Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар - Джон Пассарелла

– Дин! Мачете нашел!

– Ищи дальше, – рассеянно отозвался Дин. – Там где-то должно быть тело младшего.

Стволом ружья он распахнул дверь денника. Здесь рым-болт был свернут вниз. Дин ухватился за него, подергал вверх-вниз и почувствовал, как старые доски поддались и кусочки прогнившего дерева начали отваливаться, словно комья влажной земли. Фонарик мигнул и…

И зловещую тишину прорезал грохот.

Дин рывком развернулся:

– Сэм!

Над ним навис двухметровый мстительный дух когда-то стокилограммового Клива Гиллмера – с выбеленным лицом, в традиционной полосатой черно-белой рубашке под окровавленным полукомбинезоном. «Мим с мачете» – так окрестила его пресса. Дин вскинул было оружие, но Мим ударил его по руке и вмял в стену с такой силой, что слабые доски треснули. Ружье, как и фонарик, выпало из онемевших пальцев Дина.

– Сэм! Помоги!

До того, как Сэм получил назад душу, Дин никогда не был до конца уверен, что брат прикроет ему спину. Теперь же…

Мим приподнял Дина и швырнул его в левую стену, затем в правую. Обе они, как подсказала острая боль, прошившая ребра, были в куда лучшем состоянии, чем задняя стена.

– У Марселя Мачете нехорошие намерения! – заорал Дин.

Он увернулся от кулака, пробившего дыру в доске рядом с его головой, но поймал пинок коленом в живот и, задыхаясь, рухнул на землю. Тот грохот, когда Сэм нашел мачете…

– Сэмми!

«Признай уже – Сэм не у дел».

Звякнула цепь, и Дин почувствовал, как холодная сталь обнимает шею и, впиваясь в плоть, неумолимо затягивается. Он умудрился втиснуть пальцы между звеньями цепи и кожей и ослабить давление на какое-то время, достаточное для того, чтобы глотнуть воздуха и проморгаться. Другой рукой он прощупывал утоптанную солому на грязном полу, пока не дотянулся до ружья. Удар сапога откинул его руку к стене, пальцы разжались и выпустили ружье. В глазах опять начало темнеть, когда внезапно грянул выстрел.

В тот же миг цепь ослабла, и Дин рухнул на четвереньки, кашляя и хватая ртом воздух. В проходе стоял Сэм с ружьем. Куртка на его плече была разорвана по шву, по лбу стекала струйка крови.

– Он застал меня врасплох, – сказал Сэм.

– Нас обоих, – кивнул Дин.

Он подобрал оружие, и брат помог ему подняться на ноги. Отряхиваясь от соломы, Дин поискал взглядом фонарик и, в конце концов, нашел его на полу у задней стены.

– Давай разыщем тело поскорее, пока Бэби Хьюи[224] не вернулся.

– Не думаю, что оно здесь.

Дин не ответил.

– Дин?

Дин уставился на стену – в пробитую брешь, – потом пнул ногой треснувшую доску:

– За домом. Видишь?

Сэм заглянул через его плечо:

– Сарай.

– Мы думали, что старик собирался сжечь дом вслед за конюшней.

– Так, значит, Клив знал, что у отца на уме, – кивнул Сэм.

Они вылезли через разлом и побежали вдоль ограды загона, мимо дома – к неказистому сараю. Постройка была маленькая, фасад отсутствовал, оставшиеся три стены покрывали крюки, на которых когда-то висели разнообразные фермерские инструменты. Пол, застеленный обрезками разнородных покрытий, был усыпан сухими листьями, пожелтевшими обрывками газет и упаковками от еды.

– Ничего, – разочарованно заметил Дин. – Больше вариантов нет.

Сэм вошел внутрь, посветил фонариком во все углы. Половицы под его весом скрипнули, и Сэм остановился, посмотрел под ноги, затем поднял глаза на брата:

– Ты думаешь о том же, о чем и я?

– Подпол?

Сэм опустился на корточки, приподнял несколько обрезков коврового настила и откинул их в сторону, обнажив деревянные распашные дверцы, запертые на навесной замок с длинной дужкой.

– Болторез нужен.

– Этим попробуй. – Дин достал из сумки ломик.

Сэм просунул прямой конец лома под одну из дверных ручек и ворочал им до тех пор, пока все гвозди не вышли из прогнившего дерева. Проделав то же самое со второй ручкой, он выдернул замок целиком.

– Готово.

Поддев ломом край правой дверцы, Сэм приподнял ее так, что теперь можно было просунуть в щель пальцы, и под возмущенный скрежет петель дверца распахнулась настежь.

– Фууу!

Вонь ударила в ноздри почти физически ощутимо. Зажав нос левой рукой, правой Сэм откинул вторую дверную створку. Луч фонарика Дина пронзил темноту и выхватил у подножия шаткой лестницы скорченный труп в лохмотьях полосатой рубашки и полукомбинезона. Тело лежало на животе, а из спины торчали вилы.

«Достаточно глубоко, чтобы пробить легкие, – отметил про себя Дин. – Или сердце». А вслух сказал:

– Старик спихнул его сюда пять лет назад. И оставил гнить.

– А все думали, что он сбежал, – добавил Сэм.

Он потянулся было к своей сумке, но тут его застали врасплох. Между братьями возник дух Мима и…

– Сэм!

…и столкнул Сэма с лестницы.

Обе дверцы захлопнулись. Призрак развернулся и двинулся на Дина, растянув губы на белом лице в широкой устрашающей ухмылке, обнажающей скверные зубы.

– Видал я, как ты умеешь, Кроха, – мрачно произнес Дин, отступил назад, перезарядил ружье и направил ствол на Мима. – Отстой. – И отправил заряд соли ему в живот.

Мим исчез, дав Винчестерам немного времени на передышку. Дин снова передернул цевье[225], а потом бросился к подполу и распахнул дверцы, направив луч фонарика вниз:

– Сэм! Сэмми!

– Я здесь! – послышался голос снизу. – Все нормально.

Дин одолел трухлявые ступени и подсветил продавленные деревянные полки у стен, уставленные банками и пластиковыми коробками, сгнившими овощами и протухшей солониной. Сэм сидел на полу рядом с разложившимся трупом, одной рукой потирая шею, а другой прикрывая глаза от света.

– Давай уже заканчивать. – Дин бросил брату банку соли, а сам полез в сумку за жидкостью для розжига.

Сэм поднялся на ноги, морщась и потирая поясницу, но быстро перестал обращать внимание на вызванную падением с лестницы боль и принялся щедро посыпать труп Клива солью.

– А что за мимы такие вообще? – поинтересовался он. – Клоуны, давшие обет молчания?

– Конкретно этот клоун забыл, что реквизит ему не полагается, – отозвался Дин.

Он сжал алюминиевую банку и полил хлынувшей из нее жидкостью распростертое тело – направляя струю от головы к ногам.

– Мим с мачете, – покачал головой Сэм. – Поджарь его.

Лучи фонариков замерцали – значит, во тьме что-то появилось.

– Чувак, у нас компания!

Из темноты вынырнула могучая рука, схватила