и, прогудев длинную гортанную ноту, рассыпал его над знаком.

Спустя секунду портал открылся. Сразу видно профессиональный подход. Слегка поклонившись магу в знак благодарности, мы зашли в портал и оказались у ворот Шивера.

Пройдя уже известный и привычный фейс-контроль на входе, получив уже известные и привычные наставления касательно пребывания в городе, мы известно и привычно влились в текущую по улицам толпу и направились на поиски трактира.

На следующее утро мы выдвинулись за стены города к первой гробнице. Добрались до нее где-то за три часа, и путь дался намного проще, чем во все предыдущие разы — явно сказывался опыт. Мы даже разговаривали, высказывая свои предположения, что мы встретим, когда доберемся до гробницы.

Где-то за час до того, как мы добрались до нужного места, на горизонте появилась черная точка. Она рывками приближалась к нам, становясь больше с каждым новым порталом, после третьего стало понятно — это явно не совпадение. Именно туда нам и надо. Лишним подтверждением этому стал резко потемневший песок, буквально за один портал превратившийся из желтого в черный. Выйдя из портала и увидев это, я нервно огляделся по сторонам, но, к счастью, чумной паутины здесь не было. Черный песок был, а паутины не было. Пока что.

С каждым новым прыжком точка росла и росла, сначала превратившись в черточку, а потом обзаведясь острыми вершинами.

Это оказались скалы. Торчащие прямо из песка несколько огромных, беспорядочно наваленных черных камней, облепленных черной паутиной. Кажется, камни она жрать не могла, или, может, не хотела, но факт есть факт — местами в плотном черно-золотистом покрове проглядывали голые каменные плоскости.

Скалы действительно выглядели, как гробница. Как будто кто-то положил тело, завалил его сверху камнями, почему-то не пожелав закапывать труп в песок, а сверху каким-то образом умудрился скрепить камни паутиной, чтобы никто никогда не потревожил покой усопшего.

Весь хороший и радостный настрой как ветром сдуло. Даже солнце будто бы потускнело и спряталось, хотя на небе не было ни облачка. Громоздящиеся на высоту четырех моих ростов огромные камни, которые я вряд ли смог бы разгрести даже в полноценных доспехах, даже если бы не было паутины, настолько давили на сознание, что не хотелось даже пробовать. Настолько невозможным казалось это, настолько противоестественными были даже сами мысли об этом, что мы только и могли что стоять и глядеть. Даже сказать что-то язык не поворачивался.

— А ты заметил… — наконец прервала молчание Тора. — Что паутина есть только тут?

Я повернул голову к ней:

— А что?

— А то, что мы уже давно пересекли границу того пятна, которое было отмечено на карте. — Тора повернула ко мне замотанную в белый платок голову и блеснула глазами. — Если я все правильно рассчитала, то карта на самом деле показывает не области, пораженные паутиной, а области черного песка.

— Да нет, вроде о паутине речь шла. — я нахмурился, пытаясь дословно вспомнить, что было написано на карте. — Не помню, если честно, как называлась карта дословно. Вроде все-таки «паутина».

— Тогда остается только один вариант. — Тора снова перевела взгляд на камни. — Песок тоже связан с паутиной. А, может, и наоборот — паутина связана с песком, я не вполне понимаю, что из них вторично. Но я заметила, что после пересечения границы черного песка мне стало тяжелее открывать порталы.

— Намного? — обеспокоился я.

— Не намного, но стало. — кивнула Тора. — Как если бы… Несешь что-то тяжелое, а тебе сверху еще и неудобное что-то кладут. И даже легкое, но неудобное.

— Я понял. — я кивнул и тоже посмотрел на нагромождение камней. — А… Насчет этого — есть идеи?

Тора медленно покачала головой. Бьюсь об заклад, что перед этим она закусила губу — она всегда так делала. И всегда это означало абсолютную беспомощность волшебницы перед вставшей проблемой.

И ее можно понять. Паутина тянет магию, значит, при помощи магии этот завал не разгрести. Это же означает, что доспехи тоже не будут полезны, и что делать в такой ситуации — совершенно непонятно. Максимум, что можно попытаться — пролезть в щели между камнями, но, во-первых, поди найди ту щель, что не заросла паутиной за шестьсот лет, а, во-вторых, кто поручится за то, что эта щель приведет хоть куда-то?

Да, если это настоящая гробница, то ее построили на ура…

Эту гробницу решили отложить на потом. Если во всех остальных точках в районе Шивера не найдется настоящей гробницы, придется снова вернуться к этой, предварительно все же придумав, как ее вскрыть. Даже если для этого придется прибегать к чужой помощи, придется к ней прибегнуть. Нанимать каких-то магов, консультироваться с местными учеными, биологами, химиками, или кто там может знать о повадках и слабостях чумной паутины, возможно, организовывать целую экспедицию…

И быстро-быстро сваливать из города, независимо от результата. Потому что такая лютая движуха, какую нам придется создать, чтобы расколоть этот орешек, неизменно привлечет внимание всех, у кого есть хотя бы один глаз и хотя бы одна рука, чтобы общаться жестами и передавать информацию.

А ведь если есть одна такая гробница, то кто поручится, что не найдется еще с полдесятка таких же? В конце концов, речь же идет о гробницах, а не о соревновании по постройке песчаных замков — тут приемлемым результатом будет и полная одинаковость всех экземпляров. И если все семь гробниц Шивера окажутся такими же горами запаршивевших циклопических камней, то мы, мягко говоря, в заднице. Не знаю, сколько там денег у Торы в запасе, но организовать семь таких экспедиций мы не сможем, даже если хватит средств — нас уже на третьей примут Безликие. Как пить дать, примут. Странно, что еще не приняли.

Пришлось вернуться в трактир, что называется, несолоно хлебавши. В подавленном настроении мы поужинали, или вернее позавтракали, черт, все никак не пойму, как правильно называть это прием пищи, поднялись в номер, разделись и развалились на кровати.

Сон не шел. По крайней мере, ко мне.