15 ножевых - Алексей Викторович Вязовский

— Ладно, приеду. — Шишкина вздохнула, погладила меня по щеке. — Сволочь ты, Панов, та еще, конечно. Ты знаешь, сколько раз мне делали предложение? И скольким парням я отказала?

— Уверен, у тебя и списочек сохранился, — улыбнулся я. — Первая красавица курса, давай продолжим мысль… Хм, что же ты во мне нашла?

— Ну уж явно не обручальное кольцо на пальце! — Лиза показала мне свою руку, помахала ладонью перед лицом.

— Ты же не только красивая, но и умная, — продолжал льстить я. — Ну вот представь. Поженимся мы. Меня распределят уже в следующем году к черту на кулички. Например, в ЦРБ в глубинах Черноземья. И ты, как верная супруга, поедешь со мной поднимать медицину в каком-нибудь райцентре. Встаешь с утречка, отманикюренными ручками начинаешь убирать навоз за буренкой, что нам выделит председатель. Беременная. Ибо я у срочного больного.

— За дуру меня не держи! Чазов передал отцу ваш разговор. Я сначала не поняла, а потом как поняла! Ты очень правильно не сбежал по первому свистку Солка. Папа сказал, что ты поднял себе цену. Они примчатся сами сюда и будут проситься в исследования. Пойдет валюта, новые загранки. Ты, считай, уже в ЦКБ работаешь, тебя после института с двумя руками оторвут!

— Ты папе рассказала про Солка?!

— Ну, не все. Что ты так побледнел? Не бойся, папа — могила!

Вот же болтушка! Находка для шпиона… Я скрипнул зубами, но промолчал.

— Ладно, я заглажу вину. — Шишкина поцеловала меня в ухо, прошлась языком по мочке. — Завтра у нас суббота? Утром приеду и заглажу. Два раза.

— Три!

— О′кей, три.

* * *

Как говорится, ничто не предвещало. Хорошее утро: солнце светит, весна близится. Проклятый котейка среди ночи устроил тыгыдыки, но был изловлен и вскоре отпущен на свободу — вылизывать мокрый хвост. Такие ответственные мероприятия у котов занимают не один час. Так что я вполне себе выспался. Вон, на часах уже половина одиннадцатого.

Я совершил необходимые после пробуждения ритуалы, поставил греться чайник. И вышел на балкон, сам не помню зачем. Наверное, бесцельно, просто вдохнуть свежего воздуха. Посмотрел на окрестности. Ночью весна сдала свои позиции, слегка подморозило. Улицы покрылись коркой льда. По крайней мере в нашем дворе. Визг тормозов, удар. Громкое карканье ворон. Ага, день жестянщика продолжается. Большой зимний праздник. Кому это так повезло? Я глянул вниз. Прямо под моим подъездом «поцеловались» два белых ВАЗа. Третьей и шестой модели. Блин, холодно, но надо посмотреть хотя бы начало гладиаторского поединка. Вон, оба водителя уже покинули колесницы и готовы приступить к своим разборкам. Водительницы. Я присмотрелся и ахнул. Лена влетела в машину Шишкиной!

Девушки эмоционально размахивали руками, Лиза тыкала… Черт, да она тычет рукой в мое окно! Я резко убрал голову и затаился на балконе, вытер вспотевшее лицо. Допрыгался. Доказановствовал. Сейчас они обе поднимутся на этаж, позвонят в одну квартиру. Тут-то все и раскроется! Обида, ревность, испорченные отношения на работе. И в институте тоже. Поди, Шишкина молчать не станет. Черт, а ведь случись чего, ее папаша вполне может стать вторым Лебензоном — попьет мне кровь в ЦКБ. Или вообще выставит прочь. Я бы и сам за дочку так вписался…

Какой же я дурак!

Объясняться или бежать? Бежать или объясняться? А может, затаиться?

Вопросы, достойные пера Шекспира.

Конец 2-го тома

15 ножевых - 3. Почти врач

Глава 1

— Я не вижу его!

Хр-р! Хр-р-р!

— Смотри лучше!

— Он уже посинел!

— Судороги!

Я навалился на толстого мужика, что бился в конвульсиях, давая Томилиной возможность еще раз попытаться очистить полость его рта. Весело, конечно, одновременно держать ему руки и не давать закрыться рту, сунув пальцем щеку клиента между его же зубами. Понятное дело, пациент не соображает ровным счетом ничего — ему сейчас дышать вообще нечем. Перекрыт воздухопровод. Спазм голосовых связок — так называется та штука, которая возвела преграду доступу воздуха. Напрочь. Захотелось дебилу показать молодецкую удаль. Игрался, подбрасывая еду и ловя ее ртом. Доловился.

Жена циркача-любителя все заметила, попыталась помочь супругу, стучала по спине… Это им просто повезло очень сильно, что «скорая» была здесь же, рядом. В том же кафе спасали официанта от носового кровотечения. Потому что минут через пять, а то и меньше, спасать было бы уже некого. Так что совместно с какими-то мужиками переставшего дышать клиента мы затащили прямо в салон нашего «рафика», где сейчас и пытаемся оказать ему помощь.

— Я не могу его достать!

Томилина почти плакала.

— Держи голову!

Мужик уже затих, перестал метаться, так, подергивался только. Лена запрокинула ему голову, я протер место воздействия ваткой со спиртом. Эх, нам бы набор для трахеостомии. Но нет его у нас. Но столовый нож тоже пригодится, если нет больше ничего под рукой. Среди медиков гуляет легенда про смельчака, который сделал это с помощью шариковой ручки, но это уже за гранью научной фантастики. Мы поменялись местами, я взял скальпель, мысленно перекрестился…

Разрезал кожу вдоль, раздвинул. Теперь фасцию поперек, и гортань передо мной. На все считанные секунды ушли. Кровить тут почти нечему, потом протру, не до этого сейчас. Так, вот он, третий хрящ. Втыкаем скальпель, не до конца, чтобы не проткнуть заднюю стенку, и аккуратно, но быстро вверх лезвием. Готово! Ну! Дыши!

Мужик судорожно вдохнул — и остановился. Давай, дружище, не стесняйся! Рефлексы Геринга — Брейера никто не отменял! Вспоминай, дядя: вдох вызывает выдох — и наоборот!

Услышал пациент мой мысленный посыл, закашлял. Вот и славно. Томилина подала мне детский воздуховод, и я вставил его в отверстие. До больницы дотянем. Дышит сам, судорог нет, даже розоветь вроде начал.

— Миша! Поехали!

Харченко нажал на газ, наша машина рванула вперед.

— Михаил! Я умоляю, аккуратнее, — подала голос Томилина. Ну да, я от резкого рывка чуть не протаранил ее головой.

После аварии у моего дома Лена стала боязливой. И отделалась всего помятым крылом, которое на СТО имени «нелегальных абхазов» поменяли за два часа и сто рублей. Но нет, Томилина продолжала трястись. Особенно когда видела рядом женщину за рулем.

А вот Шишкина уже на следующий день все забыла. Папочка договорился о замене бампера в гараже ЦКБ, чего нервничать, правда?

Единственное, что мне предъявляла Лиза — мое отсутствие дома в момент аварии. Дескать, вот я бы вышел, все этой «обезьяне с гранатой» объяснил по жизни.