"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

— Пусть убирается обратно в свой Тяньцзин и живет в свое удовольствие! — решительно произнесла принцесса. — На деньги своих хозяев-японцев! А мы с вами, Дмитрий, добьемся того, чтобы Маньчжурия стала самым дружелюбным по отношению к России государством, ее верным другом и союзником. И еще — по-настоящему независимой страной, в отличие от сегодняшнего ее положения. Наши две династии свяжут крепкие семейные и родственные узы, и это укрепит их влияние во всей Юго-Восточной Азии.

— Значит, я буду царем Дмитрием Первым… — задумчиво произнес Дима.

— Императором Дмитрием Первым, — поправила его Джу, — основателем новой маньчжурской династии Романовы-Цин. И вы, Дмитрий, поможете вернуть своей родине то, что она потеряла во время Русско-японской войны — выход к Желтому морю через Порт-Артур. Это самый удобный и короткий путь в Индокитай и Индостан¸ он открывает большие возможности… Японии придется пойти на кое-какие уступки и передать вам эту крепость и порт Дальний — хотя бы на условиях долгосрочной аренды. Это станет вашим первым большим успехом во внешней политик и сразу заставит считаться с вами!

— А как же Курильские острова и Сахалин? — напомнил Романов. — Их же тоже у нас отняли?

— Да зачем они вам? — искренне удивилась Джу. — Это же дикие, совершенно неосвоенные земли, где очень плохой климат — постоянные землетрясения и цунами, там нельзя построить большой город или основать порт. А Сахалин, насколько я знаю, вы вообще раньше использовали лишь как место для каторги! Но Сибирь в этом плане гораздо ближе и удобнее — меньше денег уйдет на перевозку заключенных… Курильские же острова, по сути своей, важны лишь для местных рыбаков — они добывают там крабов, морских моллюсков и рыбу. Это часть традиционных японских блюд, а в России они, насколько я знаю, не пользуются особым спросом. У вас, как и у большинства европейцев, совсем иные вкусовые предпочтения и традиции в еде…

И Джу недоуменно пожала плечам: кому нужны острова, где только одни голые скалы, камни и вулканы? И вопросительно посмотрела на Романова — какое решение он примет? От этого зависела вся ее судьба. И его — тоже…

«Очень заманчивое предложение, — думал про себя Дмитрий. — Тут тебе и свобода, и любовь, и власть, и даже корона… Или что там на голове у этих маньчжурских императоров, какие они носят шапки? Не Мономаха же! Да, пообещали много, гораздо больше того, что обычно находится в мышеловке, это тебе не маленький кусочек сыра, а нечто более вкусное… Как бы сказал мой дед, намазано медом так густо, не прилипнуть просто невозможно. Эх, ладно, придется все-таки рискнуть — иначе просто с ума сойду от скуки и безделья! Только и делаю, что сплю, ем, читаю да гуляю! Сколько же можно! А так хоть какое-то развлеченье — пусть и очень опасное. Кроме того, не зря же говорят: риск — дело благородное. Вот и проверим на своей шкуре…»

И Дима уверенно пожал руку принцессы — хорошо, я с вами! Та его поняла и довольно улыбнулась — иного она и не ожидала.

— И когда это произойдет? — спросил Дима. — В смысле, когда наш побег? Хотелось бы поскорее, чтобы не скиснуть здесь совсем… Генерал Номура говорил, что для меня подготовят какие-то документы, по ним и я смогу выехать из страны, верно?

— Да, — подтвердила принцесса, — но воспользоваться чужим паспортом вы сможете только в Харбине, когда пересядете на экспресс, идущий в Россию. Из Синьцзина же вам придется выбираться скрытно, здесь слишком много агентов генерала Уэды — да-да, у него тоже есть свои соглядатаи, и они не дадут вам так просто исчезнуть! Скорее всего, мы разделимся: я с Мэй (она, как вы понимает, тоже поедет со мной) отправимся в Харбин раньше — чтобы, скажем, развеяться, пройтись по магазинам, а заодно — и побывать на какой-нибудь театральной премьере. Там обещают показать новую постановку «Дяди Вани» Чехова, причем будут играть артисты самого Московского художественного театра, вот мне и захочется ее посмотреть… Это ни у кого не вызовет подозрений, я часто так делаю — езжу, развлекаюсь, все давно уже привыкли. Вы правы: если все время сидеть на одном месте, действительно можно просто умереть со скуки! За мной, конечно же, будут следить, это обычная практика, но я смогу оторваться от агентов майора Отари…

А вот вам, Дмитрий, надо будет выбираться из города каким-то другим путем, причем очень быстро и скрытно, ведь вас никто не отпустит… Как конкретно — пока не знаю, генерал Номура как раз работает над этим. Это достаточно трудно — ведь необходимо учесть все детали, предусмотреть все варианты. Попытка, как вы понимаете, у вас будет только одна, второго шанса вам не дадут, поэтому нужно будет сделать всё с первого раза. Но не сомневайтесь: генерал обо всем позаботится, у него в этих вещах — огромный опыт. Когда всё будет готово, я еще раз загляну к вам, и мы опять немного погуляем по саду и мило поболтаем. Ладно?

Дима кивнул: хорошо, буду ждать. А что ему еще оставалось?

Глава 36

Глава тридцать шестая

Они вернулись в дом и пошли в столовую пить чай. Нужно же убедить агентов майора, что они не задумывают ничего такого! Просто болтают, щебечут, флиртуют друг с другом, то есть ведут себя так, как и положено вести молодому человеку и девушке, испытывающим друг другу определенную симпатию. Это нормально, это не вызовет подозрений, это понятно всем… Слуги послушают, о чем они говорят, посмотрят, а затем доложат майору: всё в порядке, ничего подозрительного не было, всё у нас под контролем. И Отатри немного успокоится.

За чаем Дима и Джу действительно просто мило болтали. Романов опять стал рассказывать о своих военных подвигах и приключениях (немного приукрашивая, конечно же, — как без этого!), принцесса слушала очень внимательно и время от времени восклицала; «Это просто удивительно! Неужели, Дмитрий, вам совсем не было страшно? Какой же вы смелый и храбрый человек! Я бы так никогда не смогла!»

Сразу было видно, что Джу — умная, правильно воспитанная девушка и прекрасно понимает, как нужно вести себя с молодым человеком! Известно: для любого мужчины крайне важна реакция его женщины: удивление, восхищение, даже восторг… Каждому ведь хочется выглядеть героем, хотя бы в глазах собственной жены. И по-настоящему