Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов

Неожиданно простое для владетельницы платье, храмовый знак на шее, волосы убраны в косу… Конечно, она узнала о служителях, явившихся на зов Биркера. А при них Корадела всегда играла особую роль – даже день помолвки не стал исключением.

– Служитель Харстед! Омилия. Дерек. Как мило с вашей стороны – явиться сюда. Он метался в бреду целый час, но сейчас ему лучше… Подготовка к помолвке требует моего присутствия, но я не могу оставить его ни на минуту… Я боюсь, что… – Корадела зашептала, склонившись к уху служителя Харстеда.

И здравый смысл, и дворцовые приличия требовали переноса церемонии помолвки, когда брат счастливой невесты несвоевременно решил полежать при смерти – но расчёт Омилии оправдался. Корадела слишком спешила, чтобы рисковать.

Омилия подошла к постели Биркера, и на миг сердце её сжалось. Биркер и в самом деле выглядел плохо. Лоб блестит от пота, грудь тяжело вздымается, кожа посерела…

Омилия понятия не имела, что именно он сделал с собой – в любом случае, результат впечатлял. Неудивительно, что даже лекари поверили ему безоговорочно – да и попробовали бы они поставить под сомнение жалобы Химмельна.

Омилия осторожно опустилась на освобождённое матерью место и коснулась пальцев Биркера.

– Милый брат… ты меня слышишь?

Голова Биркера перекатилась по подушке – влево, вправо – а потом ресницы затрепетали.

– А… сестра. Прости… я испортил тебе праздник. Но…

– Не надо, не говори, – поспешно сказала Омилия. – Береги силы.

Биркер слабо улыбнулся.

– Благодарю за заботу… ты добра ко мне почти так же, как твоя матушка… Я того не стою.

– Даже последний из наших подданных стоит заботы владетельницы, – назидательно сообщила Корадела, подходя к постели с другой стороны. – Ты же, Биркер, – дитя Химмельнов. Я буду рядом с тобою столько, сколько потребуется, пока…

«…помолвка не потребует твоего немедленного присутствия».

– Не стоит. – Биркер тихо застонал, попытавшись присесть на постели. Очень правдоподобно – может, ему и вправду стало плохо? – У моей сестры сегодня праздник. Ничто не должно помешать, но… я могу быть там, рядом с вами? Отец далеко. Быть может… это мой последний шанс почувствовать себя частью этой семьи. – Он задышал тяжелее, и лицо, как по команде, побледнело на пару тонов – а сразу вслед за тем его шумно вырвало в стоявший у постели таз.

Вперемешку с отвратительным запахом рвоты Омилия ощутила слабый аромат темерицы – помнится, Радена, её первая и последняя подружка, рассказывала, что это – незаменимое средство для желающих отделаться от учителей и воспитателей на сутки вперёд.

Биркер подошёл к делу со всей серьёзностью.

Корадела поморщилась, с явным трудом скрывая отвращение. Омилии казалось: она слышит движение мыслей в материнской голове.

Корадела не могла не бояться, что Биркер по обыкновению выкинет что-то. Она несомненно думала, что цель жизни пасынка даже на пороге смерти – делать всё ей наперекор.

Однако надежда на то, что он и вправду тихо и удобно исчезнет, кажется, немного смягчила владетельницу… кроме того, отказать юному Химмельну перед Харстедом и всё ещё маячившим позади Дереком Раллеми было бы странно.

Корадела сдалась.

– Если твоё состояние это позволит, Биркер, то, конечно…

– Я попрошу привезти лежачее кресло и побуду в тени, – сказал Биркер кротко. – Вот только… могу я попросить служителей сопровождать меня? По правде сказать… не знаю, в какой момент… только Мир и Душа знают, сколько мне осталось.

На миг Омилия испугалась, что он переиграл – но служитель Харстед почтительно опустил голову, а мать поджала губы.

– Отрадно видеть, что хотя бы сейчас ты обратился к вере.

– Свет истины часто сияет нам ярче всего в самый страшный миг, – добавил служитель.

– Я и вправду чувствую себя так, словно прозрел, – тихо, проникновенно произнёс Биркер. – Если моей душе и вправду суждено покинуть тело в день великой радости для моей сестры… пожалуйста, напишите отцу о том, что я…

– Конечно, – поспешно сказала Корадела. – Об этом ты можешь не волноваться. Но… все служители? Протокол…

– Воля умирающего священна, – произнёс сурово Харстед, и Корадела осеклась. – Мы все сопроводим тебя, Биркер Химмельн. Будь частью радости своей сестры… и если страшный час настигнет тебя, все мы будет рядом, чтобы проводить тебя в последний путь. Ты не один. Душа и Мир Кьертании – с тобой. Они всегда были и будут с тобой.

Омилия спрятала взгляд, боясь, что мать заметит новый блеск в её глазах.

Сработало.

Длинная процессия – она сама, опирающаяся на руку Дерека, Биркер в кресле, которое катил слуга, Корадела, служитель Харстед – а вслед за ним и остальные служители.

– Столь печальный повод, – сказал один из служителей, помоложе, учтиво кивая Омилии, – но не тревожьтесь, юная наследница Химмельн. Все главные служители Мира и Души на вашей помолвке… уверен, это добрый знак.

– О да, – с чувством отозвалась Омилия, крепче цепляясь за локоть Дерека. – Не сомневаюсь.

Когда-то, давным-давно, – тогда она ещё была вхожа в кабинет владетеля – отец сказал ей, что человек творит добрые знаки своими руками.

Тогда она не поняла, что он имел в виду.

Омилия поймала себя на том, что нервно улыбается, и нахмурилась – мрачное лицо больше подходило случаю, а изображать невозмутимость у неё не осталось сил.

Кажется, вечность прошла, пока они тащились через парк к площадке, где уже были закончены последние приготовления. Высокие арки из дерева и кости, увитые синими лентами, розами, остролистом, столики, уставленные винами, сниссом, закуской, слуги, снующие туда-сюда, мерцание свечей и валового света…

Красиво, но скромно – куда скромнее, чем обычно на дворцовых празднествах, скромнее, чем прилично случаю.

Корадела спешила. Договор состоится сегодня же, и уже вскоре – может быть, завтра сыграют свадьбу. Мать должна будет действовать быстро, чтобы отец не успел помешать её плану. Строжайшая секретность – миф, особенно когда речь идёт о дворце. Надеяться на то, что никто не доложит владетелю о готовящемся браке, глупо. А Корадела не глупа – именно поэтому появление непредусмотренных протоколом служителей её не слишком напугало.

Мать наверняка понимала, что кто-то из шпионов владетеля уже на пути в Парящий порт с вестью о готовящейся свадьбе. Служители – даже если кто-то из них и отнесётся к помолвке неодобрительно – ничего здесь особенно не меняли.

И без их вмешательства ничто не помешает отцовским шпионам доставить ему весть так скоро, как возможно… Разве что мать уже отправила кого-то из своих людей вслед. Омилия поёжилась. Очень может быть, что именно так Корадела и поступила.

Не об этом сейчас ей стоило думать.

– Вы волнуетесь? – шепнул Дерек, и волна