"Фантастика 2025-30". Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Валерьевич Шмаков

— И все же, какая в этом твоя выгода? — кричу в спину преображенного трехметрового демона.

— Парень, ты опять не понял. Мы заманили эльфа в каменный мешок. Здесь нет солнца, нет ветра, нет неба, здесь их магия слаба и уязвима. Здесь я с ним покончу…

Вон даже как. Теперь понятно, почему эльфы погнали меня в метро. Не любят они тоннели, здесь они уязвимы. Я, конечно, подозревал, что старый демон пытается меня использовать в своих целях, но своим умом так и не дошел, а он вон чо, использовал меня как наживку на эльфа. Обидно, но не может не вызывать восхищения.

— Так как мне творить портал? — кричу, почти не надеясь на ответ, архидемон вступил в бой, с его ладоней срываются огненные валы, накатывающие на эльфийский строй, — Я даже наручники снять не смогу.

— Мне плевать на портал, — ревет перешедший в боевую ипостась архидемон, — Все сам…

Ну да, конечно. Он упивается боем, почетный генерал, чтоб его… подозреваю, ему и раньше на портал было плевать. Его целью с самого начала был главэльф. И все же архидемон на миг оборачивается и щелкает когтистыми пальцами. От щелчка вылетает маленькая искра, которая пролетает через пол пещеры и врезается четко в мой лоб.

У меня такое чувство, что после попадания эта единственная искра рассыпалась целым ворохом маленьких звезд. Теперь мне известно, что означает выражение: «искры из глаз посыпались». Трясу башкой, пытаясь вернуть привычное зрение и вижу выплывающую системку: «архидемон прислал вам личное сообщение, принять?» — какой экзальтированный у него способ передачи сообщений, но жаловаться грех, жму на прием и читаю: «в твоем загашнике я почуял предмет из дерева азоа, используй его как отмычку».

Э-э… это он серьезно? Мой загашник — это ведь инвентарь, да? Там вообще нет ничего деревянного… или есть? Вспоминаю, как Алена просила когда-то достать ей заколку для волос в виде спицы. И эту заколку давным-давно я почти машинально прихватил в подвернувшемся киоске Союзпечати. Но с какого перепугу она из дерева азоа?

Нахожу и достаю спицу, обалдело читаю всплывшую над ней системку: «крафтовый предмет из дерева азоа, среди аборигенов больше известного под именем береза обыкновенная среднерусская». Он чо! Среднерусская азоа! Втыкаю спицу в замочную скважину и даже проворачивать не пришлось, магия! Волшебные наручники раскрываются. Я свободен. Вот так просто, да?

Осматриваюсь. Сражение сместилось. Демоны уверенно отжимают эльфов вглубь пещеры. Вот и чудно. Алена и Куколка сидят рядышком, прислонившись спинами к обелиску, и никем не охраняются. Бегу к ним. Открываю их наручники. Не удерживаюсь, обнимаю обеих сразу. Ради этого мига стоит жить.

— Витька, Витька, — шепчут мне в оба уха одновременно, создавая стереоэффект, — Что делать? Что делать?

А вот у меня-то они почему это спрашивают?

— Нам нужно провести ритуал, прямо здесь, — сообщаю единственный пришедший в голову стратегический план.

— Исключено, — тут же зарубает Алена мой план на корню, — Эльфы уже настроили силовые поля на свой мир. Здесь мы пробьем портал только в их собственные чертоги.

— Да? Старик про это не говорил.

— Витька, он боевой демон, а не маг-порталист, — поддерживает Алену Куколка.

— Так-то да, портал ему по большому счету не сдался. Тогда забираем кристаллы и валим, — принимаю решение.

Но и тут нас ждет облом: «Кристаллы уже встроены в силовую матрицу, изъять, не повредив их, невозможно».

— К черту кристаллы, найдем другие, — подхожу к обелиску и кладу на него руку.

— Вить, бежать надо, — напоминает мне Куколка.

— Да, ты извини, но я…

— Что опять? — настораживается Куколка.

— Потратил все наши деньги…

«Вес обелиска 3200 кг, если хотите поместить его в инвентарь освободите 86 ячеек». Вздыхаю и вываливаю на пол пещеры почти все, что нажито непосильным трудом. «Предупреждение. Обелиск является мощнейшим артефактом, в случае его последующего извлечения из инвентаря, все занимаемые им ячейки разрушатся». М-да. Нежили богато, не стоит начинать. А еще сегодня, когда я втихую докупал в Турист-отеле на все деньги сумки инвентаря, тихо радовался, что догнал по грузоподъемности трехосный грузовик.

— А вот теперь валим, — сообщаю Алене и Куколке, глядящим пятирублевыми глазами, как здоровенный каменный обелиск исчезает в поем пространственном кармане.

И мы бежим так, что пятки сверкают. Изредка по дороге попадаются скелеты, зомби и крысы. Я рублю их, стараясь не сбавлять шага. Но я подзабыл, что мои девчонки выносливость, как я, не прокачивали.

— Ви-итя-я! Куда мы бежи-им? Какой у нас пла-ан?

— Блин. А меня вы почему опять спрашиваете? — останавливаюсь, чтоб дождаться поотставших Алену и Куколку.

— Витька, мы серьезно…

— Я смертельно серьезен, черт… — мне бы не стоило показывать растерянность, трое растерянных в одном месте могут глупостей наделать, но, блин, на этот раз придется говорить, как есть, — Вы забыли, с кем дело имеете? Витя никогда не бежит «куда», Витя всегда бежит «откуда». Это ж вы затейницы выдумали план по спасению человечества… вам и флаг с барабаном.

— Ты сдурел? — согнувшись, Куколка упирается руками в коленки и жадно прокачивает кислород через легкие, — В этом негрожопном метро только ты ориентируешься.

— Вот именно, Вить, — тяжело дышащая Алена поддерживает подружку, — Мы в плену торчали. Мы обстановки не знаем.

Вот ведь, а? И когда засранки спелись только? А, впрочем, чего я как маленький. Это называется женская солидарность. Работает на инстинктивном уровне.

— Ладно. План такой. Валим из метро, садимся на дно…

— Ложимся, — поправляет меня Куколка.

— Чего?

— Принято говорить «ложимся на дно».

— Вот не надо меня поправлять всякой фигней… — возмущаюсь, — Ложимся на дно, потом заново добываем четыре кристалла переноса и проводим ритуал.

— По-моему план не плох, — сдержанно одобряет Алена, старательно пряча скепсис.

— Ну, другого плана у нас все равно нет, — вынужденно соглашается Куколка.

— Я чего-то не понял, откуда столько недовольства? Плохой план лучше, чем его отсутствие.

— Вить. Мы не спорим.

— Веди нас, Витька. Только на тебя вся надежда.

— Вот раньше бы так, — оттаиваю, — Вежливая просьба с толикой мольбы и признанием собственной беспомощности. Но сначала валим из метро.

Продолжаю вести девчонок к ближайшему выходу на поверхность. Вот уже показалась станция, позволяю девчонкам немного сбавить шаг и унять одышку, затем помогаю забраться