Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

законам жанра сейчас должна была произойти бурная сцена, когда два молодых, обнажённых тела… короче хентайчик, ну, или, как минимум, горячие поцелуи, в конечном итоге, переходящие все в тот же хентайчик, пусть и не сразу. Судя по эмоциям Тонкс она эту сцену уже видела в своём воображении и не возражала, ожидая лишь первого шага от меня. Но увы, при всех своих несомненных достоинствах, Тонкс — подросток, то–есть почти ребёнок, с ней можно иногда весело провести время, пошутить, поболтать ни о чём, отдыхая от повседневных забот, но это не любовь. Симпатия — да, комфорт — отчасти, но не любовь — я знаю. А ломать жизнь симпатичному тебе человеку из–за банальной похоти, которую я могу в любой момент убрать… пошло.

И только я было решился на мягкий перевод темы, как опережая меня сработал другой канон жанра, законом Мерфи именуемый. К тому же, немного позже выяснилось, что всё–таки виной был я и такой облом для девушки является следствием моих действий. А началось всё с того, что в комнату влетел серебристый феникс.

— Нимфадора, у нас ЧП! Ордену требуется собраться и обсудить происшествие! Жду тебя в Хогвардсе как можно скорее, — передав сообщение, патронус директора рассыпался кучей серебристых искр.

— Мне… нужно идти, — растерянная, смущенная девушка нехотя выскользнула из захвата. Сумбур в её эмоциях действовал на меня не хуже валерьянки на представителя семейства кошачьих. Всё–таки это кайф, интересно, Локи, тот который реальный бог интриг и мелкий пакостей, он тоже ощущает нечто подобное во время работы?

— Да, конечно… — воцарилась неловкая пауза.

— Я… заскочу завтра? — неуверенно.

— Да, я буду рад тебя видеть в любое время.

— Ну… тогда до завтра… — девушка аппарировала, оставляя меня наедине с собственными мыслями.

Часть 31

На следующий день Тонкс была непривычно тиха и обеспокоена. По началу, отвечать на мои вопросы она не особо хотела, но постепенно всё–таки оттаяла (печеньки рулят!) и поделилась весьма любопытной информацией. Оказывается, вчера Альбуса дёрнул Билл, которого, в свою очередь, дёрнули гоблины проверять целостность защит сейфов, поскольку система охраны засекла проникновения в два сейфа банка. Более того, разрушителю проклятий удалось выяснить, кому принадлежали сейфы. Результатом поднятого кипиша был срочный вызов всех орденцев в Хог (домик на Гриммо без Сириуса недоступен, а сам Сириус сидит в кутузке аврората, вот и пришлось директору для сбора своего кружка по интересам пользоваться служебным положением), где на протяжении полутора часов дед вдохновенно вещал, какие тёмные времена наступают и что «это всё не к добру», если выкинуть всю лишнюю муть и словоблудия, всё сводилось к банальной просьбе–приказу быть осторожнее, держать глаза и уши открытыми и, в случае, чего драпать куда подальше. Чтож, после смерти Грюма Альбус стал бережнее относиться к оставшимся кадрам, что не может не радовать. Закончив рассказ, Нимфадора поинтересовалась моим видением ситуации. То, что девушка реально интересуется моим мнением и готова прислушаться к нему не могло не радовать, возможно, действовать по «плану Б» (подразумевающему кляп, веревки и отправление в мой «летний домик» на пару месяцев. Шутка… почти) и не придётся.

— Моё мнение… тебе правду или помягче?

— Правду, конечно! — возмутилась девушка.

— Ладно, но только между нами. Директор излишне паникует и начинает параноить не хуже профессора Грюма. Ну залезли в сейф к Лестрейнджам, ну попытались их обчистить. Что в этом такого? Они — довольно старый и богатый род, на данный момент полным составом пребывающий в местах не столь отдаленных. Кто–то вполне мог польститься на «бесхозное» золото. К тому же, ты сама сказала, что ограбление не удалось. И вообще, это проблема гоблинов и работающих с ними сотрудников министерства.

— Но директор сказал… — начала Тонкс. Ох уж эта вера в непогрешимого Дамби.

— Директор вообще много что говорит, — жестко перебил я авроршу, — вот только его участие говорильней и заканчивается, а потом молодые идиоты, наслушавшись его речей, подыхают ни за кнат.

— Гарольд! — возмутилась девушка и даже слегка отшатнулась.

— Что, скажешь, я неправ?

— Да, неправ! — упёр руки в боки продукт грамотной пропаганды.

— Тогда, позволь привести тебе ряд примеров и вопросов. Я не буду ничего утверждать, я только попрошу тебя подумать, ладно? — Тонкс смотрела на меня всё ещё довольно грозно, но всё–таки утвердительно кивнула.

— Хорошо. Пункт первый. То, где я живу сейчас. Почему меня не дали на воспитание волшебной семье? Отбросим Малфоев и прочих «тёмных», но Лонгботомы? Динглы? Хоуки или Хучи в конце концов? Почему о волшебстве я узнал только в одиннадцать, а вещи, вполне нормальные и обыденные для любого ребёнка из волшебной семьи мне порой кажутся странными и непонятными по сей день?

— Кровная защита… тебя скрывали от злых волшебников…

— При этом Дедалус Дингл спокойно меня нашёл, когда мне было восемь и поздоровался за руку. Наверное, он такой Великий Маг, что походя эту защиту преодолел и не заметил. И вот, вместо нормальной семьи Гарольд Поттер до одиннадцати живёт с ненавидящими и боящимися его родственниками, спит в чулане под лестницей, подвергается профилактическим побоям и голодовке. Да у него было больше шансов сдохнуть от «заботы» родни, чем от неизвестных «злых колдунов», после исчезновения своего Лорда более озабоченных спасением собственных шкур, чем поиском мальчишки об которого, вроде бы убился лидер.

— В чулане? — шок, неверие.

— Можешь спуститься и сама глянуть, старый матрас всё ещё там. Впрочем, не важно, логику Дурслей я ещё понять могу, но вот чем руководствовался уважаемый директор… думай сама. Второй пункт. Сириус Блек. Член незабвенного Ордена Феникса, кстати, как и Пожиратели Смерти — это незаконная террористическая организация, преследующая свои цели и применяющая насилие для их осуществления, если смотреть на неё со стороны закона. Хотя ладно, вижу по твоему скривившемуся лицу, что такое сравнение тебе очень не нравится. Так вот, Сириус Блек, или «дядя Сири», — Тонкс опять приобрела лёгкий фиолетовый оттенок, свидетельствующий о довольно сильном смущении, — его притащили на допрос, можно сказать, прямо с поля. В шоке от смерти двоих друзей, осознания в предательстве третьего и снедаемого чувством вины, что не сумел разглядеть в «малыше Питере» ту тварь, которой он и является. Любой колдомедик бы отметил неадекватное состояние задержанного, да он бы с такой накруткой мог признаться в чём угодно, начиная от поедания младенцев и заканчивая призывами демонов и разнузданными оргиями (хотя, последнее вполне могло и иметь место быть). И что сделал человек, знаменитый тем, что всем дает «второй шанс», даже раскаявшемуся Пожирателю? Не знаю, как ты, но лично я ни