"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

остальных? Вы не прошли медицинское обследование. Через сутки или двое вас бы всех утилизировали, — произнёс, переводя взгляд то с одного офицера, то на другого. Подозрительно молчали азиаты, но у них менталитет своеобразный. Командир сказал — выполнили. Но то, что молчал немец Шульц из иностранного легиона, меня не радовало. Складывалось впечатление, что он какой-то засланный казачок.

— Командир-хоск, — на анторском обратился ко мне принц крови, — мне сообщили, что вас приглашают на Совет Живых.

— Хоск? — впервые заговорил Шульц, ему вторил американец и китаец.

— Да, я хоск по рождению, капитан Бес, — спокойно произнёс, не ожидая никакой реакции.

— Нам надо посоветоваться… товарищ, — за всех произнёс китаец…

«Чудны́ крестьянские дети», — думал, идя длинными коридорами, что мой план граничит с безрассудством, я понимал изначально, но что делать, если время играет против. Если мне не удастся уговорить Совет Живых, то… мне впервые было страшно. Страшно от своего бессилия, когда обстоятельства зависят не от тебя, а от других и ты на их решение повлиять не можешь, но я сделал всё, что в моих силах. Что нас ждёт — бессмысленная смерть всех тех, кто пойдёт со мной. Что пусть не все, но некоторые бывшие пленные согласятся умереть не на инопланетном корабле, не пленными, я не сомневался, но их и моя смерть будет напрасной. Нам, своими силами не преодолеть блокаду и не добраться до корабля-носителя шнахассов. Даже если нам дадут корабли, кто ими будет управлять⁈ С оружием проще. За считанные часы можно, по крайней мере, на минимальном уровне обучить более-менее знакомого с оружием воевать инопланетными штуковинами, принцип один и тот же — целься, стреляй, а как оно работает, знать необязательно. Но меня беспокоило другое. Почему обращение «хоск» так подействовало на практически всех, кроме двоих. Как знал, меня искали на всех континентах и тем непонятнее было, почему майор ВВС не знал об этом. Хотя, он лётчик — пилот штурмовика и попал в плен относительно давно. Находился в лагере и буквально в последнюю партию прибыл на «Штоонссса́р», а вот японец, как его… Херосико Ояма, ах да, он тоже лётчик. Тогда ясно, но непонятно.

Так, размышляя, незаметно для себя добрался до зала Советов. Возле дверей остановился не зная, можно ли войти, но не прошло и нескольких секунд, как дверь распахнулась. Что сразу бросилось в глаза, так это пустующее место Председателя Совета Живых.

«Значит Одарённый оказался прав», — подумал про себя, продолжая идти. В центре зала остановился.

— Хоск по рождению, — заговорил ашш Сошша Хааш. Его голос я сразу узнал. — Совет Живых скорбит об утрате и принять решение о помощи до избрания нового Председателя, в соответствии с регламентом, не в состоянии.

Едва удержался на ногах. Этого известия я больше всего боялся. Неизвестность, неопределённость — вот самые страшные пытки для разума. Ашш Сошша Хааш что-то сухим канцелярским языком продолжал говорить, но я его не слушал. Я лихорадочно искал выход из положения, что делать⁈ Анторсы не помощники. Даже если мне удастся выпросить несколько кораблей, оружие, то это всё капля в море. Мы не прорвёмся через блокаду. Мой план, что выстрадан, выглядит безумием в глазах этой умудрённой опытом расы, называть её Великой у меня не поворачивается язык. Мелькнула безумная мысль, убить тут всех, кто находится. Кулаки непроизвольно сжались. Я прикрыл глаза и сделал несколько продолжительных глубоких вдохов-выдохов, уменьшая ритм бешено стучащего сердца и приготовился действовать…

— Хоск по рождению, ты принимаешь командование?

— Что? — открыл глаза, не понимая, к кому обращаются. Я не слушал то, что говорили и был погружён в себя, и не заметил, как рядом оказался ашш Сошша Хааш. А если бы меня хотели убить?

«Расслабился, солдат, поверил в свою исключительность», — я взглянул на ашш Сошша Хааш.

— Я, истинно живой принц крови Глава Малого Совета расы, давший клятву хоску по рождению, перед лицом Совета Живых и Одарённых, от имени великой расы анторсов, предлагаю принять нашу помощь. Взамен, ты освобождаешь нас от клятвы крови. Поверь, мы её искупим полностью.

Слова ашш Сошша Хааш произвели на меня впечатление. Настоящий политик. И не скажешь, что буквально несколько месяцев назад он для меня выглядел неоперившимся юнцом, а сейчас и освобождает свой народ от данной в эмоциональном порыве клятвы, и предпринимает попытку спасти своих соплеменников.

— Я, хоск по рождению, принимаю помощь расы анторсов и после, освобождаю от принесённой клятвы, — ответил скомкано, не зная, что необходимо говорить в таком случае…

— Командир-хоск, — я, принцы крови, высшие военные и Одарённый, расположились в одной из комнат недалеко от зала Совета. Обсуждение деталей плана затянулось, и я уже валился с ног. Усталость давала о себе знать. Несколько дней на ногах, да ещё мозговой штурм. Но время… время. То, что оно не в нашу пользу понимали все. Если корабль-носитель шнахассов снимется с заправки, если произойдёт перегруппировка орбитальных сил, всё что мы до этого обсуждали полетит к чертям, и я работал, отказываясь принимать стимуляторы. Ещё будет время — высплюсь.

— Слушаю.

— От аборигенов прибыла делегация, настоятельно просят принять, — возвестил помощник. Да, ко мне приставили троих помощников из числа принцев крови и не скажу, что для них быть под началом хоска было унизительно.

— Приглашай, — совсем закрутился и забыл о бывших пленных. Я интересовался у ашш Сомсса Анесса, что вошёл в число моих помощников об организации быта и прочим, но, когда услышал, что всё хорошо, они у меня вылетели из головы. На них надежды было мало. Смертники, как правильно заметил Джонсон и лучше рисковать солдатами-клонами, чем людьми. Я прошёл в соседнюю комнату, где меня ждал тот же состав делегации.

— Мы подумали, — без приветствий заговорил майор Глебченко, — и, — тут он замялся, — я не знал, что именно тебя, капитан, искали инопланетяне по всей Земле. И… меня уполномочили сообщить, что мы все готовы пожертвовать жизнью за наши семьи, за наших товарищей, что остались лежать там, за тех, кто сейчас прячется в убежищах и…

— И, офицер, — вступил в разговор китаец, — прими наши двенадцать тысяч семьсот сорок две тысячи жизни солдат и распорядись ими не понапрасну.

Я обвёл взглядом стоявших передо мной. Подошёл к каждому, пожал руку.

— Благодарю, но…

— Командир-хоск, — вошёл помощник, — «Штоонссса́р» взял курс и начал ускоряться.