Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

Чтобы получить должную поддержку и нужные подсказки, он обернулся в сторону супруги, ожидая, что она сейчас сама объяснит и растолкует. Ведь и в самом деле участие графа в подобном походе было необязательным. Да, жертв явно будет меньше при его непосредственном прикрытии чудесным оружием, но ведь изначально понятно: на всех его одного не хватит! И в разные места он отправиться не сможет при всем желании!

— Понятно, что моего супруга ждут в столице, — начала вроде как весьма верно и деликатно Тани. — Потому что для него дело защиты каждого человека всегда стояло во главе всей жизни. Ради защиты людей от магических тварей он всегда готов броситься в бой первым и прикрыть слабых собственной грудью. За его спиной любой может чувствовать себя защищенным и в безопасности. Это я вам говорю, как лучше всех его знающая и обожающая супруга.

Переждав неуверенные аплодисменты, виконтесса неожиданно продолжила совсем в ином ключе:

— И он еще никогда не отказывал людям в помощи. Думаю, что караван под его опытным командованием не понесет в пути ни одной человеческой потери!

При этом она сама с таким восторгом и верой смотрела на супруга, что тот вконец растерялся и только удосужился неуверенно прошептать:

— А как же ты?

— Я готова тебя подождать, мой дорогой, — понесся в ответ страстный шепот. — Ну и постараюсь себя завалить круглосуточной работой: вылечу всех здешних целительниц и научу их медицине нашего мира Зелени.

В таком случае что-либо изменить в полосе событий могли лишь чрезвычайные обстоятельства. Но таковых, увы, вокруг не намечалось. Осторожно заглянув в межмирское пространство, Дмитрий разочарованно вздохнул: и там окончания урагана ждать еще долго. Поэтому ничего больше не оставалось, как возглавить эту спасительную для королевства экспедицию в горы. Да и, с другой стороны, много времени это не займет, три, а скорее всего, четыре дня, и он снова продолжит со своей супругой путь в столицу Ирцшулара.

Так что ничего больше не оставалось делать, как согласиться и приказать каравану трогать к форту Восточный немедленно. Сам командир в любом случае его догонит верхом на скакуне. Да и скакуна предоставили вообще невероятного красавца, не сравнимого с прежним. Так что вскоре и сам граф Дин, под радостный рев горожан, в сопровождении десятка лучших воинов, проехался по улицам города, вслед за двинувшимся в путь караваном.

С женой он успел обменяться напоследок лишь несколькими фразами да горячим поцелуем. Ему даже показалось, что он будет по ней сильно скучать. Но когда уже выехал за крепостные стены и стал удаляться от города, вдруг почувствовал на душе неожиданное успокоение и непонятную легкость.

«Странно! — удивился он мысленно, прислушиваясь к своим чувствам. — Видимо, большие города и оседлая жизнь становятся не по мне. Вон как меня тянет на приключения и в дорогу! Да и ответственность за этих людей во мне наверняка превалирует. Со мной они и в самом деле гораздо больше шансов имеют выжить все до единого».

Ну и как-то в суматохе отъезда не сразу сообразил, что верный маркиз Зарнар и его небольшой отряд так и остались в городе. Даже Майлины не оказалось в данном караване. А когда расспросил окружение и понял, что остался без проверенных боем друзей, несколько загрустил.

«Могли бы и прогуляться для блага своего королевства, — обиделся он на Эрика и барона Данью. Потом немного подумал и решил не обижаться. — Может, оно и к лучшему? Иначе тогда Тани осталась бы в чужом городе совершенно одна. Естественно, она себя завалит работой и обучением, но все-таки поддержка от знакомых людей ей не помешает. Разве что Майлина несколько не вписывается в круг доброжелателей моей супруги. Вот уж кто-кто, но она должна была отправиться со мной. Хм… А почему „должна“? Или у меня к ней остались какие-то нежные чувства? М-да! Чего уж там хитрить: в самом деле остались. И не пожалею ли я о тех двух бесцельно потраченных ночах?»

Чем больше ехал — тем больше жалел.

Но и чем дольше пребывал в пути, тем больше начали проскальзывать некие странные видения в сознании. И из этих видений вскоре нарисовались с десяток чудных, явно из жизни «забытого периода», сценок. Причем сцен не узловых, определяющих жизненные этапы, а скорее третьесортных, этакий фон, причем весьма дальний, на котором творились иные, скорее всего, основополагающие события.

Например, личная встреча с императором Телианом Пятым, в которой тот пеняет графу с укором: «Ну вот, уже и женат, а когда сделаешь торжественную свадьбу в моем дворце? Ведь договаривались же!» Естественно, после такого воспоминания зароились в голове вполне справедливые вопросы: «Неужели я жил в замке Тани целый месяц, а свадьбы мы так и не сыграли? Уж без приглашения императора мне как бы праздновать и по статусу не положено. Самый почетный человек в Рилли…» И: «Кстати, а почему я так ничего и не выспросил о самой свадьбе? Или мы с ней отпраздновали как-то слишком оригинально? По сценарию невесты?»

Еще одна яркая сценка-воспоминание: неуместная ревность молодой Арчивьелы Андорры Фаталиди после какого-то не то танца, не то праздника. Кажется, даже проскальзывало желание ученицы академии покончить с собой. А почему? Опять-таки что-то связанное с законной супругой.

Другой кадр: вспененные, разноцветные брызги суспензии, в которые он бросается с женским телом на руках. Причем в сознании почему-то крепко сидит мысль, что тело в его руках — самое любимое и желанное, и оно умирает. Попробовал представить в той ситуации тело виконтессы… Что-то явно не сходилось. Либо вообще присутствовало воспоминание некоего сна, либо тело было явно иное. Хотя что может быть прекрасней тела Тани Хелке?! Или все-таки что-то может? И это странное сходство Майлины с кем-то близким, желанным и родным… К чему бы это?

Но больше всего поразило всплывшее в памяти, ни к селу ни к городу, как говорят, заговорщицкое лицо Бонзая. При этом лучший друг подмигивает, протягивает кубок с их любимым далийским и говорит: «Если уж наши жены наедине между собой не перессорятся, значит, они и в самом деле самые лучшие. И нам тогда повезло: проживем с ними до самой смерти!» И на дальнем плане восприятия осознание, что его любимая жена сейчас осталась наедине с королевой Ягонов и та ее водит по своему дворцу, знакомит с достопримечательностями. А ведь виконтесса почему-то утверждала, что визит в мир Мерлан — это их первое путешествие по мирам.

«Шизуха