Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

жареным. Не удивлюсь, если сподобились сделать ставки, хоть и считали чужаков априори проигравшими. На отдельной возвышенности, сложенной из решетчатых конструкций, восседали ребята посерьезнее — у некоторых синела искра значка на лацкане. Полагаю — представители совета и те, кто при них кормится.

В политику мне не интересно, пусть сидят черти. У помоста нашелся и Клин, равнодушно привалившийся к опоре и беседующий с высоким, немного сутулым гражданином в комбезе. При нашем появлении они замолчали и переключились в режим просмотра. Толпа чуть сбавила децибелы.

Затягивать не станем, так думаю. Тем более Юст уже перемахнул ограду и картинно воздел руки под одобрительный гул зрителей.

— Разрешены только ножи. За любое нарушение — смерть и проигрыш, — буркнул сопровождавший и постарался рассосаться среди населения, что откровенно разглядывало команду. На лицах лишь азарт и предвкушение, а мы вроде бесплатного мяса.

Шест нахмурился и захолодел в образе равнодушной смерти. Народ мгновенно осознал, делая вид, что нас как бы нет. А я с ножом тяжеловато полез на ринг. Перевалившись, потоптался, вздымая облачка пыли.

Юст, скалясь, указал на меня внушительным кинжалом. Размениваться на приветствия и сопутствующие обещания не стал, что зачтем в плюс. Но через мгновение он заиграл корпусом в легких обманных маневрах — беспричинно поменял хват, затем обратно, демонстрируя умение, и подступил на шаг. Дешевый психологический прием из подворотни.

— Чумка! Чумка! — раздалось со зрительских мест.

Крыса умеет визжать, я уже говорил да. И аэро это усугубило.

— Смена № 7!!

Слух чутка придавило — тут уже что-то из ультразвука. Может еще одна грань адхары — помнится, ведьм разок услышишь и уже не забудешь, сука, никогда.

Зрители озадачились в раздумьях. но примолкли — словить еще один акустический удар, такое себе удовольствие.

Чумка начал забирать радиус в нехитром маневре. Сталь холодно поблескивала. До чего же знакомо — перед глазами последний инструктор, как живой…

Я спокойно приблизился к цели без всякого акробатического непотребства и протянул левую руку:

— Клюнь в ладошку, жирный.

Чумка, как ни крути, боец опытный — озадачился на мгновение, но увидел возможность и на коротком рывке ударил ножом по конечности. Ему бы осознать, что над пальцами противника подозрительно дрожит воздух. Но зачем? Ведь рисунок боя ясен.

Я перехватил запястье ушлепка и мгновенно понял, что пытаюсь удержать локомотив на разгоне. Вот только короткого контакта достаточно — пиро всегда голодно, а гео для него лишь неудобство.

Мужик заорал, теряя концентрацию — подарил мне секунду и глаз в прямом доступе, широко распахнутый от боли. Глазное яблоко едва слышно чпокнуло, принимая удар, и я хлопком загнал сталь поглубже. Вот почему гео не думают о глазах? Ведь, сука, очевидно же.

У Юста подогнулись колени и он, подрагивая, пополз вниз — к бренной земле. В грянувшем молчании прозвучал хриплый звериный визг:

— Нет!!

Лисан перемахнул оградку и исполнил невозможное для человеческой анатомии — проскользнул на полусогнутых разом метра на три, исполнив затяжной зигзаг. Аква в действии — полезное знание, как по мне.

Когда ты нечеловечески гибок и обучен азам боя, можно доставить противнику пару неприятных моментов. Но лучше все же стрелять, а не бросаться в ярости наперевес с железякой. Кто знает, что прилетит тебе навстречу. Лисану вот достался труп главнокомандующего клана. Надо отметить, Гибкий справился с инстинктом и не поймал мясо, но постарался обогнуть, крутнувшись юлой. И все бы ничего, но за трупом следовал я…

Второй по значимости Чумка охнул и неверующе посмотрел на уходящий под мышку кинжал, некогда принадлежавший главе. Говорю же, инструмент зверский, хоть и разбалансирован в ноль.

— Подмышка дело такое, — посочувствовал я. — Редко кто защищает.

У содрогнувшегося Лисана под накидкой обнаружился целый арсенал колюще-режущего и легкая бронька, не препятствующая гибкости. Пока он клонился набок, я примерился и засадил кинжал вражине под челюсть, уводя в бок.

— Сейчас он вам улыбнется! — пообещал онемевшей толпе.

— Стоять! — На арену ступило третье действующее лицо, в котором я опознал сутулого собеседника Клина. Теперь, в относительной близости, я разглядел на его куртке эмблему неча. Любопытно.

— А ты, бля, заставь, — Я подступил.

Через секунду по флангу обозначилось движение — хренов Клин собственной персоной. Быстр и цепок — замер в открытой позиции, еще и руки развел для убедительности:

— Остановись. Ты победил. Вопрос решен.

— А этот? — Я ткнул ножом в сутулого, что подступал, демонстрируя признаки агрессии. Играл не по Станиславскому, если хотите знать мое мнение. И думается, только что, при моем участии, случился большой-большой развод.

— Этот с нами, — прошипел Клин. — Угомонись. Фарш, скажи ему.

— Клан Чумок снимает претензии с клана Вобля, — громогласно объявил товарищ. На трибунах совета задвигались, запереглядывались. — Совет подтверждает?

— Да, — привстал знакомый Карачун. — Право силы удовлетворено. Расходитесь.

Но уйти сразу не получилось. На площадку выбралась решительная Оторва:

— Клан Вобля ходатайствует о повышении рейтинга! — И ткнула пальцем в скрюченного Юста. — Наша сила доказана. И признана.

Прям акула, цепной пес, что почуял запах крови и возможность. Я заинтересованно присмотрелся к женщине — боится, но не ломается. И страшно ей, прежде всего, от моего соседства. Даже обидно.

Карачун пошептался с товарищами, почесал подбородок и обреченно махнул рукой, смазывая образ небожителя:

— Размеры взноса тебе известны?

— О да! — клановая аж покраснела.

— В здании совета. Через час. Тебя примут.

Растерянный народ вяловато потек прочь, поминутно оглядываясь на арену, точно пытаясь изменить картину сообразно надеждам.

— Клин, — наддал я металлического. — А познакомь-ка меня с Фаршем.

От заборчика ненавязчиво приблизилась смена № 7. Чумка досадливо поморщился. А вот представитель клана Ищеек понимающе улыбнулся:

— Лисан был правой рука Юста, а это левая. И да, он очень лоялен к Ищейкам. И да, я воспользовался моментом по самое не балуйся. Но пока все в плюсе, предлагаю разойтись миром, а за мной случится должок. Как тебе такое?

Да никак. Небольшой переворот и опускание клана, что слишком быстро рвется к власти. Судя по бледному лицу Фарша с испариной, он не в восторге, но роль отыграет до конца. Хотя насрать — опять же политика, опять же закулисье и вникать, только пачкаться.

— Должен, — сказал я односложно, наблюдая как спорые мужичонки утаскивают трупы и наводят лоск в Октагоне. Командование клана Вобля смылось еще раньше, оттягивая разговор. Но мне не в падлу и подойти — спросить. Потому как, если тебя пользуют дважды, — это уже дурная тенденция. И минус на личный счет.

— На днях загляну, — с облегчением выдохнул Клин. — Обсудим, перетрем. Ищейки не забывают добро.

И убыл, на ходу втолковывая что-то новому лидеру Чумок. Бойцы