Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

— О! — Мелкая клацнула челюстями, разом взбодрившись. Уставилась на меня, как на откровение. — Машина…

Да, боец — идея здравая. Ячейка 7-24-тэта умеет развертывать периметр безопасности. Вопрос в другом — станет ли? Директивное задание имеет абсолютный приоритет — вот и функция согласна. Но в жопу условности, я Джимми.

— А че происходит? — осторожно уточнил тощий.

Крыса молчать не стала. Минут пять бойцы переваривали информацию. Сообразительный Замес по обыкновению первым пришел к нужным выводам. И возмутился:

— Командир!

— Да какого хера происходит?! — начал закипать Шест.

— Он пойдет один, — набычилась Ива. — Приведет машину.

Великая сила данного слова. Пообещал Клину и уже готов хавать полной ложкой. Сколько и кого ты готов отдать за слово, Джимми?

Я вскинул руку, упреждая хор голосов:

— Смена, повторю только раз. Ваша задача — удержать лагерь до моего возвращения. Да, сложно, почти невыполнимо, но не сомневаюсь, что справитесь. Как поняли?

Сперва, конечно, попытались уйти в отрицание, затем подумали, озадачились — мимика богатая, легко читаемая. Но ждать некогда — пора принимать решение и жить с последствиями. А решение не то, что бы сложное. Просто стремное.

— Как поняли? — добавил холодка.

— Сделаем, командир, — тяжеловесно объявил Шест.

Тянуть дальше нить беседы — только портить момент. Рюкзак на спину, шмалабой на плечо и багор в руку. Пора вернуться к классике. Приятная тяжесть оружия отдавала надежностью.

Время.

Провожаемый хмурыми взглядами тяжелой рысцой направился к боковому проходу. Идти на скорости — идея сомнительная, но по-другому никак. Хотя неизвестно, как отреагирует машина, когда заявлюсь раньше срока. Посмотрим, увидим, прочувствуем по факту — гадать не стану. И хорошо бы заткнуть организм с его намеками на усталость и общий раздрай. Функция, как насчет подсобить верному оператору?

По телу пробежала короткая волна тепла, а инсталляция даже не выразила недовольства — четко отработала по запросу и притихла в ожидании. Командная работа, не иначе.

За провалом ко мне пристал мелкий неч — вырвался из непонятной ямки и засеменил следом. Хрен с ним, пусть разминается в попытке догнать. Скорости у нас сопоставимы, хотя у меня проходимость повыше — скакнуть горным козликом не проблема. Не сбавляя темпа, перепрыгнуть трупы, обломки и отдельные пепелища.

Неч упорствовал. Не уверен, что они вообще способны сдаваться. Скорее наоборот — минут через пять за мной следовало уже трое. Какие-то дрыщовые подранки, которым не хватило места у главных кормушек. Даже, сука, обидно.

К периметру вырвался уже чутка запыхавшись — не удержал темп, подгоняемый голодным клекотом, и выложился чуть больше положенного. Хреново, что сказать. И некому попенять — мол, какого хрена, призрак, чему тебя учили, придурок, и все такое.

Мысли резкие и отрывистые — под стать движениям. Вдох, выдох, оператор — вдох и выдох.

Впереди мост, который проведали час назад. Ничего не изменилось — те же следы коротких боев и намеки на движение по фронту. И надо решиться — уйти в рывок, точно нырнуть, — вперед, напрямки через полосу отчуждения. В идеале могу использовать подземку для грузового транспорта, но что-то меня смущает в этом варианте. Закрытая локация, отсутствие маневра и неясный рисунок угроз.

Я навелся на предполагаемый участок прохода — разлом в жилом массиве, где подъездный блок частично сложился, образовав выемку в здании. Придется попрыгать на высокой динамике. Но есть плюс — нечи встрянут на обломках. Если обойдется без матерых, конечно.

Обошлось.

Я ворвался на второй уровень и ушел в перекат, гася инерцию. Бочину кольнула боль, следом пострадала спина. Но преследователи завязли на сломе перекрытия — 12 панцирных безобразий, середнячок. Одного прыгучего я подловил на багор, и композиция замерла — я на жопе, выставил инструмент и передо мной наколотая тушка, сочится синим.

Вдох и выдох.

Мимоходом слизнул био, что зеленой искрой выпало из раззявленной пасти, и продолжил забег — точнее рваную синусоиду преодоления завалов. Не знаю, была тут клановая тропа или нет, знаков муа не увидел. Да и трудно что-либо разглядеть в чехарде бетонной карусели, где черное сменяет серое и играется с ржавыми оттенками металла.

— Еб… — Рухнул метров с трех. На асфальт. В рюкзаке хрустнуло — ну я надеюсь, что в рюкзаке.

Функция коротко плеснула красным и стало полегче. Способность чувствовать мне пригодится — в прямой досягаемости кривая улочка, перегороженная рухнувшими столбами и кузовным металлоломом. Звуки боя отдалились, четче обозначился шепоток зоны, в котором достаточно неприятного.

Оригинальничать не стану — продышусь пяток секунд и побегу, хрустя каменной крошкой. В развалинах позади ворочается неугомонный сухостой и мне срочно требуется разорвать дистанцию. Только вот дышится трудно — легкие сбоят, да и воздух насыщен нестерпимой горечью. Сдается, совсем недавно на улочке было не протолкнуться от нечей.

К хренам пустые домыслы. Бежать, входя в ритм, слушать дыхание и контролировать подступы. Еще и ориентироваться не помешает, чтобы не заплутать в кварталах, что превращены катастрофой в близнецов-уродцев.

Час, второй, третий… На четвертый скатился в цокольное углубление и раскинулся звездой. Не подумайте, я хоть и споткнулся, но четко по плану — с легкой толикой импровизации, да. Своевременной и беспощадной.

А вокруг неожиданная тишина, точно активность у парка высосала из зоны все интересное. Хорошо, есть несколько минут — на пару глотков и легкую медитацию по типу — ты кремень, сука, стальной снаряд, запущенный волей, и похрен на боль.

— Кхе, — выдало тело. В горле надсадно першило.

Еще глоточек и в путь — с ученьем по жизни. Я же чертов призрак, если по-простому, по-народному.

Следующим, что охреневшее сознание посчитало нужным отметить, стал мой прыжок из проулка во дворик, занятый ячейкой. Занырнул рыбкой и позади щелкнули челюсти — прям падла с эхом. Не меньше десятка сухих встали на дыбы и замолотили лапками, исходя клекотом.

Каюсь, показал им соответствующий палец. Периметр незыблем, как незыблем и ведроид. Машина ровно в той позиции, в которой ее оставили — гудит, играется всполохами энергий и гоняет серость в небесах.

А ведь добрался, хоть чутка и потерял связь с реальностью — на чистом волевом импульсе и щедрых подачках инсталляции, которая все же изъявила недовольство тратами.

Скинув рюкзак и оружие, я поднялся на дрожащие ноги и махнул рукой:

— Железная, оператор вернулся!

Ноль реакции. Хорошо, могу и по-плохому.

— Красный код!

Вот теперь проняло. Один из манипуляторов извернулся змеей, формируя пандус к зоне контактирования. В корпусе мягко засветилось оконце с углублением под сенсорную стойку. Сочту за приглашение. А тревожный