Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

— Ты, жирный, не видишь всей перспективы.

— Кто ты?! — у гибкого из голоса пропали текучие шепчущие нотки. Меж складок накидки блеснула сталь.

— Здравствуйте, я Джимми, — улыбнулся вежливо.

Они призадумались. А теперь на подогретую почву, с которой собеседникам уже не свернуть, поскольку в мозгах плещется горячая похлебка, следует накинуть предложение:

— Слышал, вопрос можно решить по праву силы? — спросил у наблюдателя.

Тот немного растерялся. В его мирке рядовой случай внезапно перестал быть таковым, и что-то пошло не по плану. Случается, и я живое тому доказательство. Ушлепки начинали раздражать.

— Э-э-э, — глубокомысленно изрекло официальное лицо. Осознало, что выглядит минорно и откашлялось: — От кого заявляешься?

— От маленького, но гордого клана Вобля, — пояснил. По флангу непонятно хрюкнула Оторва. Но смолчала, чем немного заработала на баланс. — Тетки, конечно, кривенькие, неблагодарные, но других у меня нет.

— Октагон. Через полчаса, — прорычал Юст, багровея. — Ты и я, сука. По праву силы.

— А, — теперь и я зазвучал интеллектуально. — Так это типа драчка?

— Ты вообще в себе? — наблюдатель прищурился, не до конца понимая, как реагировать.

— Нет. — Очевидные ответы на очевидные вопросы. Иногда получается забавно.

— За тобой пришлют, — проскрипел мужичок, таки решив, что я ему совсем не нравлюсь. — Совет подтверждает вызов.

— А мои люди присмотрят за выходами. — Юст покосился на напарника. Тот мрачновато кивнул, препарируя меня нехорошим взглядом. Был бы я чувствительным, обосрался. Но чего нет, того нет. Джимми сухарик, если что.

Делегация убыла, излучая мощную жажду смерти. Прям как заказывали. Я повернулся к притихшим клановым и спокойно посмотрел на отшатнувшуюся Оторву:

— Ты мне еще должна, палевная.

— Был шанс, я воспользовалась, — собралась силами женщина. Лады, достойно уважения. Не ломается, только гнется. — Ты понимаешь, что сделал?

— А смысл?

— Да говорю же, — не выдержала Николя и даже покраснела от наплыва эмоций. — Он же долбанутый! На всю сраную голову!

— Заткнись! — резанула глава. — Умолкни. Уйди к херам.

— Ну че, кого? — рядышком образовались Крыса и Малюта. — Ты их отпустил что ли, командир?

— Вы вроде должны присматривать за периметром? — намекнул я аккуратно.

Мелкая отставила дурашливый тон и подтянулась:

— Да, командир. Но я решила присмотреться чуть ближе. За периметром мелькают непонятные хмыри, которые мне не нравятся и, цитирую Замеса: «Топай к Джимми, пока кого-нибудь не прирезала».

— Стукачок, — прозвучало с соседних позиций. Я взглянул на умника и тот показал большой палец. Ситуация под контролем.

— Сам дурак, — отмахнулась мелкая.

— Вы выйдете на арену, — гнула за свое Оторва. — А дальше просто — кто сдохнет, тот неправ.

— И с вас снимут предъяву? — уточнил я. Тупенькая, но действенная система, которая не дает никаких гарантий.

— Официально. На зоне, без пригляда совета, крутись как хочешь. Но если успеешь пожаловаться, синие за тебя впишутся. По крайней мере, так утверждает совет. Только ведь это Юст, он и матерого в одну харю завалит, не побрезгует.

— А второй?

— Его правая рука. Лисан. Человек во всех отношениях неприятный. — Какие-то осторожные формулировки стала изрекать госпожа Оторва. До оскомины.

— Страшно? — усмехнулся я.

— Пойду био собирать, — речи проигравшего. Ну и хер с ней, пусть плачется в родные сиськи Никки.

