"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

все. К тому времени мы многое попробовали и уже знали, что Силу стихии можно передать любому, нужен лишь обряд. Но передадутся лишь крохи. По-настоящему Сила может перейти только в потомка.

– Вы… родственники? – с удивлением спросила я, указав на Альгидраса.

Альтар кивнул и усмехнулся:

– Впрочем, я не возьмусь сказать, в каком колене.

– Выходит, когда Будимир, или Гаттар, если угодно, говорил, что вы специально создавали четверку людей, он имел в виду, что они все – ваши потомки?

Альтар снова кивнул.

– И при этом он так спокойно говорил об их смерти?

На этот раз Альтар пожал плечами:

– Когда долго живешь, перестаешь ценить чужие жизни. Особенно когда на кону стоит твоя собственная.

– И что же вам угрожает?

– Старость, девочка. Гаттар ее боится. Они с Харимом близнецы, но, когда один из обрядов пошел не так, Харим разом подряхлел. Тогда-то Гаттар и понял, что мы в конечном счете, может, и не смертны, но точно теряем мощь. Существовать немощным старцем – это не для него. Он всегда был гордецом. Поэтому он придумал дерзкий план: повторить то, что удалось однажды аэтер, – перенести себя в новое тело.

– А это возможно? – обалдело спросила я, понимая, что каждый раз, когда кажется, что стать бредовее эта история уже не сможет, им удается меня удивить.

– О да, – очень серьезно произнес Альтар. – Однако только такой безумец, как Гаттар, мог поставить на кон все, включая свою жизнь и жизнь того, кто несет парную стихию.

Было странно слышать, что Альтар оценивал Харима в первую очередь как носителя парной стихии Гаттара, а не как его брата-близнеца. Неужели родство вправду перестало для них что-либо значить?

– О своем истинном плане он не поведал никому, даже Хариму. Оказавшись в твоем мире после того разрушительного землетрясения, он отыскал Дарима. Не знаю, как прошла их встреча, но в наш мир Гаттар вернулся воодушевленным и стал твердить о том, что нам просто необходимо вновь объединить стихии и аэтер. Их с Даримом план выглядел прекрасным со всех сторон: Дарим переходит с Изнанки в наш мир, Гаттар выпускает из каменного плена, который вы называете Девой, аэтер, и Дарим принимает ее Силу в себя. Ткань миров перестает рваться, ибо больше ничто не зовет стихии с Изнанки, Дарим разумно управляется с аэтер, и все счастливы.

– Ма-а-аленькая неувязочка, – улыбнулась я. – А чем бренное тело Дарима отличается от тела Рамины, которое не смогло удержать в себе аэтер и та начала рассеиваться?

– Она нравится мне все больше, – Альтар улыбнулся Альгидрасу, но тот даже головы не повернул. – Все так, милая. Именно поэтому Дариму нужен был сосуд, который оказался бы рядом в момент высвобождения аэтер из Девы.

– Вообще, ваш Гаттар – молодец. Очередная Святыня, созданная из камня. Он у вас прямо бесконечный хранитель аэтер.

Альтар усмехнулся и покачал головой:

– Истинная аэтер – сама жизнь, а жизнь нельзя заключить в неживое. В прошлый раз Гаттар обратил в камень деву из плоти и крови. На этот раз тоже нужен был живой сосуд, к тому же уже содержащий крохи аэтер, чтобы Сила наверняка устремилась по этому пути: подобное к подобному. Иначе, вырвавшись из темницы в мире, полном живых существ, она могла пойти неведомо куда.

– Но где Дарим собирался взять живого человека, содержащего аэт… Потомок! – перебила я сама себя. – Но как?

– А как появляются потомки? – Альтар преувеличенно серьезно посмотрел на меня, потом туда, где сидели Альгидрас с Димкой.

– Ну допустим, – торопливо сказала я, не желая сворачивать обсуждение в эту сторону. – Аэтер выходит, влетает в сосуд. А Дариму с этого какой прок?

– Мне кажется, в ваших школах учат чему-то подобному, – с усмешкой сказал Альтар. – Энергия. Или как-то так. Аэтер выходит, часть неизбежно рассеивается, часть оседает в сосуде. Таким образом, в сосуде ее становится меньше. А как я уже говорил, с частью справиться легче, чем с целым.

– Да, но аэтер в сосуде, а не в Дариме! – с нажимом произнесла я, все еще не видя никаких плюсов в этой сомнительной затее.

– А дальше сосуд убивают, аэтер снова частью рассеивается, а частью входит в Дарима.

– Душевный план, – пробормотала я. – И на каком этапе Гаттар обзаводится новым телом?

– Разумеется, в плане с Даримом речи об этом не шло. Думаю, Гаттар вовсе не собирался проводить Дарима в наш мир. Ему только нужно было заручиться его поддержкой и заполучить потомка, несущего в себе частичку аэтер: сосуд, который должен был быть отправлен в наш мир с Изнанки в оговоренный срок.

– А зачем Гаттару этот сосуд, если он изначально не собирался следовать вашему плану? – спросила я.

Не то чтобы я верила в эти россказни, однако проблема была в том, что в это верили они. И не просто верили, но и не гнушались во имя своей веры убивать.

– Он хотел получить новое тело от своего потомка и от потомка аэтер. Но его потомок все испортил, убив нужную девочку.

Я непонимающе повернулась к Альгидрасу, и тот пояснил:

– Ему нужен был сын Всемилы и княжича. Во Всемиле была аэтер.

– И он собирался перенести свой разум в тело этого ребенка? – нейтральным тоном уточнила я.

Альгидрас и Альтар синхронно кивнули.

– Понятно. – Я посмотрела на катавшего машинку Димку, на калитку, хозяйственно прикрытую Альгидрасом, и прикинула, насколько велики наши шансы на спасение, если учитывать, что мы сидим бок о бок с человеком, одержимым безумной идеей.

– То есть Всемила тоже попала в Свирь из нашего мира? – произнесла я, чтобы потянуть время.

– Нет, – мотнул головой Альгидрас. – Она родилась там в семье воеводы.

– В этом месте небольшая несостыковочка. Впрочем, в остальных местах их тоже полно, так что не будем придираться, – успокаивающе махнула рукой я.

– Сосудом для обряда с