"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

текла с трудом выдавленная из хитрых глаз слезинка. Баба Яга была прекрасна в образе добровольной мученицы, отдающей свою честь на поругание страшному лесному зверю во благо всего человечества или, по крайней мере, всего тридесятого царства. Мы торжественно чтили ее жертву, дружно вздыхая и крепясь. Также организованно попрощавшись, поплелись к выходу, чтобы не мешать «молодым» отрабатывать «должок». От устроенного нами спектакля Леший явно разозлился.

- А ну стоять, искусители вертлявые! - проголосил зеленый кустик.

Ага, значит проникся!

- Чего это ты разорался? – начала свою партию нашей оперы баба Яга: - Нет уж, пусть идут! Или ты предпочитаешь лобызать меня устами своими блудливыми, да обнимать ручищами своими могучими при всем честном народе, похабник ты некультивированный!

От такого проникновенного призыва к справедливости, мы, натыкаясь друг на друга, остановились и дружно повернулись к Лешему с немым вопросом в глазах, мол «Нам остаться и понаблюдать за пяти-десяти минутным страстным поцелуем?». От такого поворота лешак уже не знал, что и делать: сердиться или смеяться. Но вот что сразу бросалось в глаза - целоваться он не спешил.

- Идите, деточки малые, и ты, Янина, во дворик, подышите после трапезы лесным воздухам, а мы пока с Ягулечкой посоветуемся, - наконец-то отпустил нас лесной хозяин.

Глава 13

Из деревянного терема мы практически вывалились, вот как спешили! Я присела на лежавшее около зеленеющего от молодых веточек заборчика  поваленное бревно и от усталости ссутулилась. Все-таки тяжелая работа у переговорщиков и очень нервная. Организм требовал расслабиться и  я, подняв лицо к солнышку, прикрыла глаза. Видимо, сказывалось напряжение, в котором я пребывала в последние два дня. Руки немного подрагивали, а голова чуть-чуть кружилась. Я дала себе немного времени расслабиться, потому, что когда выйдут к нам эти два влюбленных голубка, мне нужно снова быть собранной и, так сказать, во всеоружии. И тут я почувствовала, как справа и слева от меня кто-то сел. Мою правую руку накрыла ладошка бабы Янины.

- Прости ты нас, Машенька, за чары наши колдовские. Не со зла мы их навели. Яге ты уж больно понравилась, и постреленок твой по сердцу ей пришелся. Вот и захотела она, чтобы ты с нами жить осталась, чтобы полюбила ты какого-нибудь нашего молодца. Сыграли бы вы свадебку и жили бы рядышком с нами долго и счастливо. Плохо ли, Машенька?

- Так на словах-то все хорошо, баба Янина. Да вот только сказка, что ты мне тут рассказала, счастливо заканчивается, когда случается по взаимной и чистой любви. А когда первая - под чарами колдовскими, второй - по царскому, как я понимаю, велению, то им, горемычным, эта сказка на вкус, как горькая редька или уксус.

От моих слов Янина, глубоко задумавшись, совсем притихла. Я повернула голову налево и  увидела рядом сидевшего Святояра. Вид у него был печален и серьезен, как будто он обдумывал что-то очень важное. Я могла ему лишь грустно улыбнуться. Да, непросто признаться мужчине, что все те чувства, что я к нему испытывала и все те прекрасные мгновения, что мы вместе пережили, вызваны лишь колдовскими чарами. И мне лично они не принадлежат. Мда, наверно сильно я подкосила его мужскую самооценку, но такова правда жизни.

- Янина Серафонтовна, что вы молчите да каетесь? – вдруг пошел в наступление воевода.

- Ась, милок, так что ж тут сделаешь? Опростоволосились мы с Ягой! – всплеснула руками Янина.

- Когда, я спрашиваю, с Маши чары колдовские снимать будете? – давил на бабульку боярин.

- Тут дело такое, чары можно только ночью снимать, - рапортовала наша престарелая пионерка.

- Чтобы сегодня ночью снять! - резко приказал воевода.

Старушка подскочила с бревна:

- Конечно, конечно, сегодня ноченькой и снимем. Следочка не останется на Маше от наших чар, - и помчалась в терем.

А оттуда как раз выходили Леший с бабой Ягой под ручку. Судя по их довольным лицам, голубки о чем-то меж собой договорились. К ним подлетела баба Янина и стала что-то нашептывать Яге на ухо, та лишь бросила на меня косой взгляд и кивнула. Я же с нетерпением ждала вердикта Лешего.

- Мы тут с Ягуленькой поговорили и решили, что я вам в вашей беде помогу и тарелочку с голубой каемочкой отдам, но идти с вами в царство Кощеево не смогу. Враждуем мы, лет так пятьсот уже. Вспомнить никто не может, отчего та вражда пошла, но ходу в царство бессмертного мне нет. Заклятие он наложил на границы свои необратимое: как только пересеку рубежи  царства его, в тот же миг обращусь в дуб на веки вечные.

Данные новости, признаться, очень меня расстроили. Втайне я очень надеялась на помощь этого лесного колдуна, а тут опять все сама да сама.

- Но я вам в другом помогу, - продолжал свою речь Леший: - Кощей - колдун сильный, и ему на вас чары навести, что комара прихлопнуть, труда не составит.

Я от такой новости аж присвистнула, то есть, опять себе доверять будет нельзя, и предстоит мне вечный самоанализ: это мои мысли, или они продиктованы мне чарами, али чужой волей.

- А чем же ты нам, друг сердешный, поможешь? – возразила баба Янина: - Ведь Кощей -  сильнейший средь нас, и силе чар его никто противостоять не может.

- А вот и может! - радостно сообщила зеленая клумба, трущаяся у ног бабы Яги: - У русалок есть волшебное зелье, приготовленное из травок, цветов да водорослей, собранных в полнолуние на реках да болотах. То зелье заветное снимает с человека все чары, и даже Кощей против него не сдюжит. Так что, прежде чем вам к Кощею идти, нужно сначала к русалкам заглянуть.

- Так, если заветное зелье такое сильное, что даже кощеевы чары перед ним не устоят, значит, цены стоит немалой. Неужто, русалки с нами им поделятся? – засомневался  Святояр. Я с ним была согласна, с чего бы это русалкам нам помогать?

- Должок у русалок передо мной есть. Коли поделятся они с вами тем зельем, то прощу им, а коли не поделятся, то накажу, - неприятно ухмыльнувшись в зеленую бороду, ответил Леший.

Мда, Яге с ухажером тоже больно-то не повезло. И рада бы на него беду свою спихнуть, ан нет, он, видите ли, в дуб превратится. Вот ведь мужики, все одинаковые, хоть и зеленые. Лишь бы откосить.

- Ладно, к русалкам, так к русалкам.