Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

class="p1">Вскоре наше присутствие немного «отпустило» окружающих, напряжение заметно спало. Мне стало легче дышать, ведь, в отличие от ребят, я все чувствовала остро, эмпатия давила и показывала лишнее.

Воин сгонял к толпящейся очереди и раздобыл нам по стаканчику грога, шепнув «для прикрытия». Какого прикрытия, интересно? Все и так прекрасно знают, кто мы и что мы, я слышала шепот даже про советника Стрейта, а уж что говорили про нас… Большинство молодых жителей Гезелькрооса сторонились нас, другие откровенно боялись. Здесь все что-то скрывают, неудивительно, что чужаки, связанные с советником, вызывают не просто антипатию, а отторжение.

Я стояла с ребятами и молча наблюдала за ними. Воин беспокоился, хоть и силился задорно улыбаться, Алекс выглядел спокойным и отстраненно-равнодушным, но я знала, что он внимательно следит за окружающими. Взгляд его черных глаз то и дело возвращался к Ириссе. Она обнималась с темноволосым парнем и чувствовала себя почти комфортно. Почти – это из-за нас. Не присутствуй мы здесь, счастье ее было бы полным. Вот так быстро она оправилась от нападения чудовища.

Может быть, она была участницей представления? Вряд ли организатором, но добровольной участницей – возможно.

Словно прочитав мои мысли, Алекс сказал:

– Ставлю свою адекватность на то, что эта девочка сможет привести нас к Нике. Но она ничего не скажет, угрозы не помогут. Что бы тут ни творилась – тайна сильнее, ценней многих жизней. По крайней мере, местные так считают, это мы с самого начала знали.

– Что будем делать?

– Наблюдать.

Если прошедшие сутки я бы назвала изматывающими, то ночь на Пляже – сводящей с ума. Мгновения тянулись бесконечно, напряжение нарастало волнами. Воин все предлагал выманить Ириссу в темный уголок и рассказать ей, что к чему, но я была согласна с Алексом – неведомая тайна пугала местных сильнее, чем столичные выскочки. Все здесь понимали – рано или поздно мы уберемся, а незримая угроза останется.

Сейчас я склонялась к мысли, что Ника пострадала именно как Милана, из-за ее шкуры. Саму Нику бы не тронули, чтобы не привлекать еще больше внимания. Может, в этом наш шанс? Пустить слух, что Милана – это вовсе никакая не Милана? Или уже поздно? Пожалуй, рисковать не стоит.

Пока Воин препирался с Алексом, я засмотрелась на чернеющую водную гладь. Все-таки есть в этом зрелище что-то, захватывающее дух, чарующее, но совсем не отталкивающее. Яркие огненные отражения причудливо сливаются далеко впереди, но прямо напротив меня. Огни танцуют и тянутся друг к другу, кружатся в вихре, образуя два причудливых хоровода. Два круга с черными впадинами посередине. Это глаза. Такие прекрасные, но страдающие, обладателю этих глаз тоскливо и чего-то не хватает. Кого-то, точнее. Ему нужна я, ведь я для него идеальна.

Кажется, за моей спиной раздавались крики, но такие далекие, словно пришли из далекого сна. Меня зовут? Наверное… но какое мне дело? Да никакого. Никому я не нужна так, как нужна ему, существу с удивительными глазами. Без меня он погибнет. Но этого я не допущу, лучше умереть самой, или жить вечно – вместе с ним, он это обещает, я чувствую.

Мой дар ударил в самое сердце, внезапно и остро, чужая боль затмила разум красным полотном, я согнулась пополам и рухнула вниз, точно подкошенная. Как же больно… как же много чувств…

– Таната! Таната! – кричал кто-то, и в этот раз я слышала и осознавала, что Таната – это я. Кто меня зовет? В нос соленым потоком ударила вода, я закашлялась и выставила руки вперед, стараясь подняться. Соль словно разъедала меня изнутри, на глаза наворачивались слезы, но они быстро исчезали на мокром лице.

Желтые, наполненные страданием глаза растворились, или я уже не могла их видеть из-за слез и соленой воды. Наваждение постепенно исчезало, хотя сейчас все стало еще хуже – меня тянуло не вперед, а назад, к берегу. Чужая боль, смешанная с яростью и виной, я чувствовала ее так сильно, что не замечала холода. Просто сидела в черной ледяной воде, опираясь руками на холодные скользкие камни и пыталась разглядеть берег.

Я сделала кому-то больно, из-за меня ему плохо. И я хотела ему помочь, и в этот раз желание именно мое, жгучее, неосуществимое и отчего-то быстро затухающее, точно огонь. Все дело в нем – он успокоился, он радовался, хоть и чувствовал вину. Не уследил, заигрался, но в итоге все хорошо. Я в порядке, значит, и он тоже.

Кто-то подошел ко мне и пытался поднять, хватая за подмышки и называя по имени. Но это неважно.

На берегу творилось странное, народ разделился на две части: кто-то толпился у берега, крича и тыкая пальцами в мою сторону. Несколько парней даже успели забежать в воду, но не далеко, по щиколотку. Молодые люди указывали на меня и смешно разводили руками. Другая же часть гезелькроосцев толпилась у скал, теснясь ближе к пещере. Вот там царила настоящая паника. Знакомая паника.

– Ну же, Таната! Тут скользко, ты должна мне помочь и подняться! Море холодное, сидеть в воде ночью глупость! – тот же человек, который пытался поднять меня, внезапно сел передо мной на корточки. Он тоже весь мокрый, но, в отличие от меня, холод чувствовал, его губы посинели и страшно дрожали. Он мягко взял мою ладонь одной рукой, другой – повернул лицо к себе, очень осторожно. – Таната, все хорошо, я рядом. Ты можешь встать на ноги? Ты можешь, я знаю.

Могу, если он так говорит.

Я решительно кивнула и схватилась за руку Олли. Он обнял меня и повел к берегу, благо идти недалеко. Ноги у меня скользили, если бы не Олли, я давно свалилась бы обратно, но парень держал меня крепко.

Неожиданно мне стало стыдно. Опять со мной приключилась беда…

– Где… где парни? – хрипло спросила я у Олли.

Мы стояли у костра и поглядывали на общую суету, я поняла – в Гезелькроосе опять что-то случилось. И дело не в моем ночном купании, на меня люди смотрели, но не так внимательно, как в сторону пещеры.

– Твои друзья преследуют того парня, про которого ты спрашивала, – хмуро пояснил Олли. – Точнее, твой друг. Агрессивный верзила убежал почти сразу, его блондин заставил. Как я понял, верзила хотел тебя спасать, но блондин его переубедил и побежал к тебе сам. Но к тому времени ты перестала шагать в море и просто рухнула вниз.

Не самое толковое объяснение. Но я как раз начала приходить в себя и заставила Олли выложить все более