Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Смотрел и думал: «Варианты?..»

— Давай делать операцию! — обратил на себя внимание дядя Стёпа. — Пока я что-то могу.

Лицо алхимика подёргивалось — то ли от боли, то ли от нетерпения. Он не из тех, кто станет сидеть и ждать смерти. До последнего вздоха будет работать, экспериментировать, искать выход.

— Заткнись! — оборвал его.

Голос прозвучал резче, чем я хотел. Но сейчас не время для поспешных решений, нужно думать.

Ещё и Фирата с Таримом, Жора… Урон роду будет куда сильнее, чем просто война. Ключевые люди, те, на ком держится вся система. Я не имею права их лишиться! Ни при каких вариантах…

Вдох. Лёгкие наполнились затхлым воздухом лаборатории. Выдох. Ещё раз.

Вспомнил, как Зло выглядело в Василисе, как оно обволакивало её источник, пыталось проникнуть внутрь. Кто у нас лучше всего с этим знаком? Мысли заработали в новом направлении: «Василиса… У неё был иммунитет? Или что-то похожее? Зло жило в ней, но не полностью захватывало. Может быть, в крови матери есть ответ?»

— Кто-нибудь! — позвал я. Голос прозвучал жёстко, требовательно.

Тут же в ангар заглянул охотник — крепкий мужик в форме. Лицо сосредоточенное, глаза внимательные. Он увидел обстановку: кровь, отрубленная рука, раненый, но ни один мускул не дрогнул. Профессионал.

— Срочно, — мой голос звенел от напряжения. — Жору найти и сюда притащить. Пусть с собой захватит Василису.

Каждое слово чеканил, как монету, — быстро, чётко, без лишних объяснений.

— Да! — вытянулся мужик. — Уже бегу.

Охотник скрылся так же быстро, как появился.

Пора бы мне получить ещё выгоду от мамочки, а то, кроме проблем, ничего не было.

Я продолжал думать. Мысли текли потоком, выстраиваясь в стройную систему. Восстановление меня и моей руки пока уходит на второй план, всё остальное продолжает работать. Витас, Медведь и Тимучин… Удар по джунгарам должен произойти — это часть большой игры, которую нельзя останавливать.

— Кинь руку в лёд, — сказал я дяде Стёпе. — А ты иди в лес и прими истинную форму, восстановись.

Последние слова были обращены к негру. Тарим, несмотря на боль, с облегчением воспринял приказ. В истинной форме его регенерация работает лучше. Возможно, он отрастит себе конечность. Парень кивнул мне и, чуть скуля, ушёл.

Я сел на стул и закрыл глаза. Нужно собраться с мыслями, проанализировать ситуацию заново. Что мы знаем о Зле? Что оно делает с источником? Как распространяется?

Дядя Стёпа продолжал чем-то заниматься — бренчал, собирал, разбирал, бубнил. Мужик справлялся с проблемой по-своему — за делом. Звуки его работы действовали успокаивающе: методичное позвякивание стекла, шорох бумаги, тихое бормотание. Старый алхимик не привык сидеть без дела. Даже перед лицом смерти он продолжал работать, искать, пробовать.

В голове начал формироваться план — ещё смутный, неполный, но уже с контурами решения. Нужно больше информации.

Через десять минут появились Жора и Василиса. Время растянулось. Казалось, прошла вечность.

Женщина посмотрела на Лампу и потом поморщилась. В её глазах читалась смесь страха и отвращения. Она знала, что такое Зло. Знала лучше, чем кто-либо из присутствующих.

Волосы растрёпаны, одежда наспех накинута. Её явно вытащили откуда-то в срочном порядке. Жора стоял за спиной — молчаливая, неумолимая сила. Его лицо не выражало ничего, но в глазах читался вопрос. Он ждал объяснений.

— Подойди! — приказал я.

Василиса замерла, в её глазах мелькнул страх. Женщина знала, что я могу сделать. Знала, что не колеблюсь, когда дело касается безопасности рода.

Медленно, сопротивляясь, она шла в мою сторону. Каждый шаг — борьба с собственным страхом. Подол платья шуршал по бетонному полу, руки сжаты в кулаки, ногти впиваются в ладони. Пытается сохранить контроль, но тело выдаёт её — дрожь в коленях, учащённое дыхание.

Положил ладонь ей на грудь и выпустил яд — всё, что накопилось в источнике. Энергия потекла по руке, сконцентрировалась в ладони, проникла сквозь ткань одежды. Почувствовал, как Василиса вздрогнула от контакта. Зелёная магия тут же распространилась по телу. Сколько всего я накопил за это время — убийственный коктейль. Ничего не жалко такому «дорогому» моему сердцу человеку.

Мать схватилась за место, где я прикоснулся, упала. Лицо исказилось от боли и шока. Начала отползать, пятилась назад и работала только ногами. Юбка задралась, обнажив белые колени, а за ними и нижнее бельё. В глазах страх — чистый и незамутнённый, животный. Инстинкт самосохранения взял верх над гордостью.

— Ты… — губы дрожали, голос срывался. — Что ты сделал?

Я встал со стула. Тело слегка затекло от напряжения, в висках пульсировало. Каждый мускул, каждый нерв требовал действий — бить, крушить, уничтожать. А потом спать. Долго, чтобы меня никто не трогал.

— В тебе мой очень сильный яд, — ответил правду.

Смотрел на неё сверху вниз. Не испытывал ни жалости, ни сожаления. Просто ещё один ход в большой игре: её жизнь против жизней моих людей. Математика проста.

— С твоим одиннадцатым рангом у тебя два дня, я думаю. Плюс ещё артефакт подчинения… Да, не больше. После ты умрёшь, но перед этим испытаешь много приятных впечатлений. Считай моим подарком «любимой» маме.

Последнее слово выплюнул, как что-то горькое. «Мама» — какая насмешка. Она никогда не была матерью.

— За что? — спросила женщина.

В голосе звучало недоумение — искреннее, неподдельное. Словно не понимает, как можно с ней так обращаться. Я даже немного удивился. Она это серьёзно?

— Ситуация такова, — я говорил размеренно, деловито. — Твой любовничек… Мы с ним встретились, пусть и через мага пятнадцатого ранга. Он схватил моих людей, отравил Злом. Что-то связанное с источником. Они умирают, как и ты. Если не будешь мне полезна, то… смысл тебя держать?

Каждое слово — гвоздь в крышку её гроба. Не угроза, а констатация факта, деловое предложение. Услуга за услугу, жизнь за информацию.

— Я! — вскочила Василиса.

Задница голая, в трусах, а ей плевать. В такие моменты стыд и приличия отступают перед лицом смерти. Глаза горят, слёзы катятся по щекам. Макияж размазался, создавая гротескную маску.

Жора… Вот это человечище. Он подошёл и, словно маленькой девочке, поправил юбку. Сухо, машинально, ни тени смущения или неловкости. Просто порядок должен быть во всём, даже в такой ситуации.

Мой взгляд