Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

был настоящим воинам и любой из них был готов умереть в бою. Полуприкрыв глаза, я пытался понять, что же говорит моя интуиция, когда голодные духи издали вопль призывающий прекращать медлить и уничтожить тех кто стоит на нашем пути. Вы правы слуги Справедливого судьи.

От этих мыслей на моих губах расплылась хищная улыбка, а надпочечники стали щедро вырабатывать адреналин. Жаркая волна азарта захлестнула меня с головой, и через связывающие нас узы, я отдал приказ.

Раз. И мы поклонились нашим противникам. Да они идут другим путем, полным яда скверны, но каждый из них ощущался достойным.

Два. Клинки бесшумно вскинуты в боевые позиции.

Три. Одновременно, мы рванули в атаку — молча, словно призраки смерти.

Голодные духи начали свою песнь, а меня вела моя воля. Гаки заменили мне моих собственных демонов, всегда жаждущих победы, но отныне и навсегда контроль моя добродетель. Стальные цепи воли позволяют мне сражаться так как хочу используя силу обитателей царства Справедливого судьи, но при этом оставаясь человеком.

С моих губ едва слышно звучала древняя как мир мантра. Именно она сделала меня тем, кто я есть, — чемпионом. Кто бы не стоял передо мной, кто бы не пытался меня убить — я готов. На пути силы нет правил. И мои враги умрут.

Боли нет.

Смерти нет.

Есть лишь путь.

Есть лишь моя воля.

Да раскроются мои крылья.

Четверо против семерых. Каждый из них был уверен в своем мастерстве и они атаковали, как и мы. Вот только как всегда первым бой начал По. Цепь, с гранеными звеньями, пролетела почти в плотную от моего уха и тяжелый металлический кулак отбросил первого из серых халатов сломанной куклой.

Острые как бритва клинки наших врагов со свистом рассекали воздух прежде чем обрушиться на кого-то из нас. Узы связывающие нас воедино звенели от потоков энергии. Не было ни рвущегося на пролом Яна, ни готовой в любой момент убивать Мэйлин, ни жестокого, как и его бог По, ни хитроумной Лиан. Вместо нас появилось новое существо имеющие множество рук сжимающих оружие. И это существо несло смерть. Каждый из нас длился с другими своей силой наполняя душу восторгом от боя.

Когда все закончилось лишь седой командир сидел прислонившись с залитой кровью его людей стене. Он с трудом держал свой клинок, но на его губах витала счастливая улыбка. Сквозь боль от рубленых ран, он начал говорить:

— Мои предки смотрят на меня, воины нефрита. И улыбаются. Я благодарен вам за этот бой. Не каждому из праведных удается уйти так же красиво. — Он закашлялся и из его рта вырвалась тонкая струйка крови стекающая по щеке. Не знаю почему, но я слушал этого человека, хотя правильнее было бы его добить и двигаться дальше. Его глаза начали лихорадочно блестеть. — Лейте кровь врагов и господин будет улыбаться вам даруя свои дары. Собирайте головы погибших и вы возведете из них храм ему. Причащаетесь его силой и станьте благословенны как и мы. — Что еще за господин? Слишком уж похоже на знаменитый клич кхорнитов «Кровь для Кровавого Бога! Черепа для Трона Черепов». Пока я думал над всем этим Мэйлин просто вонзила клинок в горло поверженного противника, а потом без замах снесла ему голову.

— Еще не хватало нам, чтобы к ублюдочным осквернителям прибились и последователи царства вечной резни. — Видя мой непонимающий взгляд, акула лишь тряхнула своей головой с копной длинных черных волос. — Сначала дело, а уже потом будем обсуждать философские концепции еретических учений.

— Согласна с сестрой. — Лиан резко взмахнула своим дао, капли крови с которого украсили стену изящным рисунком и лезвие снова оказалось практически чистым. — Нам нужно двигаться дальше.

Гонка со смертью продолжилась. Больше не один из встреченных нам противников не смог оказать хоть какого-то сопротивления. В моей голове закрадывалась странная мысль, а почему крысы не смогли сами очистить свое логово от этих выродков? Ведь при поддержке тварей Хэ, ее стрелки могли перебить солдат и отступить прежде чем они опомнятся и так пока враги не закончатся. Но как говорится гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Мы вляпались в ловушку.

Очередной коридор привел нас прямиком в гигантский зал в несколько уровней. Судя по тому, что он был выполнен в виде правильного восьмиугольника, то над ним явно постарались геоманты. К тому же тут была совершенная акустика и даже наши, едва слышные шаги разносились по всей округе. В помещении, в котором не было ни души, витало странное ощущение угрозы и мои предчувствия меня не обманули. Стоило нам оказаться в центре зала, как двери за нашей спиной, словно по волшебству, резко захлопнулись. А на небольшой балкон, находящийся на уровне метров шести над нашими головами вышла ослепительно красивая женщина. От нее веяло такой силой и властью, что мне даже пришлось сосредоточиться, чтобы отбросить все эти эманации мимо.

Ее красота была не такой как у Хэ, полной страсти и эротизма. Или как у Лиан наполненной внутренней чувственностью. Больше всего она напоминала ледяную статую искусно вырезанную из цельного куска льда. А ее белоснежный наряд и длинные белые волосы связанные красной лентой в тугой хвост лишь усиливали это впечатление.

— Добро пожаловать в мои владения, воины Нефрита. — Даже голос у этой ледяной ведьмы был таким же теплым как морозная вьюга. — Я предлагаю вам на выбор два варианта.

— И какие же? — На моих губах появилась ядовитая ухмылка. В целом и так понятно, что она может нам предложить — присоединиться к ее нечестивой свите или умереть. Вот только со вторым явно выйдут проблемы. Каждый из нашей четверки далеко не невинный агнец, которого можно спокойно отправить на заклание.

— Думаю ты и так их понимаешь, слуга Нефрита. Моим повелителям пригодятся такие отчаянные бойцы как вы и следуя нашими путями вы сможете подняться выше небес. — Она улыбнулась, вот только от этой улыбки по кожи пробирал лютый мороз.

— А если откажемся? — Пока она говорила я дышал насыщая свою кровь кислородом и теперь в моих венах тек жуткий коктейль из энергии колец силы и моей жажды битвы.

— Тогда вы умрете. — По щелчку ее пальцев двери впереди нас отворились и в сопровождение свиты из мутировавших тварей вышло четверо служителей скверны. — Даю вам на размышление пять ударов сердца.

— Пятьдесят четыре оскверненных и