Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

— Потому что подобным Даром обладает всего одно магическое существо, — закончил мысль король. — Пиявка.

Я аж икнула от неожиданности. Мне и в голову не приходило, что насекомые и прочие твари тоже обладают магией. Вот это поворот. Малум — червяк! Теперь понятно, что мне напоминают его пухлые сочные губы. Действительно, не каждый позарится на такой Дар, пусть он будет хоть трижды ценным.

Какая же у него вторая ипостась? Воображение подкинуло картинку, и меня передернуло. Нет-нет, умоляю, я не хочу знать ответ на этот вопрос.

— Фу, какая гадость! — Аннабель прикрыла рот ладонью. Похоже, тошнит не меня одну.

— Буэ, — Исчадие и та не выдержала.

В ответ на мое скривившееся лицо улыбка Малума мигом погасла. Должно быть, неприятно, когда люди так на тебя реагируют. А не надо забирать Дар у червей! Неужели титул виконта стоил того?

— Проблема не только в том, что пиявка неприятна сама по себе, — просветил король. — Зачастую Дар оставляет отпечаток на человеке. Ты же помнишь мудреца Дайкора? Он говорил абсолютно нормально до получения Дара, но теперь может изъясняться только странными фразами. Вот и на Малуме Дар сказался не лучшим образом. Скажем, он занизил его умственные способности.

Я снова покосилась на Малума. То-то я гадала, чего он так странно улыбается, а он просто дурачок. Что взять с пиявки? Зато в качестве послушного раба Малуму явно нет равных. Вон его величество доволен.

Мысли поскакали дальше, и я невольно представила охоту Малума. Пришел он, значит, на болото, добыл пиявку и разрубил ее совочком напополам. Так это было?

— Полагаю, дорогуша, ты уже догадалась, что будет дальше, — голос короля вернул меня в реальность. — Малум высосет твой Дар, как пиявка высасывает кровь, и поместит его вот сюда, — он продемонстрировал шар, похожий на те, в которые заглядывают гадалки в попытке увидеть будущее. — А после мы передадим Дар жар-птицы нашей любимой дочери. Что будет с тобой, зависит исключительно от твоей силы воли. К сожалению, не все выживают после процедуры.

И я даже знаю почему. Лучше умереть, чем жить и помнить, как над тобой глумился такой вот Малум.

— Что ж, пора приступать, — король взмахом руки отдал приказ Малуму, а мне пожелал напоследок: — Удачи, дорогуша.

Виконт двинулся в мою сторону. Кожаный фартук неприятно скрипел при каждом его шаге, жирные губы с причмокиванием приоткрылись и нацелились куда-то в район моей шеи.

— Я требую наркоз! — от дикой смеси ужаса и отвращения закричала я. — Вырубите меня, умоляю. Проявите милосердие.

Но король снова притворился глухим. А может, тот, у кого забирают Дар, должен быть в сознании, иначе ничего не выйдет?

Тогда я изо всех сил постаралась упасть в обморок, но организм у меня оказался на удивление стойким. Не кисейная я барышня, увы. Придется все осознавать до самого конца. И бороться! Я буду не я, если сдамся.

Малум взял у короля шар, приблизился ко мне и опустил свободную руку на мое плечо. В другой он держал шар.

Потом, сложив губы трубочкой, он начал медленно нагибаться ко мне. Я в ответ отклонялась назад, насколько позволял стул. Но вот лопатки уперлись в спинку, а шея вывернулась под неестественным углом, дальше уже некуда.

Я зажмурилась, чтобы не видеть мерзкого лица напротив. А еще задержала дыхание, чтобы не чувствовать болотистый запах изо рта Малума. Наверняка он ему тоже от пиявки достался.

— Сопротивляйся! — выкрикнула Аннабель прямо мне на ухо.

Если она продолжит в том же духе, то я оглохну раньше, чем умру.

— Как? — простонала я, чувствуя губы Малума на своей шее.

Гадливое ощущение. Влажное и холодное прижимается к коже. И снова этот причмокивающий звук. Ну все, меня точно сейчас стошнит, прямо на Малума. Вот и пригодится ему кожаный фартук.

— Криспиан рассказывал мне о Даре пиявки, — скороговоркой зачастила Аннабель мне в ухо. — Он говорил, что вместе с Даром всегда высасываются мысли человека, так как невозможно отделить одно от другого. Поэтому люди часто сходят с ума после того, как их силой лишают Дара. Без мыслей остается одна пустая оболочка, которая быстро погибает. Но для тебя это шанс, ты можешь побороться. Думай о чем-то таком, что собьет Малума с толку. Воздействуй на него своими мыслями, пусть его Дар обратится против него самого.

Пока Аннабель говорила, Малум времени не терял. Его губы, точно та самая пиявка, присосались ко мне. Процесс выкачки Дара начался. Из моего тела будто тянули жилы, а вместе с ними жизненные силы.

Связанная и обездвиженная, я не могла сопротивляться, только глухо стонать в знак протеста. Силы, а вместе с ними способность связно мыслить стремительно покидали меня, и Аннабель зудящая над ухом лишь раздражала.

Шар в руке Малума медленно заполнялся светом моего Дара. Исчадие жалобно скулила и пыталась снять ошейник, отчаянно желая мне помочь.

Аннабель тоже не сдавалась:

— Ну же, — настаивала она, — борись.

— Тяв! — поддержала Исчадие и вдруг тяпнула меня за лодыжку.

Не моего мучителя, а меня! От возмущения туман в моей голове прояснился.

Аннабель сказала, надо думать о том, что собьет Малума с толку. Возможно, для кого-то другого это проблема, но только не для попаданки. У меня в запасе столько мыслей о моем мире, что у Малума мозги от них вскипят. Сейчас я устрою ему губозакаточную машинку!

Для начала я представила автостраду. Сотни машин на скорости несутся в разные стороны, перестраиваются, сигналят друг другу, тормозят или наоборот давят на газ.

В ответ на этот мысленный образ губы Малума на моей шее дрогнули. Ага, получи, гад! А что ты скажешь насчет самолетов? Огромные железные штуки, набитые людьми, бороздят небо. Спорим, жизнь тебя к такому не готовила?

Тебе и этого мало? Посмотри на ракету, летящую за пределы планеты. Ах, ты не знаешь, что такое планета? Тогда вот тебе космос со всем его безграничным пространством и понятием бесконечности, которое даже мозг жителей моего мира не в состоянии постичь до конца.

— Нет! — губы Малума отлепились от моей шеи.

Бедняга, схватившись за голову, попятился от меня.

— В чем дело? Почему ты остановился? Мы приказываем продолжать! — возмутился король.

Но Малум лишь тряс головой и безумно вращал глазами.

— К, к, к, — снова и снова пытался он произнести незнакомое слово. — Касмос, — в итоге он выдал что-то невразумительное. После чего он рухнул на пол и затих.

Шар, что был в его руке,