Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Вечности! Эта мерзавка! И снова, в который раз, я убеждаюсь, что прозвище Шутница – лишь жалкая маска для этой коварной змеи. Мой язык готов изрыгать лишь бранные слова в ее адрес.

Тяжелый вздох сорвался с губ, и я откинулся на спинку кресла, словно утопая в нем.

Кто же укажет мне дальнейший и верный путь?

Странно, но я не чувствовал ни злости, ни обиды. Сейчас я лишь завороженно наблюдал за этими нимфами, спящими в моей постели, и мысли о них, как о женах, сладостно обжигали сознание. На их тонких запястьях – у одной на правом, у другой на левом – мерцали брачные браслеты, словно клейма, которые указывали на их принадлежность мне.

Мои и только мои женщины!

И чем дольше я смотрел на них, тем сильнее разгоралось пламя желания внутри меня.

– Похоже, чары этой отравы еще не рассеялись, – пробормотал я, не поднимаясь с кресла, и потянулся за стаканом воды. Кофе был бы более уместен, но моя нагота, прикрытая лишь этой предательской простыней, не позволяла мне покинуть комнату. Кто знает, кто сейчас может находится по ту сторону двери.

Пока я пытался укротить бурю в своей голове, дыхание девушек резко и синхронно изменилось. В их расслабленных позах появилась едва заметная напряженность. Я понял, что они проснулись, но лишь притворяются спящими, выигрывая время.

– Я знаю, что вы не спите, – произношу я, окидывая взглядом обнаженные фигуры. Юнна вздрагивает и тут же дергает на себя простыню, едва не лишая Нику всякого прикрытия. Открывшийся вид разжигает во мне пламя нестерпимого желания. С трудом обуздываю себя, заставляя разум главенствовать над похотью.

– Чья это была идея? – спрашиваю я, стараясь говорить, как можно спокойнее. Из-под простыни появляется изящная рука, украшенная платиновым браслетом, и пальчик указывает на Нику. Впрочем, я и так это знал.

Ника резко выпрямляется, и волна желания с новой силой захлестывает меня при виде того, как колышется её грудь. Но я все ещё держу себя в руках, стараясь не потерять рассудок.

– Ну да, это моя идея, – Ника косится на сестру. – Но Юнна особо и не возражала.

Спрашивать, зачем она так поступила, было бы глупо. Вместо этого я демонстрирую ей оба своих браслета:

– Почему их два? Вы знали, что так и будет?

– Да, знали, – отвечает Ника за себя и за спрятавшуюся под простыней Юнну, которая, пытаясь скрыть лицо, невольно обнажила нижнюю часть тела.

– Богиня Вечности? – спрашиваю я, с трудом удерживаясь от проклятий. Сейчас не время для эмоций.

– Не совсем, – качает головой Ника. – Она тоже не может нарушать все правила. – Второй браслет от другого бога, – поясняет она. – От Адониса.

– Откуда этот хрен вылез? – недоумеваю я.

– Знакомый Шутницы и такой же… настоящий мазохист! – хихикает Ника. – Я тебе потом про него расскажу.

Я киваю, соглашаясь, что подробности могут подождать. Мне и без того нелегко держать себя в руках.

– Вы сами понимаете, что вы сделали? – спрашиваю я, глядя им в глаза.

– Мы сделали свой выбор, – с вызовом отвечает Ника и добавляет: – Муж мой!

Я вздыхаю и перехожу к главному:

– Что ты добавила в вино и как долго это ещё будет действовать?

– Это не любовное зелье, – тут же предупреждает меня… моя наглая супруга. – Это средство во много раз усиливает уже испытываемое влечение… Так что, если бы ты к нам ничего не чувствовал, оно бы могло и не сработать… А действует… – она на мгновение задумывается. – Элва говорила про эффект в течение суток.

– Значит, без этой вампирши не обошлось, – констатирую я и резко встаю с кресла. Простыня тут же соскальзывает на пол, оставляя меня в чем мать родила. Юнна, рискнувшая выглянуть из-под укрытия, вскрикивает и снова прячется. Её нежная натура не выдерживает вида моего тела. А вот Ника, напротив, смотрит туда, куда приличным девушкам смотреть не принято.

Превозмогая себя, я направляюсь к уличной купальне. Надеюсь, что прохладная вода хоть немного умерит жар в теле. Но надежда моя тщетна… легче совсем не становится.

Минуты через три из дома выходят мои жены. Ника все так же волнует меня своей наготой, а Юнна закуталась в мой халат.

– Я смотрю, у тебя совсем стыда не осталось, – говорю я, не в силах отвести взгляд от златовласой блондинки.

– А чего стыдиться? – удивленно произносит она, не отрывая от меня глаз. – После этой ночи скрывать что-либо уже бессмысленно.

И она права. Ночью я многое с ними сотворил… Вон как Юнна прячется за сестрой… А ведь ночью она была напористой и страстной, сама лезла ко мне!

– Зачем пришли? – спрашиваю я.

Вместо ответа Ника входит в воду и тут же прижимается ко мне всем телом.

– Мне кажется, это и так понятно! – шепчет она.

Юнна еще мгновение стоит в замешательстве, а затем решительно сбрасывает халат и, присоединившись к сестре, обнимает меня с другой стороны.

– Девочки, – с трудом произношу я. – Я ведь сейчас… – предупреждаю я.

– А разве мы говорили, что не хотим? – перебивает меня Ника и впивается в мои губы. Пальцы Юнны тем временем скользят к моему паху, и я… снова превращаюсь в дикого зверя, готового наброситься на своих жен…

Глава 32

Глава 32.

Артем.

Ситуация повторилась…

Справа и слева, словно драгоценные камни в оправе, две богини делили со мной ложе. Кто бы мог подумать, что я стану пленником собственного гарема? До сих пор не верю в происходящее, но одно знаю наверняка: пути назад нет. Связан с ними судьбой, навеки. И, что удивительно, ни тени сожаления, ни толики страха. В душе царил невозмутимый покой, словно буря страстей, терзавшая меня столько времени, разом утихла.

Я лежал, бережно обнимая своих спящих жен, и думы мои вились вокруг заботы о них. Они не просто красавицы… и даже не просто принцессы… они – героини, чья сила еще дремлет, но судьба предрешена. И мне суждено стать их щитом, их несокрушимой опорой.

Но ее своенравие не должно остаться безнаказанным, – промелькнуло в голове, когда взгляд упал на сладко спящую Нику. Видно, слишком глубоко ушел в раздумья, раз не заметил, как она проснулась.

– Уже придумал, как