Этногенез-2 - Елена Кондратьева

Рыжебородый Гончаров, получивший полномочия коменданта Оазиса от Сони ван Астен, настаивал, что бросать базу, где были сосредоточены верфи и фабрики, нельзя, нужно держать оборону здесь.

— Да на Уране нас раскатают на атомы! — выкрикивал маленький Дубов, размахивая скрюченной рукой. — Вы что, забыли — у Прусакова весь Космофлот да еще большинство наших крейсеров в придачу! Мы не выстоим. Надо уходить. Спрячемся на Троянцах Юпитера, не впервой.

— Успокойтесь, друзья! — остановил спор начальник верфи инженер Раевский. — Вот сейчас сюда явится товарищ Альфа и нас рассудит.

— Он уже явился! — громко крикнул Матвей из-за спин собравшихся и принялся следом за великаном Квальей протискиваться к трибуне.

Звездные борцы встретили появление своего пропавшего вождя громом аплодисментов. Матвей легко взбежал на трибуну, пожал руки Гончарову, Раевскому, Дубову и повернулся к залу.

— Товарищи! Друзья! Начнем с того, что я больше не товарищ Альфа. Того Максима Верховцева, которого вы знали, больше нет. Меня зовут Матвей Гумилев, и это такой же факт, как и то, что я и корпорация «Кольцо», принадлежащая моему отцу, находимся в состоянии войны с канцлером Прусаковым.

Наступила напряженная тишина. Сжав льва, Матвей оглядел бывших соратников и твердо отчеканил:

— У нас очень мало времени. Каждый, кто хочет сражаться против узурпатора Прусакова — добро пожаловать на борт «Справедливого». Оазис, к сожалению, нам не отстоять. Ждем на орбите до четырнадцати ноль-ноль по среднесолнечному. Это все.

И покинув трибуну, он в сопровождении молчаливого Квальи проследовал сквозь расступившихся звездных борцов к выходу.

Вернувшись на фотонный крейсер, Матвей принялся мерить шагами Центральный отсек. Вскоре исин «Справедливого» сообщил, что с космодрома Оазиса начали стартовать авиетки и катера. Они доставляли на борт тех, кто решил последовать за Гумилевым. К радости Матвея, таковых оказалось подавляющее большинство.

Ровно в два часа после полудня последний катер доставил на «Справедливый» Дубова и Гончарова.

— Ты прав, товарищ Альфа, — прогудел в бородищу главный техник. — Не отстоять нам Оазис. Но мы сюда еще вернемся!

— Обязательно вернемся, — пропустив «товарища Альфу» мимо ушей, заверил Рихарда Матвей. — Ну а пока наш путь лежит на Титан.

Соня ван Астен очнулась — или правильнее сказать «проснулась»? — от голода. Есть хотелось чрезвычайно. Последний раз она завтракала на борту «Зоркого» и, в общем-то, собиралась пообедать на станции «Покой», но появление старателей, а затем атака крейсеров и плен помешали ей исполнить задуманное.

Открыв глаза, девушка увидела белый потолок с большим красным крестом.

«Медотсек», — поняла она. Что ж, все правильно… и хорошо. После того, как ее накрыл выстрел парализатора, со стороны тех, кто захватил Соню, было очень гуманно дать организму возможность восстановиться.

Приподнявшись на локтях, девушка огляделась. Медотсек крейсера «Сапсан» оказался на удивление маленьким, даже крохотным. Здесь поместились всего два саркофага лечебно-диагностического комплекса «Эскулап», в одном из которых находилась Соня, и реанимационный блок.

Прислушавшись к своим ощущениям, девушка поняла, что у нее ничего не болит, голова ясная, руки-ноги слушаются. Если бы не голод, можно даже было сказать, что чувствовала она себя отлично.

Выбравшись из саркофага, Соня ладонями разгладила помятый серый комбинезон с нашивками «Армии пробуждения» и шагнула к двери. Но она не успела даже прикоснуться к сенсору замка, как дверь с еле слышным шипением отъехала в сторону и на пороге появилась какая-то девчонка в черном обтягивающем костюме. В руках она сжимала обычный полицейский лучемет «Удар».

