Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

жареной картошкой. Вполне и ужин, и закуска. И тут прямо у окон остановился "рэм" Дмитрия, двери распахнулись. Не знаю почему, но мне казалось, что Платон дома уснет и ехать сюда откажется, но он эту идею опроверг своим появлением. И выглядел даже вполне трезвым, как мне показалось. Оксана притормозила, дождалась, пока они войдут, и тоже приняла заказы. К Платону, правда, успел Смирнов присоединиться, так что они еще и графинчик самогонки попросили, внушив мне тревожные предчувствия.

Приятно, что успели поесть до того, как позвонил Хмель. Сначала я его не слышал, в пабе слишком шумно, пришлось с телефоном протолкаться до выхода, на улицу.

— Коль, тут у нас проблемы. — Голос Хмеля звучал напряженно, но по привычке он начал издалека.

— Что надо сделать?

— Подкрепление нужно. Нас в гаражах зажали, ближе к Красному, где нет никого.

— Сколько? Где вы, где они?

— Въезд в гаражи с проспекта, там стоит их фургон. Мы дальше, в самом конце ряда, точнее, в соседнем ряду, справа. Один из них на самом перекрестке, где точно — не вижу. Остальные тоже рядом, но постоянно смещаются.

— Сколько их?

— Минимум четверо, амулетами увешаны. У нас раненый и пленный, бегать не получается.

— Выезжаем, жди, скоро будем.

Кинулся обратно в паб, оценивая наличные силы. Саня бухой, его быстро развезло что-то, уже не боец. Дмитрий в норме, он почти не пил, я тоже не разгонялся. Платона с Петровичем вычеркиваем, естественно.

— Дим, тревога, давай со мной, — сказал я тихо, склонившись над столом. — Мил, нам отъехать надо. У Славы проблемы, срочно помочь требуется.

— Может, мне с вами?

— Не надо, сами разберемся, не уверен, что он хочет, чтобы ты там оказалась.

— Его что, в борделе бьют?

— Нет. Потом расскажу, некогда сейчас. Видишь, даже Саню не зову. Погнали.

Выскочили через заднюю дверь, забежали в мастерскую.

— Что там? — спросил Дмитрий.

Я быстро изложил проблему, попутно открывая шкафы. Так… надо что-то серьезное брать.

— Держи. — Я сунул ему свой карабин под 458, показал на стопку снаряженных магазинов. — Хватай. Подвесную найди, знаешь где. И глушак возьми. Да, магазины с "сабсониками" изолентой обмотаны.

Черт, я с этого карабина "ауровизор" снял, и ставить уже некогда, а в темноте очень бы пригодился.

— Очки с собой? Ночные в смысле.

— Всегда с собой. — Дмитрий уже набрасывал подвесную с подсумками.

Так, а мне что? Точно такой же неплохо, но я их еще не доделал, заблокировать могут. Не годится. И патронов этого калибра мало, все Дмитрию отдал, делать нужно. Амулеты, амулеты… и глушитель бы. Черт, магические разряжены, вот очень бы пригодились. Хотя пистолетный еще есть полный, я им не пользовался, вот его и возьму на всякий случай. А за основное… тогда карабин под сорок пятый, с длинным стволом, на него обычный глушитель тоже встает. Моя подвесная здесь, где снял, только… а, черт, подсумки другие… тогда сумку "grab-n-go", четыре магазина в подсумки, еще два в саму сумку. В карабин воткнуть самое отборное, то есть с железным корнем, и "пустышки" через одну. Дальность там особая не нужна будет. Прицел обычный, "ред-дот", но у меня тоже очки. А "ауровизоры" так возьму, два, себе и Дмитрию. Все остальное стандартно, аптечки и по паре алхимических гранат с едким газом. Черт, жаль, зажигательные все в тумане израсходовали.

— Готов? Понеслись!

На "бронко" поедем, он самый ближний к воротам. Закинулся в кабину, машина выскочила на улицу, Дмитрий закрыл ворота и оказался рядом. Мотор рыкнул, тяжелый внедорожник рванул с места, сильно накренившись в повороте, свет фар скользнул по дому напротив, вернувшись отблесками стекол. Ну ты скажи, как потемнело сегодня, еще не так уж и поздно.

Капли дождя посыпались на стекло, я включил щетки. Большие колеса расплескивали многочисленные лужи, машин почти не было — так, две или три попалось, не больше. Чуть проехали — и вон уже гаражи, там как раз пара вспышек сверкнула. Где там въезд был? Вон он, вижу. Придется так на машине и въезжать, ворота — самое опасное место, как бутылочное горлышко, надо как можно быстрей проскакивать.

— Очки, я свет выключаю. — Я вытащил свои "хипстерские", надел. Стало светло как днем, только мир теперь черно-белый. Дмитрий тоже последовал моему примеру.

— Едем без разведки, так что продвигаюсь докуда получится, попутно ищем укрытия. Как встал, так разом и выскакиваем.

— Принял.

Резкий поворот, длинный грязный проезд, белый фургон, стоящий у ряда гаражей справа. Из-за него выскочил человек в куртке с капюшоном, вскинул какое-то оружие, но я утопил газ в пол и кинул машину прямо на него. Он дернулся, попытался отскочить, но тяжелый "бронко" сшиб его правой стороной кенгурятника и силовым бампером, откинув в сторону. Я ударил по тормозам, обернулся, перехватив руль левой, затем резко сдал назад. Услышал крик, внедорожник дважды подскочил, когда колеса проехали по лежащему человеку.

— И еще разок, — пробормотал я, перекидывая рычаг коробки в "драйв".

Машина вновь прыгнула, но уже никто не кричал. Прикрытие они тут поставили, понимаешь, только не слишком умное.

— Пошли. — Я схватил карабин и вывалился из машины.

Этот готов? Этот готов, без сомнений. Опасности он точно не представляет. О, а за фургоном еще один лежит, куртка в крови… не наш, точно не наш.

Отблески пламени дальше и правей, скорей всего, алхимические гранаты, а если гранаты, то дистанция боя никакая, маленькая совсем, все они там. Черт, надо бы Саню попросить какие-либо амулеты "свой-чужой" придумать, как тут народ различать? Я даже не знаю, во что Хмель одет.

— По левой стороне, держу проход, а ты крышу.

— Принял.

— Пошли.

Марка прицела на все провалы ворот без створок, проходы, карабин Дмитрия ведет контур крыши. Если что-то там поднимется, то получит "обманку" и без того огромного веса, никакой амулет не выдержит. А вот чем они вооружены? Стрельбы вроде не слышно… а, нет, был глухой хлопок. На нормальный выстрел не похоже, но мог быть с глушителем. Дальше это все, в конце прохода и в стороне. Но бежать все равно нельзя: нарвемся. Идем и идем, все как надо делаем, суета нужна только при поносе.

Разруха тут полная, за столько-то лет все замерзало и оттаивало, стены потрескались, крыши просели. Одно из самых поганых мест в Форте, сколько тут всяких разборок случалось и трупов находилось — не счесть. В некоторых из гаражей ржавые остовы машин угадываются, горы мусора.

Конец прохода, за углом стоит "буханка" Хмеля. Огляделся. Целей не видно, но у входа в гараж лежит тело, руки за спиной