"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

Но новый командир решал вопросы быстро. Его фамилия была Бронин, он тоже участвовал в южной кампании, но не в штурме Фледскарта, а на востоке, где сепаратисты пытались атаковать имперские базы. Там командовал батальоном воздушного десанта РВС Огрании. Бои были жёсткие, и он отличился, поэтому его перевели в имперскую армию с понижением звания с майора до капитана.

Загар после пустыни на его лице до сих пор не сошёл. Он старше меня, а его лицо казалось небритым, хотя я знал, что он бреется каждое утро. Но щетина росла слишком быстро.

— Капитан, подойдите, — позвал я.

— Так точно, господин командор.

Я поглядел на сигнальщиков, которые дадут знак, что крепость начнёт включать двигатели. Но они ещё курили.

Бронин смотрел на меня внимательнее, оценивая, кто я такой. Ну и ждал разноса.

— Как думаешь, Борис, — я обратился к нему по имени, — почему на учениях я признал батальон условно уничтоженным?

— Из-за связи?

— Ты не наладил связь с соседями, когда занял позицию. Там был бункер рядом с вами.

— Там же были ремонтники, — Бронин задумался. — И они в учениях не участвовали.

— Ты это узнал, только когда это я тебе сказал.

Утром проводили манёвры в условиях городского боя. Два батальона действовали отдельно, и первый показал себя хорошо, но я признал за ними поражение. А вот Флетчер, наученный горьким опытом, сделал правильно, но ошибся в другом.

— Учения были по городским боям. Условный противник — не ополчение, а равный нам по выучке. И ты даже не поинтересовался, кто там может сидеть.

Он посмотрел на меня с непониманием, и я пояснил:

— Городской бой — это свалка. Региональные штабы неповоротливые, а их целых восемь, не считая штабов группировок, крепости и Генерального штаба. И друг с другом они не связываются. А карты устарели ещё при Таргине Великом. То, что у тебя отмечено проспектом, может быть плотной городской застройкой. Пока сам разведку не наладишь, так и будешь слепым. Тут не надо штаб ждать, надо самому действовать.

— Понял, командор, будем работать над этим, — Бронин потёр лоб.

— Работа с ротными у тебя организована, а у тех со взводными. Это хорошо. Но там, где находишься, надо всех соседей знать, и своих, и чужих. Понятно, капитан?

— Так точно.

— Всё, за работу.

Бронин всё схватывал на лету, и с ним проблем не было. Флетчер привыкал к новым порядкам с трудом, но тоже осваивался.

А я направился на встречу с новым начальником моего штаба.

По пути увидел, как новый разведвзвод отжимается в полном составе. Причём помимо новичков отжимались и «старички». Шутник учил их, что не надо путать доброту со слабостью, и когда бойцы начали наглеть по старой памяти, он живо показал им, кто здесь главный.

Помещение для штаба находилось в ремонте, и штабистов временно поселили рядом с учебной комнатой. Поэтому когда проходил мимо, увидел, как молодые бойцы смотрели обучающий фильм.

Я такой не видел, в Дискреме подобное не делали. Сразу понятно, что на фильм потратили немало денег. Ещё и придумали, как всё подать доходчиво и понятно, чтобы боец ничего не забыл потом.

Такие фильмы были популярны в армии, а главного актёра узнавали в лицо солдаты со всей страны. Снимался в нём наш новый офицер-инспектор — Брюс Кеннет, когда был помоложе. На экране он, облачённый в чёрную парадную форму имперской армии, держал в руке осколочную гранату.

— Граната Риггера ручная седьмой модели, — объявил Кеннет на экране, — содержит в себе немного активного игниумного порошка. Взрывается она через пять секунд после того, как мы сделаем это…

Он выдернул кольцо, и рычаг запала со звоном отлетел в сторону.

— За это время вы успеете сказать: «Предки, защитите!» и швырнуть её во врага. Главное — не передержать, или вы познакомитесь со своими предками лично.

В зале послышался смех, а на экране появился нарисованный эффект взрыва.

Какое-то время фильм продолжался, затем в помещении появился сам улыбающийся Кеннет, и его встретили аплодисментами.

— Это только начало, — сказал он бойцам. — Нас с вами ждёт долгая и плодотворная работа. Так нам завещал император Павел Громов, когда говорил: «Надо учиться много и прилежно». Хотя его сподвижник и друг Юрий Климов вспоминал, что будущий правитель на всех лекциях в академии спал и громко храпел.

В зале снова раздался смех, а Кеннет начал вступительную лекцию с патриотическим окрасом об истории и значении имперской армии, а также про вооружённые силы империи и их боевой путь.

Обучение личного состава — одна из обязанностей офицера-инспектора.

Я не стал мешать и прошёл в помещение к штабистам. Подполковник Ван Ли ждал меня. Он раньше служил на другой крепости — «Копьё Севера». Но его перевели к нам.

С первых же дней у нас начались споры.

— По уставу так не положено, — заявил подполковник. — План утверждён министерством.

Голос у него такой, будто он говорил в бочку, настолько он был мощный и громкий. Широкоплечий, очень высокий и уже седеющий выходец из Бинхая Ван Ли был очень большим человеком. Когда он садился за стол, то занимал так много места, что его соседям было неудобно. Ещё и кисти рук у него были как лопаты.

— Этот план не учитывает изменения после недавней войны, — сказал я. — Поэтому нам нужно утвердить новый.

Вёл себя нагло, много кричал и со всеми спорил. Спорил он много, спорил постоянно, спорил со всеми. Думаю, от него просто избавились, когда послали к нам. Даже со мной он спорил, но, конечно, не при всех.

Но у него была одна очень хорошая черта — он заваривал превосходный чай