Пространство - Джеймс С. А. Кори

были свободно плавающими отдельными организмами, которые объединились в функциональное сознание, подобно тому, как осьминог может быть злобно умным без централизованного мозга. С нелокальными эффектами, которые мы наблюдали? Конечно, почему бы не восстановить эту архитектуру с помощью продвинутых приматов?"

Элви заставила себя остановиться. Она говорила слишком быстро и просто давала волю всему, что приходило на ум. Так она делала, когда испытывала стресс. Она вытянула руки, чувствуя натяжение в сухожилиях, чтобы еще немного укорениться в своем теле.

"Так, может быть, он сможет это сделать", - сказал Джим. "Что бы это ни было".

"Вот чего мне не хватает", - сказал Элви. "Говорит ли он о суперорганизме или о субсуммации".

Джим поднял руку. Его выражение лица было достаточно красноречивым, чтобы задать вопрос.

"Говорит ли он, - сказала Элви, - о превращении нас в муравьев или нейронов. Если ты муравей, то ты все еще индивидуум, просто часть большой организации. Если вы нейрон... У нейронов нет чувства собственного достоинства".

"Я не уверен на сто процентов, что у муравьев тоже", - сказал Файез.

"Значит, ты хочешь сказать, - вмешалась Наоми, - что Дуарте, или то, во что он превратился, по крайней мере, правдоподобно готовится сделать всех и каждого частью коллективного сознания с ним в центре, чтобы начать войну против того, что за воротами".

Эльви собралась, пытаясь упорядочить свои мысли.

"Да", - сказала она.

В комнате надолго воцарилась тишина.

Джим нарушил тишину одним резким смехом. "Ну, будь я проклят. Он нашел способ сделать так, чтобы авторитаризм в сапогах казался старыми добрыми временами. Я бы и не подумал, что он сможет".

"Мне нужно передать сообщения моим людям", - сказала Наоми. "Есть ли способ использовать ваши ретрансляторы, не раскрывая вас?"

"С тех пор, как ворота стали яркими, связь нестабильна", - сказала Элви. "Возможно, нам лучше послать ракету с разрывом".

"Мне понадобится несколько", - сказала Наоми. "Это похоже на ситуацию "все руки на палубе", а у меня руки во множестве различных систем".

"Мы должны поговорить с офицером связи", - сказал Файез. "Я пойду с тобой. Сделай вводные".

"Мне нужно многое уточнить и у Танаки", - сказала Эльви. "И Очида. Черт. Я не могу послать эти данные Очиде. Я не могу послать их никому. Как я могу объяснить, что Амос есть в наборе данных?"

"Это всегда было проблемой", - сказал Файез.

"Я планировал похоронить его. Не думаю, что смогу".

Джим наклонился вперед, несмотря на отсутствие гравитации. Из-за этого казалось, что он наклонился под другим углом. "Может быть, мы найдем способ подделать его. Сухая лаборатория, но получить тот же вывод?"

В голове Эльви развернулись слои сложности и опасности. А ведь она еще не провела интервью с Карой. Нужно было сделать так много, и единственным признаком того, сколько времени у нее есть на это, было истечение времени.

"Давайте посмотрим, что я могу сделать", - сказала она.

Она начала с Танаки, записывая и перезаписывая свои просьбы о разъяснении, всегда будучи уверенной, что уловила в сообщении все намеки и нюансы присутствия Роси, а затем сомневалась в себе, удаляла и начинала снова. К тому моменту, когда она поставила сообщение в очередь, ее глаза начали затуманиваться от усталости. Это был не первый раз, когда она проходила через это. Далее был список запросов для Очиды и других команд. Она могла бы заняться сканированием мозга Кары. Если бы они смогли выяснить, что является носителем сигнала между ней и BFE, возможно, это дало бы им возможность вмешаться. А тишина, наступившая после того, как Дуарте отменил событие с голландцем? Для нее не будет странным, если она захочет получить последующие отчеты по этому поводу. Ей хотелось, чтобы Танака был лучшим исследователем. Или лучше искал Дуарте.

Тихий стук прервал ее. Когда она открыла дверь, в коридоре появился Амос. На нем был его старый летный костюм и извиняющаяся улыбка.

"Привет, Док. У тебя есть минутка? Или сейчас неподходящее время?"

Эльви тряхнула головой, пытаясь проветрить ее. Усталость была просто неприятной частью пьянства. "Заходи. Извини. Я думала, что буду докладывать тебе и Каре, но... ...я хотел, чтобы эти запросы были выполнены и отправлены прежде, чем что-то еще".

Амос вошел и закрыл за собой дверь. "Это не проблема. Мне просто нужно было приклонить твое ухо на минутку".

"Насчет эксперимента?"

"Типа того, да", - сказал Амос. "Я просто хотел сообщить тебе, что теперь все готово".

Элви закрыла свой дисплей. Глаза большого мужчины были такими же абсолютно черными, как у Кары и Ксана. Она привыкла к этому взгляду. Его улыбка была приветливой и, возможно, немного смущенной. Его тон голоса был разговорным и спокойным. Она не знала, отчего по ее спине пробежал холодок.

"Все что?"

"Это. То, что ты делаешь с Искоркой и Малышом. Они уже закончились. Нам нужно собрать вещи и двигаться дальше", - сказал он и пожал плечами. Когда она ничего не ответила, он отвернулся. "Когда ты начала, я вроде как был в курсе. Впечатления. Ничего такого, с чем бы ты предстала перед судьей, верно? Вот почему мы должны были выйти. Нужно было быть здесь. Сделать это самому. Так я бы понял. И вот мы здесь, и я сделал это, и теперь я все понял. И теперь я могу сказать тебе, что все кончено. Все прекратилось".

"Вы возражаете против эксперимента".

"Конечно".

"Я понимаю", - сказала Эльви, скрестив руки. Ее комм сообщил о новом сообщении в очереди. Она не стала смотреть, что это было. "Не только у тебя есть сомнения. Я не собираюсь лгать об этом".

"Хорошо."

"Но ставки слишком высоки. Кара и Ксан... а ты? Вы - наш доступ к информации в этом артефакте. Вы единственные, кто может туда попасть".

"Это правда", - сказал Амос, затем нахмурился. "Я имею в виду Дуарте. Но я не думаю, что он точно в колонке наших активов".

"Если есть хоть какой-то шанс, что мы сможем исправить все это дело с помощью информации, которая там есть? Я не могу остановиться".

"Тебе и не нужно. Я здесь. Тебе не нужно останавливать это, потому что я останавливаю это для всех нас".

"Если мне придется скомпрометировать ее... если я потеряю ее? Принести ее в жертву? И что мы получим взамен, так это то, что все остальные повсюду будут жить..."

Амос поднял руку, протянув ладонь, как будто успокаивал животное. "Док. Я понимаю. Вы хороший человек, и вы мне