Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

Дамочка слегка смутилась и покраснела, затем сказала что-то себе под нос. На этом наша беседа могла завершиться, но полковник Румянцев внезапно умер.

Старик захрипел и дернулся несколько раз. Артефакты, закрепленные на его теле, стали мигать. Приборы предательски запищали. Тело несчастного обмякло, перестав подавать малейшие признаки жизни.

— Остановка сердца, о боже! — воскликнула лекарша и бросилась к койке больного.

Ее грации можно лишь позавидовать. Порхнула как бабочка, несмотря на высокие каблуки.

Мне стало не по себе. Кажется, я только что прикончил своего командира. А самое главное, что об этом теперь все узнают. Я создал простых нано-роботов. Они не могут покинуть тело или как-то исчезнуть. Их точно обнаружат на вскрытии или даже раньше.

— Ири, твои предложения, — мысленно сказал я, видя, как докторша причитает, пытаясь провести реанимацию.

— Данная ситуация подходит под выражение «полный капец», — отчеканила ИИ.

— Спасибо блин, помогла, — огрызнулся в ответ, пытаясь хоть что-то придумать.

Называется, поверил в себя, не побоялся риска и трудностей. И что из этого вышло?

— Команда реаниматологов, срочно! Господи, он умер, я ничего не могу сделать, — вопит дама, обращаясь к кому-то по рации.

Я подхожу ближе, хотя прекрасно понимаю, что мало что могу сделать. Остается просто стоять и смотреть, пытаясь придумать хотя бы относительно здравую отговорку.

— Нет! Ну давай же! — кричит женщина, буквально прыгая на грудной клетке больного. Это уже не массаж сердца, а смертная казнь…

Все попытки оказываются тщетными. Вскоре докторша понимает, что пациент точно мертв. Тогда Павел Петрович резко открывает глаза и смотрит на даму в белом халате, как на ужасного монстра.

— Мамочки, невозможно! — выдыхает лекарша, сама становясь белее больничной простыни.

Я чувствую, как нано-роботы делают свое дело. Они сейчас очень активны. Наверняка сначала произошел сбой в их системе. Но зато потом все включилось, и теперь командир пойдет на поправку.

— Какого черта тебе надо, адская бестия? Тебе не получить мою душу! — грозно говорит Румянцев, хватая девушку за одежду и притягивая к себе.

Несмотря на все произошедшее, рука у Павла Петровича еще крепкая. Девушка кричит и не может вырваться. Мне приходится вмешаться, чтобы отцепить руку больного от ее халата.

Халат при этом довольно сильно распахивается. И я вижу аппетитные полушария, обтянутые кружевным бельем. Весьма неплохо, но сейчас не до этого.

— Господин полковник, вы находитесь в больнице. У вас серьезные проблемы с сердцем и отравление ядом монстра, — чеканю я, пытаясь вернуть Павла Петровича в реальность.

Он сначала вопит что-то про демонов, и пытается меня «изгнать». Видно пока лежал в коме всякого насмотрелся. А может даже был в другом мире, кто знает.

Мне приходится постараться, чтобы вернуть командиру здравый смысл. Павел Петрович быстро начинает приходить в себя, и вскоре уже нормально со мной разговаривает.

— Значит, я в чертовом лазарете? — говорит он, слегка успокоившись. — А мне тут такое привиделось… Ладно, молодец что пришел, Гончаров. Я больше не смогу быть главой Дозора. Сам видишь, расклеился, как собака. Вам нужно выбрать кого-то другого.

— Уже выбрали, господин, — с улыбкой говорю я.

— Да? И кого, черт возьми? У вас тут хоть вода есть? В глотке как будто пустыня, — говорит Румянцев, а затем заходится кашлем.

— Погодите, господин, сохраняйте спокойствие. Вам нельзя сейчас… резких движений, — кое-как говорит врач, пятясь назад.

Ее можно понять. Она не знала о наличии нано-роботов и думала, что это некое чудо или проделки темных сил.

— Придется еще поваляться, я знаю. Будь проклята эта чертова старость, — произнес Павел Петрович окончательно приходя в себя.

Тогда дверь в палату резко открылась. В комнату влетели здоровенные мужики в белых халатах, с какими-то чемоданами. Кажется, это была реанимационная группа. Ага, очень вовремя.

Они пулей бросились к постели больного, топая, как табун лошадей. Павел Петрович вскочил к с кровати и рванулся к окну.

— Господи, он может ходить! — окончательно роняя челюсть крикнула дама.

— Господин, подождите!

— Не стоит нервничать, мы хотим вам помочь, — гаркнули амбалы в белом.

— Вам не взять мою душу, дьявольские отродья! Горите в аду! — заорал несчастный старик не своим голосом.

Хорошо, хоть на нем был больничный халат. Иначе, было бы вдвойне стыдно.

— Не подходите, вы его провоцируете, — попытался объяснить врачам, но они меня не послушали.

Амбалы наоборот стали окружать пациента, будто хотели его уничтожить.

Тогда Павел просто швырнул фаербол в самого крупного доктора. Мужчина упал на кровать с опаленным халатом. К счастью, атака оказалась не сильной. Врач отделался относительно небольшим ожогом.

Остальные ахнули и отпрянули, понимая, что пациент представляет угрозу.

Тем временем, полковник Румянцев не спешил успокаиваться. Он показал сухой костлявый кулак своим «преследователям».

Дальше, старик вынес часть окна вместе с рамой с помощью огненного вихря. После этого полковник запрыгнул на подоконник с грациозностью молодого гимнаста.

— Нет! — хором вскрикнули медработники, включая обожжённого бугая.

Павел ничего не ответил, шагнув вниз с пятого этажа. Нам осталось только переглянуться между собой и застыть, как вкопанные. Такого эффекта от нано-роботов я точно не ожидал. Хотя, надо признать, они свое дело сделали. Даже слишком…

* * *

Красный град. Императорские покои. Большой императорский кабинет

Император Роберт Барртон Второй был облачен в деловой мундир и восседал в высоком кресле за огромным письменным столом.

Главный рабочий кабинет главы государства сверкал роскошью и чистотой. При этом не был вычурным и аляповатым. Никакого лишнего золота. Никаких неуместных украшений и нелепого декора.

С виду обычный офис, каких в стране тысячи. Но все же есть в нем что-то особое. Кругом императорские гербы, дороговизна в отделке. Любой, оказавшись здесь, поймет, что это рабочее место важного господина.

Сегодня на приеме у императора был генерал Норис. И он с трудом сдерживал эмоции перед монархом, чтобы не перейти на крик и грубые выражения.

— Это просто возмутительно, Ваше Величество! Дозорные Стены совсем распоясались! Они выступили против нас с пассивным бунтом. Это нельзя оставлять безнаказанным, — вопил пожилой усатый мужчина в парадном мундире.

— Пассивный бунт? — повел бровью император, глядя на своего собеседника.

— Да, бунт, который не был объявлен. Проклятый юнец из Штормового замка выступал перед нами, и наговорил всяких гадостей, будто общался с солдатами в курилке. Он не соблюдал никакие приличия и перешел все границы! — пояснил свою позицию Норис.

— Насколько мне известно, господин Норис, тот парень сообщил о коррупции и предложил конструктивные идеи по развитию обороны нашей империи от чудовищ, — ответил монарх, перебирая бумаги,