Заноза для ищейки - Анастасия Юрьевна Королева

И она молчала. Дышала тихо, словно боялась, что я передумаю, и начну её отчитывать при всех.

Я бы мог. И даже поклялся себе, что именно так и сделаю, когда увидел худенькую фигурку, прошмыгнувшую мимо кольца боевых магов и рванувшую к Кэнмору.

Но сейчас ругаться не хотелось. Вообще ничего не хотелось, только наплевать на всё, сесть в магмобиль и уехать домой. Впрочем, такой роскоши я себе позволить не мог.

– Я тут подумал, – пока я предавался несбыточным мечтам, рядом с нами оказался король. В его холодных глазах отражалась насмешка. – А почему бы вам, Эмили, не перейти ко мне на службу?

Вот ведь… Тьма! Умел его величество ударить, не прикасаясь.

Я напрягся, и моя целительница – тоже. Я же мог называть её моей? Или не имел на это права?

Нужно было ответить мне. Что-то ничего не значащее, что-то, что должно было избавить Эмили от необходимости отвечать. Но я молчал, буквально наступив себе на горло. Будто чувствовал, что от её слов будет зависеть… всё.

– Ваше величество, – в девичьем голосе прозвучала та же насмешка, что горела в глазах короля, – но ведь я и так состою у вас на службе.

Рядом хмыкнул Рассел и кто-то ещё из ребят, кто стоял близко и мог слышать разговор. Я же никак не отреагировал, впрочем, далось мне это сложно.

– Я имел в виду, – не унимался король, – что было бы неплохо, если бы вы перешли на службу в королевскую лабораторию.

Да, он был правителем. Главой королевства, а мы все являлись его подданными, но мне очень захотелось врезать ему. Вот прямо так, без предупреждения и объявления войны. Чтобы знал – его власть велика, но не безгранична.

За меня это, в переносном смысле, конечно же, сделала Эмили:

– Простите, ваше величество, я знаю, что королям не отказывают, – она притворно вздохнула, – но я вынуждена отказаться от этой чести.

Не сказал бы, что Ленарда её ответ удивил. Скорее, он даже был рад услышать именно его. Проверял?

Ещё и подмигнул мне, как бы говоря, что, смотри, я всё выяснил за тебя. А я в этом вопросе помощи ведь не просил. Я бы сам всё узнал. Наедине. Без лишних глаз и ухмылок.

– Жаль, – без особого сожаления бросил его величество и, тут же забывая и о разговоре этом, и о нас в целом, развернулся и принялся отдавать приказы. Чёткие, выверенные, правильные. Такие, которые слушали и тут же бросались выполнять. Разгребать всё, что наворотил Кэнмор.

Боюсь, управимся мы тут только к утру. Надо бы отправить Эмили домой, нечего ей здесь делать. Но озвучить это я не успел, повернулся, почувствовав чужой, пристальный взгляд.

Пока мы тут прохлаждались, ребята делали свою работу – с заломленными руками за спиной, по залу вели Джеймса. И он смотрел исключительно на меня. Спокойно смотрел, словно ни в чём не раскаивался.

Внутри вспыхнула злость. Но, как ни странно, не на него, а на себя. Я так кичился своим умением подбирать людей, и не просто просмотрел предателя под носом, а даже не заподозрил его ни в чём. Сколько он работал на Кэнморов? Сколько смертей можно было предотвратить, не будь я таким самонадеянным?

Признавать свои ошибки, особенно такие, очень сложно.

– Не нужно, – привлекая моё внимание, тихо, так, чтобы её услышал только я, произнесла Эмили.

Хотя благодаря бурной деятельности его величества, мы почти остались одни. Так что подслушивать особо было некому.

– Бить его? – усмехнулся, повернув голову к девчонке.

В этом платье она была прекрасна. Восхитительна. Так что мне хотелось и любоваться ей и при этом спрятать, чтобы никто больше не ломал об неё глаза. Вот таким вот противоречивым был я.

Она покачала головой и, удивительно точно считав мои эмоции, произнесла:

– Винить себя.

Я замер. С трудом протолкнул в лёгкие очередную порцию воздуха и только потом ответил:

– Спасибо.

За всё. И за то, что выдержала мою невыносимость, что не позволила выгнать себя, проявив упрямство. И за то, что осталась рядом, даже когда поняла, что я всё так же невыносим, безгранично упрям и в целом тиран и деспот.

– Я прикажу, и тебя отвезут домой, – почему-то прошептал. Не хотелось говорить громко. Не потому, что боялся, будто меня услышат. На это мне было абсолютно наплевать, а скорее потому, что не хотелось терять это единение.

Но Эмили не была бы собой, если бы не фыркнула:

– Вот ещё, – недовольно скривила губы, – здесь больше трёх сотен человек с разной степенью тяжести отравления агассой. Думаешь, моя помощь здесь не понадобится?

Что со мной делает эта зараза? А вот что – приводит аргументы, с которыми я спорить не в силах.

– Хорошо, – на этот раз я сдался слишком быстро, сам от себя не ожидал. – Сейчас подтянутся целители из военной лечебницы, и Оливер обещал быть. Пристрою тебя к ним.

– Спасибо, – теперь уже прошептала она.

– За что? – моё удивление было искренним.

– За то, что прислушиваешься ко мне.

Я на секунду прикрыл глаза, остро чувствуя свою вину перед ней. Я решил оградить её от всего этого, забыв предупредить о своих планах. Я оправдывал себя тем, что действовал в её же интересах, но, на самом деле, со стороны это выглядело так, будто я и впрямь всего лишь использовал её. Воспользовался знаниями и умениями, а потом просто отправил подальше.

– Прости, – повинился, даже не зная, как сформулировать всё то, за что должен был извиниться. Но она поняла, улыбнулась, светло и открыто, а потом подняла руку и прикоснулась к моему лицу, согревая кожу магией.

Я не знал, как выглядел, но если доверять собственным ощущениям, то так себе. А всё потому, что люди Кэнмора не очень-то обрадовались, когда мы с Кимом заявились к ним с предложением заменить подчиняющий порошок на муку. Нет, последнее было не обязательным, но довольно увлекательным предприятием.

– Я не сержусь, – произнесла Эмили, возвращая меня в реальность. И