Не боец 1-5 - Сергей Александрович Плотников

Чернокожая собеседница всеми силами постаралась не показать, что думает о возможных “делах” шестнадцатилетнего подростка, но тень эмоций на лице всё же отразилась.

— …Подумайте ещё раз — так ли они важны? Вы — гражданин США, все ваши “долги” кому бы то ни было — аннулированы. Вас ждёт новая жизнь на материке, где даже климат другой и другая мода на одежду, жизнь с чистого листа — там никто не будет знать вашего прошлого, во всяком случае, не больше, чем вы захотите рассказать. А если вопрос касается девушки… — дипработница запнулась и явно постаралась максимально смягчить сказанное, — …Если она не американка, расставание — неизбежно. Не лучше ли тоже ограничиться всё же письмом? Хороший момент оставить прошлое — прошлому.

Как складно у неё получается. Чувствую, реально подростка у тёти скорее всего вышло бы переубедить.

— Работа, — поморщился я и принялся объяснять, мешая правду с крупицами вымысла. Ну не говорить же мне, что у меня флешка с чипом синтетиков и кодами любимой девушки у знакомого русского дипломата лежит, и мне её, кровь из носу, надо обязательно забрать?! — Мне приходилось подрабатывать, точнее, правильнее сказать, втискивать школу в свободное время между рабочими часами. В Японии нормально не выучиться в вузе без диплома старшей школы, сами знаете, да и опекающая организация не в восторге осталась бы. Мне бы последнюю зарплату забрать…

Тут мои мысли сделали кульбит, и я выдал это даже раньше, чем успел сообразить:

— …И раз все мои долги спишутся, едва я ступлю на американскую землю, то я бы ещё занял… У знакомых. А то вклад в банке от родителей покрывает только образование, и, судя по вашим словам, не стоит рассчитывать, что приют сможет обеспечить меня чем-то получше, чем благотворительная одежда, залежавшаяся даже в секонд-хэнде.

Секретарь выпучила глаза — благодаря её расовой принадлежности получилось ультра-выразительно — а потом неудержимо расхохоталась густым грудным смехом! И смеялась целую минуту — аж слёзы пришлось промокать платком.

— Ми-истер Смит, я этого не слышала! — она погрозила мне пальцем, вот только мимика подвела: довольная, хитрая улыбка сводила весь педагогический эффект на нет. — Но, дьявол меня раздери — мне нравится ваша хватка! Видит Бог, я старалась… Но, боюсь, если я не направлю вашу энергию в нужное русло — завтра утром ко мне придут морпехи со стены с претензией, что мой подопечный проник через периметр! Хотя стена вокруг базы считается непреодолимой в обе стороны.

Она фыркнула ещё раз, сдерживая очередной смешок, и подмигнула мне.

— Если что — я вам ничего не говорила! Способ на время покинуть территорию посольства для вас действительно есть. Группы туристов ежедневно покидают территорию, вы просто можете пройти с одной из них… Если не будете слишком сильно мозолить глаза экскурсоводу. В отличие от гостя-иностранца, гражданину не нужны предварительная запись и подтверждённое разрешение. Вам нужен лишь паспорт, без него выехать за границу нельзя.

— Которого у меня нет, — вертя в руках новенькое Свидетельство о гражданстве США[85], уточнил я.

— Любой американец имеет право получить паспорт по первому требованию, — подсказала она мне, — срок оформления — сутки. Только обязательно уточните, когда туристы возвращаются — иначе вас объявят в розыск как пропавшего.

* * *

Паспорт удалось получить к одиннадцати утра следующего дня. Так быстро вышло только потому, что на военной базе “Йокосука” все гражданские чиновники вынужденно ютятся в одном здании, и при этом каждый закрывает по две-три должности разом. И дел у них, прямо скажем, не навалом: в их юрисдикцию обычно не попадают туристы, приезжающие уже с готовыми документами, а только жёны и дети военнослужащих из военного городка.

Собственно, как я понимаю, именно отпрыски военных и изобрели “хитрый” способ покинуть периметр, пристроившись в хвост туристической группы: без взрослых наружу нельзя, но очень хочется. А так — формальности соблюдены: никто не нарушает Устав пограничной службы и внутренние уложения базы, и дома обходится без скандалов.

Думается мне, некая негласная договорённость у армейцев заключена и с полицией и мэрией самого города Йокосука — но это не моё дело. Главное — выбрался! Пусть всего и на сутки: туристическая группа должна была ночевать в рёкане, традиционном японском отеле при горячих источниках, и вернуться на базу к следующему полудню.

Я начал названивать Колоскову, едва вышел из ведомственного бесплатного автобуса, прямо от станции городской электрички. Увы, сотовый так и остался лежать в сейфе на КПП, куда его сдал Йоширо Эдо — ведь мистер Алан Смит, гражданин США, к аппарату никакого отношения не имеет, а сам несовершеннолетний японец расположение не покидал. С самой же американской базы я звонить не рискнул: даже мне понятно, что все разговоры на военном объекте как минимум пишутся, а то и прослушиваются в реальном времени.

К счастью, с дипломатом меня соединили раньше, чем в карманах закончилась мелочь для таксофона. Разумеется, именно сегодня приёмного дня не было, и пришлось намёками объяснять мужчине, что его план, когда-то предложенный мне, сработал, и я жёстко ограничен во времени — только после этого он согласился на встречу. Причём назначил не в посольстве, а назвал адрес неподалёку и время ближе к вечеру. Ну, и то хлеб.

* * *

К назначенному сроку я успел, правда, пришлось побегать за автобусами. Неудачно и неудобно получилось: прямо ехать — пришлось бы в окрестностях посольства несколько часов проторчать, а заехал в госпиталь — на всё про всё сорок минут осталось. Прикинул, что не успею распихать даже не глядя одежду и снаряжение по пакетам — и махнул рукой. Забрал оставшиеся деньги и пообедал в столовке, чётко осознавая: в последний раз. Ну ещё ужин и, может быть, завтрак урву. Или нет — ведь вечером ещё попрощаться с одногруппниками надо. Наверное, свожу всех в кафе…

Я остановился, глядя на вывеску. Сверился с адресом, который записал прямо на тыльной стороне кисти руки — бумажки под рукой конечно же в нужный момент не оказалось. Ещё раз перечитал иероглифы. Помотал головой. Нет, всё равно “Ветеринарная клиника”. Ну… ладно?

— Хэй, Йоширо-кун! — окликнул меня сидящий в холле между кабинетами помощник помощника посла.

В первый раз я увидел его не в идеально сидящем костюме-тройке, а в казуальной толстовке с принтом и безразмерных спортивных штанах. На коленях у русского покоилась переноска, из которой донеслось знакомое “Мяу!”

— Князь? — я заглянул через сетчатое окошко. — Эк тебя угораздило!