Невольно сделав шаг назад, Соня посмотрела в глаза незнакомке и увидела там ненависть. Красивое лицо девочки… нет, пожалуй что девушки, взрослой, никак не младше Сони, искажала злобная гримаса.

— Здравствуйте, — на всякий случай улыбнулась ван Астен, гадая, кто перед ней и почему в таком состоянии.

— Очнулась… — прошипела девушка и отошла в сторону, освобождая проход. — Выходи!

Это было не предложение, а скорее приказ. Соня пожала плечами и подчинилась.

— Иди прямо! — скомандовала обладательница черного костюма и «Удара». — Не сюда, налево! Стой!

«Да это же вовсе не «Сапсан»!», — поняла Соня, проследовав по закругляющемуся коридору и остановившись возле двери безо всяких символов.

Когда дверь открылась, последовала новая команда:

— Входи. Садись за стол.

Помещение, в которое попала Соня, напоминало размерами стандартную одноместную каюту, но здесь не было кровати, тренажерного комплекса и инфомонитора. Просто гладкие стены, стол и два стула.

Она послушно села на один из них. Незнакомка, держа Соню на прицеле, свободной рукой отодвинула оставшийся стул в сторону и уселась на него, закинув ногу на ногу.

— Где он? — спросила девушка, поигрывая «Ударом».

— Послушайте, — как можно мягче произнесла ван Астен и улыбнулась самой доброжелательной из всех своих улыбок. — Я ничего не понимаю. Меня захватили… похитили, парализовали, теперь вот вы… задаете какие-то непонятные вопросы… Может быть, для начала познакомимся? И уберите оружие, я же ничем вам не угрожаю!

— Заткнись! — покраснев, завизжала вдруг девушка в черном. — Заткнись, или я пристрелю тебя!

— Значит, так! — Соня закаменела лицом. Все же она была инструктором штаба «Армии пробуждения» и умела вести себя жестко. — Во-первых, прекратите истерику! Во-вторых, до тех пор, пока вы не представитесь и не объясните, где я нахожусь, никакого разговора не будет. В-третьих, я очень голодна. Это все.

— Ах ты… — задохнулась девушка.

«Удар» в ее руке ходил ходуном.

«Сейчас выстрелит», — отрешенно поняла Соня. Тренированное тело напряглось, готовясь уйти с линии огня.

— Анна, мне кажется, наша гостья права, — неожиданно прозвучал в комнате спокойный женский голос. — У тебя не получится с нею нормальный диалог без выполнения ее условий. Третье из них я снимаю с повестки.

Из столешницы выдвинулся прямоугольный контейнер, серая крышка распалась на две половинки, и Соня увидела внутри дымящиеся судки, кюветы с соусом и столовые приборы.

— Здесь тушеные овощи, морепродукты и кофе. Вы довольны? — поинтересовался голос.

— Вполне, — Соня кивнула. — Вы, я так понимаю, исин?

— Да, меня зовут Надежда.

— Спасибо, Надежда.

Девушка в черном тем временем опустила лучемет. На лице ее отразилась внутренняя борьба. Обуздав ярость, она сквозь зубы процедила:

— Ты на борту «Надежды». Я — капитан этого корабля. Меня зовут… Анна Петровская.

— Соня ван Астен, — наклонила голову Соня, берясь за вилку. — Как я здесь очутилась?

Анна дернула плечом и отвернулась.

— Мы отбили вас, — объяснила Надежда.

— У целого крейсера и кучи спецназовцев в придачу? — удивилась Соня. — «Надежда» — это что, линкор?

Надежда не успела ей ответить. Петровская резко повернулась, вскочила и выкрикнула:

— Я — невеста Матвея Гумилева! Где он?!

Соне понадобилась одна-единственная секунда, чтобы свести концы с концами.

Глаза ее расширились, рыжие волосы взметнулись, как языки пламени, когда девушка, отодвинув стул, встала из-за стола.

Они замерли друг напротив