Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар - Джон Пассарелла

Сэма за шею и потянула во мрак, врезаясь в стеллажи у задней стены, сбивая полки и рассыпая по полу банки. Стараясь не обращать внимания на звуки исступления, которые, тщетно сопротивляясь, издавал брат, Дин выхватил из кармана куртки зажигалку, высек искру и бросил ее на останки Клива. Едва пламя разгорелось, Сэм шумно втянул воздух и прыгнул вперед, на разбитые банки. Деревянная ручка торчащих из спины Мима вил занялась огнем, который быстро перекинулся на полки справа. В считаные секунды огонь достиг задней стены, а оттуда перескочил влево. Дин понял, что если они сейчас не доберутся до лестницы, то окажутся в ловушке ими же устроенного миниатюрного пожара.

– Сэм!

– Валим! – крикнул Сэм, пошатываясь рядом с полыхающим трупом.

Дин поймал его за предплечье и, удерживая на ногах, потянул к лестнице. Сэм рванул вверх, перескакивая через две ступени. Одна треснула под его весом, но Сэм успел выбраться. Жар стал невыносимым. Дин заслонил лицо рукой, задержал дыхание и сквозь клубящийся черный дым последовал за братом. Голодное пламя с ревом поднималось над полом и лизало ботинки. Дин выскочил из сарая, который вспыхнул несколько секунд спустя, и долго не мог надышаться свежим воздухом Небраски.

* * *

Припарковав «Импалу» у обочины, Дин отправился в местный бар. Ребра ныли, во рту оставался горький привкус дыма. Дин хотел только перехватить банку – а лучше три – холодного пива, тем самым обеспечив себя той стадией оцепенения, которая позволит ему проспать ночь.

До закрытия было полно времени, но внутри никого не оказалось. Столики, кабинки и стулья пустовали, за одиноким бильярдным столом тоже никого не было, и музыкальный автомат молчал. На плоском экране телевизора показывали футбольный матч из какой-то другой части света, и звук был приглушен до неразборчивого жужжания, больше похожего на белый шум. Если не считать Дина, немолодой бармен был в баре единственной живой душой. Постукивая кончиком карандаша по зубам, он горбился над стопкой бумаг, изучая их так сосредоточенно, будто высчитывал сумму налогов, подлежащую оплате. Подойдя ближе, Дин понял, что бармен разглядывает бланки лошадиных скачек. Заслышав шаги, тот поднял голову:

– Принести тебе что-нибудь?

– Что на разлив есть. – Дин взгромоздился на ближайший стул, поставил локти на обитый мягким край стойки и вздохнул: – И немного арахиса.

– Секундочку. – Бармен взял стакан. – Тихая ночка, да?

– Началась она совсем не тихо.

– Проблемы?

– Да все по-старому.

Бармен подставил стакан под хромированный краник и опустил латунную рукоятку. Янтарная жидкость хлынула в стакан, поднимаясь все выше, но на полпути уровень пива начал падать.

– Странно, – пробормотал бармен.

– Стакан дырявый?

– Нет-нет, посуда в порядке. – Но он все равно положил стакан и взял другой. Тот же результат. Попадая в стакан, пиво начинало как будто… испаряться. – Чепуха какая-то. Дай-ка другой попробую. – Бармен открыл соседний кран.

Пиво полилось в стакан и быстро исчезло. Бармен зачесал назад пальцами коротко стриженные светлые волосы:

– Никогда такого не было.

– Все когда-нибудь бывает впервые, приятель.

– Наверное, это резервуар с углекислым газом. Как насчет бутилированного?

Дин кивнул, выбивая пальцами дробь по стойке.

– Местное? Импортное? Из мини-пивоварни?

– Начнем с местного, а там поглядим.

Бармен выудил из-под стойки коричневую бутылку с длинным горлышком, сбил крышечку, выпустив тонкую струйку пара, и подтолкнул бутылку вместе со стаканом к Дину. Тот решил обойтись без посредников и поднес горлышко к губам. Наклонил бутылку – и… ничего не вылилось.

– Какого черта? – вопросил Дин.

– Что случилось?

– Она пустая.

– Не может быть.

Дин перевернул бутылку над стаканом – ни единой капли.

– Дай-ка эту попробую. – Бармен взял другую бутылку, взболтнул – жидкость внутри заплескалась о стенки.

Он сбил крышечку и наклонил бутылку над стаканом. Над горлышком поднялись струйки пара и рассеялись. Несколько капель пива упали на дно стакана и немедленно испарились. Бармен оттолкнул пустую бутылку и взял третью, потом четвертую – все разных марок – безрезультатно.

– Банки, – выпалил Дин. – Как насчет банок?

Бармен открыл дверь в подсобное помещение и вынес упаковку из шести банок:

– Только сегодня привезли.

Он дернул ушко первой банки, и оба услышали шипение пара. Банки одна за другой оказывались пустыми, едва их наклоняли над стаканом.

– Быть такого не может, – помотал головой Дин.

– Прости, – проговорил бармен. – И что делать?

– Еще что-нибудь попробуй, – подсказал Дин. – Что угодно. Виски, ром, водку. Персиковый шнапс, в конце концов.

Все то же самое. Бармен поэкспериментировал даже с ирландским виски, русской водкой и ямайским ромом.

– Не могу объяснить, как так вышло, – изумленно заметил он. – Что бы это значило?

Дин заметил, что слабый звук, издаваемый телевизором, изменился. Он поднял голову и увидел, что футбол сменили новости. Симпатичная дикторша лет тридцати что-то говорила, а бегущая строка, ползущая со скоростью улитки, сообщала, что мировой запас алкоголя стал крайне неустойчив.

– Звук! – потребовал Дин. – Громче!

Бармен прибавил громкости.

– …научная общественность поставлена в тупик внезапной и полной испаряемостью алкоголя любых видов.

Дин вытаращил глаза:

– Да ты шутишь!

– Моя семья владеет этим баром шестьдесят лет, – мрачно проговорил бармен. – И все рухнуло?

Дикторша жизнерадостно продолжала:

– …встретить новую реальность: мы стали единственной во всем мире нацией трезвенников.

– Она улыбается! – Дин в негодовании ткнул пальцем в экран. – Почему она улыбается? Над такими вещами не смеются!

– Ну и ладно, – бармен до странного быстро примирился с потерей семейного бизнеса. – Как насчет чего-нибудь безалкогольного?

– Нет. – Дин отшатнулся и шлепнулся на стул.

– Может, газировки? Или молока?

– Нет!

– Сока? Простой воды?

– Нет!

– Понял. – Бармен прищелкнул пальцами. – «Ширли Темпл»[226]. Ни грамма спирта.

– Чувак! Издеваешься?

Дин бросился к двери, дернул за ручку, но дверь не поддавалась. В отчаянии он замолотил кулаками по деревянным планкам.

– Яичный коктейль[227]?

– Нееееет!!!

Дин проснулся и сел. Сердце колотилось в груди. Ощущение дезориентации быстро прошло, и он вспомнил, где находится. Невзрачный мотель в Линкольне, штат Небраска. Дин сидел в темноте и боролся со смехотворным порывом включить CNN и убедиться в неприкосновенности мировых запасов спиртного. Сэм, раскинувшись на соседней кровати, выглядел так, будто только притворяется спящим; он бормотал что-то про охотников. Дин