Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

позвонками. Будто невидимый стробоскоп выхватывал из темноты только часть движений, выбрасывая все остальное туда, где зрение не поможет. Аяка дергалась, как плохо анимированная модель в инди-игрушке, и всегда, каждый раз на долю секунды опережала удары Алого.

А потом она опередила его на две доли секунды. Копье рухнуло на голову Гвардейца сверху-вниз, он вскинул алебарду параллельно горизонту, блокируя удар, но копье снова стало гибким, перехлестнуло через преграду, и клинок вонзился в рачью макушку почти до середины.

На невидимом ветру колыхался черный, как самая глубокая ненависть, платок…

Алый рухнул на колени и мешком повалился на бок. Аяка натянула цепь, наступила на нее, вырывая клинок из головы Гвардейца, подтянула его к себе, и на моих глазах все жуткое оружие втянулось в ее тонкую руку, одновременно со слезшей, как обгоревшая кожа, броней.

Будто никогда не было демонического копья, которым Аяка только что уничтожила целый полк солдат и двух супер-солдат, каждый из которых стоит этого же полка.

Бросив короткий взгляд на Алого у себя под ногами, и убедившись, что он тоже начал таять на солнце, я глубоко вдохнул, успокаивая сознание, и зашагал к Аяке.

Она ждала меня. Она знала, что сейчас будет очень серьезный разговор. Но она не боялась.

— Мы сделаем очень просто. — сказал я, остановившись в двух шагах от Безликой. — Ты будешь говорить. Сейчас. И сразу все. Если я заподозрю, что ты лжешь или что-то скрываешь, а я очень близок к этому, то мы с тобой больше никогда не будем водиться. Ты меня поняла?

Аяка кивнула:

— Я поняла. Но твой план не сработает.

— Это еще почему?

Аяка медленно, чтобы я хорошо видел, подняла руку и вытянутым указательным пальцем ткнула мне за спину.

Я аж усмехнулся — настолько детским выглядел этот трюк. Не сводя с нее взгляда, я аккуратно обошел Безликую по кругу, чтобы видеть то же самое, что видела она, не поворачиваясь к ней спиной.

И я увидел.

Два песчаных корабля, на всех парусах спешащих к нам от линии горизонта.

— Я тебе все объясню. — снова пообещала Аяка, опуская руку. — Но сначала нам придется разобраться с ними. Волшебница сейчас все равно не в себе, так что она бы не открыла портал, даже если бы их не было.

— Ну, это будет проще, чем с Алыми. — хмыкнул я, переплетая пальцы и выгибая от себя до хруста.

— Люблю решительных мужчин. — усмехнулась Аяка бескровными губами, и кончики пальцев ее левой руки обросли белой броней.

До прибытия кораблей оставалась пара минут…

Эл Лекс

Доспехи демона. Крылья

Глава 1. Черный дым

Как холодно…

Почему так холодно?

И мокро…

Мокро-то почему? Что со мной произошло, что я и вымок и замерз?

Нет, серьезно, что произошло? Я совершенно ничего не помню.

Нет, что-то помню. Помню Аяку с копьем, помню надвигающиеся корабли культистов…

Больше ничего не помню. Как ножом отрезало. Полная пустота и чернота в голове. Я не помню даже боя. Бой был?

А что было после боя? Как я из пустыни перенесся туда, где холодно и мокро? Может быть, я в оазисе упал в озере?

Нет, чушь, тогда было бы жарко и мокро. Или, как минимум, тепло. Холодно в пустыне может быть только ночью.

Может быть, сейчас ночь? Не зря же вокруг так темно, что даже звезд на небе не видно.

Нет, стоп. Это мои глаза закрыты, поэтому и темно. Надо открыть. Осмотреться. И понять, что же происходит.

Да, легче сказать, чем сделать. Глаза ни в какую не открывались, будто веки сшили между собой. Никакие усилия не могли заставить их открыться. Максимум — чуть-чуть приоткрыть, до узенькой щели, через которую даже свет едва пробивался. Моментально заболела голова и нехорошо заворочался желудок. Странное и очень мерзкое ощущение — одновременно и подташнивает и скручивает голодными судорогами, будто я двое суток ничего не ел.

Да что же со мной происходит? Никогда еще в этом мире я не чувствовал себя так мерзко! Даже когда лишался сил демона и вынужден был полагаться только на свои природные данные, даже в окружении чумной паутины, даже с обожженной половиной тела — никогда еще я не чувствовал себя таким беспомощным!

Кстати, о демоне…

Рогатый… Ты тут?

Кто еще из нас рогатый…Где твоя баба?

Если бы я видел, может, я бы тебе и ответил. Скорее всего, где-то рядом.

Ни хрена. Рядом нет ни капли магии. Ни одной твоей бабы, ни второй.

Говоришь так, будто ты не видишь.

Я и не вижу. Я же смотрю твоими глазами. Говорю только о том, что тебе без меня недоступно — о магии.

Понятно. Ничего толкового от демона не добиться, снова придется все делать самому.

И в первую очередь надо открыть глаза.

Не знаю, сколько я мучился, но ценой нечеловеческих усилий глаза я все же разлепил. По чуть-чуть, по миллиметру, каждый раз заново привыкая к палящему солнцу. Пытался поднять руку, чтобы прикрыть глаза от жестоких лучей, но руки не слушались. Сперва в голову пришла ужасная мысль, что я каким-то способом получил травму позвоночника и потерял контроль над телом, но потом понял, что чуть-чуть шевелить руками я все же могу. Просто это практически невозможно заметить из-за большого сопротивления окружающей среды.

Плещущейся окружающей среды.

Я что, в воде? Это бы объяснило и холод и почему мне мокро. Хотя нет, холод бы не объяснило — в пустыне не бывает так холодно, если только ночью. А ночью не бывает солнца.

Хотя, судя по окружению, я уже и не в пустыне. Скосив глаза, я зацепил краем зрения густые кроны деревьев, и окончательно в этом убедился. Нет таких деревьев в пустыне, там только пальмы и кактусы.

Итак, я не в пустыне.

Тогда где я? И как я здесь оказался? И почему ни хрена не помню?

Следующие три вечности я занимался тем, что пытался расшевелить собственные конечности. Они закостенели от холода, промерзнув буквально до костей, и приходилось заставлять их двигаться, начиная с движений кончиками пальцев с миллиметровой амплитудой. На правую руку ушло минуты две, не меньше, зато когда я смог ее поднять, дело пошло намного веселее. Пусть она все еще была деревянная и плохо слушалась, теряя по пути половину посланных ей нервных синапсов, но она хотя бы двигалась, и с