Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова

— Ну нет, — вмешался Артём, — кое-что могу сказать и я — по нынешней обстановке. Я уже сказал, что нужно спрятать Эресиана: его или похитят, или напоят чем-нибудь, чтобы он своими ножками утопал к этому якобы князю. Предполагаю так, что тот страшно голодает, а находиться среди живых для него… ну, я не знаю. Как погибающему от жажды среди рек воды, наверное. Поэтому первым делом надо спасать Эресиана. Он слабей. И доверчивей, думая, что служит самому князю. Второе дело, которое, как я предполагаю, произойдёт сегодня… Мне кажется, сегодняшней ночью в казарме погибнет ещё, как минимум, один человек — причём из охотников. И я теперь даже боюсь предполагать, а ещё больше боюсь оказаться правым, но из нашей бывшей комнаты наверняка уже что-то стащили, чтобы подложить на место убийства.

— Почему именно среди охотников? — Ошеломлённый Кассиус сидел в кресле, совершенно растерянный и подавленный.

— Они очень эмоциональны и вспыльчивы. Нас уже заподозрили раз. А если найдут что-то из наших личных вещей рядом с убитым — для них этого будет достаточно, чтобы мгновенно вспыхнуть и устроить самосуд. В общем, я отчётливо вижу пока две задачи: защитить Эресиана от повелителя мёртвых и устроить так, чтобы сегодня ночью в казарме никого не убили бы. А потом уже все остальные. Но так думаю я, а решать, каким образом это устроить — вам.

Рита чуть отошла от мужчин, примолкших в мучительных раздумьях. Села на скамью у входной двери, и Шорох, прятавшийся под той же скамьёй, немедленно забрался к ней на колени. Поглаживая его и стараясь прийти в себя, чтобы стать таким же рассудительным, как Артём, она вдруг подумала: «Как легко они здесь верят в такие вещи и принимают их… Может, из-за того что магия у них здесь, как у нас профессии врачей, например… Надо же. Кассиус должен спасать живого человека от повелителя мёртвых… Скажи мне такое в моём мире…»

— Ну почему же… — задумчиво сказал Мэнтор. — Две задачи можно объединить. Если Эресиана спасти от повелителя мёртвых — это одна задача… То… Чтобы защитить казарму, надо пригласить всех известных некромантов. Ведь дело имеем с повелителем мёртвых? Значит, его следы и следы его воздействия на живых сумеют распознать только некроманты. А наутро некромантов — из тех, что согласятся помогать дальше, пригласим к анакс Киросу. Мы не будем говорить им, кто этот человек. Они увидят слои и попробуют снять — за плату, конечно. А там — будь, что будет… Тэрон прав, когда сказал, что освобождённый Хэй… Кирос сам будет решать, что делать дальше.

Кирос слушал всех молча и сосредоточенно. Вмешался в разговор лишь тогда, когда Кассиус решил отправить племянника домой, к родителям.

— Не уверен, что по дороге домой с ним ничего не произойдёт. Слишком велик риск, что по дороге его могут перехватить, — заметил воин-маг. — Я бы попробовать защитить вашего Эресиана методами того же Хэймона.

— То есть? — удивилась Рита, поскольку остальные просто встревоженно воззрились на Кироса, но молчали.

— Всё просто. Удар на опережение. Анакс Кассиус, принесите мне любую вещь вашего племянника. Я устрою ему магический вызов, а когда он придёт сюда, ведомый магическим поводком, его здесь встретят преподаватели и угостят вином. Поскольку этот Эресиан будет находиться в невменяемом состоянии от переживаний, связанных с убийством той девушки-ведьмы, и от небольшого давления на мозги магического поводка, он послушно выпьет вина из бокала, предложенного анакс Пэйоном. Анакс Пэйон, — обратился Кирос к целителю, — есть ли среди ваших зелий обычное снотворное? А пока ваш племянник спит, анакс Кассиус, — я и наши молодые друзья постережём его. Ведь, насколько я понимаю, вы двое не собираетесь возвращаться в свою комнату?

— Изворотливость ума осталась та же, — пробормотал Кассиус, воспрянувший духом, глядя на воина-мага. — Анакс Мэнтор, напишите имена всех мало-мальски знакомых вам некромантов и адреса, где их искать. А я пока схожу за личными вещами Эресиана. Как только мой племянник окажется в безопасности, я немедленно пошлю старшин за некромантами.

Ловушка для Эресиана, продуманная в деталях, сработала идеально. Когда заговорщики сумели заманить его в кабинет казарменного преподавателя по магии (Кирос и Артём с Ритой на глаза Эресиану, естественно, не показывались), он не отказался от бокала с вином. Выглядел он и правда уже подозрительно вялым. Пришлось Киросу и преподавателям, едва тот уснул, осмотреть его.

— Я не некромант, — озадаченно сказал Кирос, — но мне кажется, ему уже поставили метку скорой жертвы. Как снять — не знаю. Будем надеяться, что снотворное окажется сильней метки. Но на всякий случай, если вы, анакс Кассиус не возражаете, я бы предложил приковать вашего племянника к месту, где он будет спать.

Уснувшего Эресиана уложили на скамье в кабинете Мэнтора, где нашлись ширмы, которыми он отделял лабораторию от основного помещения. После недолгого колебания Кассиус собственноручно надел кандалы на руки племянника, приковав его к скамье.

Потом успокоенный видимой безопасностью родного человека, а ещё больше успокоенный тем, что начал действовать, Кассиус побежал в казарму, где он собирался послать старшин за некромантами, а от офицеров потребовать усилить караулы по самой казарме, особенно в той части, где живут охотники. Глав охотничьих команд он тоже предупредил, что ожидается особенно беспокойная ночь. С двумя доверенными офицерами он посетил комнату Артёма и Риты и с ними же переслал в кабинет Мэнтора все вещи, которые там нашёл.

Пока суд да дело, Кирос вызвался первым дежурить при спящем Эресиане.

— Вряд ли я сумею заснуть, — откровенно сказал он. — Мне столько всего надо передумать и усвоить. А заодно приготовиться к тому, что завтра я буду цельной личностью. Настоящим тем, кого во мне видит не только человек, назвавшийся моим младшим братом, но и этот старик — Кассиус. Так что идите и спите. Разбужу, если что.

Пэйон предложил им у себя уголок за занавесками. Там пряталась широченная скамья, на которой могли уместиться как раз двое. Сам целитель тоже готовился к бурной ночи, собирая все зелья и препараты, которые, он полагал, могут понадобиться, если в казарме произойдёт нечто страшное, начиная бунтом и заканчивая налётом умертвий.

Рита бросила под скамью свой многострадальный походный мешок, задёрнула занавеску, один конец которой крепился к полке с книгами, а второй — к раме маленького окна. На мешок тут же улёгся Шорох. Из небольшого ужина, припасов Пэйона, одну лепёшку разломали для волчка. Остальные