В сопровождении Крысы вернулся к смене, где наткнулся на жгучее любопытство. Прям потеплело на душе — ни одной пораженческой мысли в отношении командира. Только интерес — как же, сука, будет дальше. Не зря учу, не зря стругаю — ребятушки верят в команду.

— Он гео, — буркнул тощий.

— Правильным будут сказать, что с гео должны драться гео, — Замес сказал и даже зажмурился на секунду в ожидании реакции. Поняв, что жив, приоткрыл один глаз и рассмотрел мою ухмылку. — Должен был сказать, командир.

— Принято, — кивнул. — И похерено.

— Джимми, — Ива смотрела твердо и честно. — Будь осторожней.

— Подруга, — окликнула ее Крыса и выразительно повертела пальцем у виска.

Легкие улыбки немного развеяли густой стылый воздух. Все же нервничают, а мне легко — мертвое нельзя убить, простая природная аксиома. Лучше сесть на подвернувшуюся лавочку и отдаться акустике пришибленного лагеря. Народ осознал и затихарился в нервном напряжении — лишь отдельные поскрипывания витали меж построек. Немного тоскливый звук, подкрепленный затухавшими шепотками.

Почти тишина. Смена под боком — сидят и присматривают за отнорками. Переглядываются в невербальных посылах — понятных лишь тем, кто долго идет плечом к плечу по одной дороге. Таков путь, да.

Через положенное время из-за домиков со стороны провала бодро выдвинулся шустрый паренек — экипированный, подтянутый, но не к месту любопытный. Убедившись, что никто не бросается к нему с распростертыми объятиями, вычленил искомое среди пейзажа и бодро засеменил в нашу сторону. На подходах приосанился, набирая воздуха, и по его разумению стал выглядеть грозно.

— От чумок, — прохрипел он. — За мной, недокормыши.

Не поверю, что такое юное говнецо послали просто так. Но мое отношение ни для кого не секрет, поэтому аккуратно встал, улыбнулся и пробил брюшину гостю — ровно настолько, чтобы товарищ согнулся и выхаркал калории, если таковые принял. А он принял.

Минуту слушали кашель.

— Может поторопимся? — спросил вежливо.

— Ты ответишь… — со стороны тротуара на меня смотрели гневные серенькие глазки.

— Да сами дорогу найдем, — отмахнулся тощий. — У нас нормально с ориентацией…

— Ориентированием, — поправил Замес меланхолично. — И правда командир, какая разница за сколько трупов отвечать?

— Я покажу, — клановый торопливо подорвался в путь-дорожку.

Сегодня увидим кое-что новое — из центральной части Парка, где застройка теснее и выше, а тропинки мудреней. Команда с любопытством вертела головами, отмечая достопримечательности, я не препятствовал. Хотя красоты не то, чтобы примечательные. В памяти откладывались лишь отдельные фрагменты в череде конструкций из дерева, металла и бетона. Вроде кустарного творчества, украсившего стены хитросплетением шипов, а на крышу водрузившего грубо вытесанную статую неча. Смотрится самобытно, но не более.

Ощутимо прибыли звуки — гомон, стук, скрип, лязг, что сочились из темных проходов и витали над почернелыми крышами. Яснее различимы центральные строения Парка — переделка административно-офисной архитектуры под нужды кланов. В отдельных надстройках, что ульями прилепились к зданиям, различимы обвисшие стяги на минимуме колора.

Очередной поворот, отмеченный сосредоточенным пыхтением провожатого, два дворика — самостроя, технические будки, в которых что-то солидно грохотало и финиш точка — Октагон. Тот, кто назвал, обладал большой фантазией. Пятачок утоптанной земли метров на пятнадцать огражден низким заборчиком из рабицы и частично контейнерами. Есть посадочные места, вроде настилов, поднятых амфитеатром, и есть зрители.

Стало понятно, отчего Юст выдал аванс на 30 минут. Зрителей требовалось собрать — местные не гнушались зрелищами и плотненько обступили арену. Орали, блажили и спорили. Подванивали потом, гарью и чем-то