"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

– Все мы жертвы королевской власти. Те, кто пошел за Шерпом к горам. Я, например, оступился и ограбил булочную, потому что нечего было есть из-за нового закона о разрешении на торговлю. Мне пришлось закрыть мастерскую из-за него, а деньги утекали как вода. Шерп также не смог заплатить сотню золотых за разрешение, и ферму пришлось продать. Он тогда взял всех своих коров, с которыми не смог расстаться, и ушел сюда, где и основал деревню. Я отправился за ним, потом и моя сестра, а со временем о нас узнавали другие люди, и вот, новая деревня теперь есть даже на картах. Шерп гордится тем, что именно он дал шанс на лучшую жизнь многим беднякам, и ни за что не позволит кому-либо предать его.

– Я его не предавала! – в сердцах воскликнула, не зная, как еще доказать хоть кому-то, что в моем отъезде виновата только Герда!

– Этого ты ему не докажешь. В общем, ты должна знать: твое возвращение никого не волнует, кроме Шерпа. Нам нет дела до того, почему ты вдруг уехала, а потом вернулась, у нас своих проблем хватает. Но почему ты вернулась?

– Муж меня выгнал, – не стала лгать я. Михей мне всегда нравился, правда, за последние годы я его совсем забыла, да и он постарел, но, когда мы заговорили, сердце вновь затопила нежность. Михей был тем, кто веселил меня все детство, пока пытался пробиться к сердцу моей бессердечной бабушки.

– Бывает, – пожал плечами мужик и поправил широкополую шляпу. – Но мой тебе совет: как можно скорее убеди деревенских, что без тебя им не выжить. Все ведь понимают, что ты преемница Герды. Если Шерп созовет совет и предъявит против тебя обвинение в предательстве, то большинство, если не все, будут на стороне старосты. Сама понимаешь – коровы…

– К черту его коров, – выплюнула я.

– Тебе есть чем крыть?

– Нечем, – с сожалением ответила я, поморщившись. – У меня есть пять медяков, это все мои накопления. И то даже не мои, а дочери.

– Тогда делай, как я сказал. Ну или поговори с Шерпом, хотя это бесполезно. После того как ты уехала, он не один год бесился. Каждому, кто хоть шаг сделал в сторону лесной дороги, говорил, что если задержится в Бирцане дольше, чем на день, может там и оставаться.

Я промолчала, активно думая, как бы расположить к себе деревенских. Но мое внимание привлекло содержимое корзины Михея.

– Зачем тебе эти грибы?

– Как зачем? – искренне удивился мужик. – Есть, конечно.

– Они ядовиты, – осторожно заметила я.

– Да брось, – отмахнулся сосед. – Я в грибах разбираюсь получше многих.

Глава 8

Доказать ему обратное было невозможно. Я это точно знала, потому со вздохом попрощалась и начала собирать растения для зелья, нейтрализующего отравление. Уверена, уже завтра Михей придет ко мне за ним. Хотя он же наверняка не в первый раз собирает эти грибы? Маленькие, круглые, белые, они очень похожи на дождевые, с одним лишь отличием: у дождевых грибов ножка короткая и серая, а у ядовитых отсутствует вовсе. Хотя и те и те появлялись через неделю после сильного дождя, чем и путали незнающих грибников.

Домой я вернулась с полными карманами всяческих трав, кореньев и листьев, часть из которых пришлось нести в руках. Дом я не запирала, защита на нем стоит такая, что ни одному живому существу не пройти. Ну, кроме тех, кто не желает зла его обитателям. Вернувшись, я обнаружила в гостиной Есю, Лельку и Веронику.

Дочка весело прыгала на диване, самозабвенно рассказывая новым знакомым сказку про колобка, которую когда-то рассказывала ей я. Мне даже ругать ее не хотелось. Пусть прыгает, жалко, что ли? Такой счастливой свою дочь уже давно не видела, и плевать на диван – главное, чтобы ребенок не упал и не ушибся.

Близнецы сметали пыль в одну кучу пушистыми вениками, та клубилась в воздухе, забивалась в нос и рот, и мне пришлось прикрыть лицо пучком трав. Ребятишки не знали, что, прежде чем сметать пыль, полы нужно сбрызнуть водой, а для этого сначала сходить к реке.

– А как нам к вам обращаться? – заметив меня, вдруг спросил Еся. – Госпожа? Леди?..

– Я точно не леди, – хихикнула и закашлялась, хватанув ртом пыль. – Зовите просто Алена. И лучше бы вам сходить за водой – пыль уляжется еще не скоро.

– Ой, а можно и мне? – сразу же заканючила Вероника. – Ну пожалуйста, ма!

– Только если будешь слушаться Лелю, – погрозила я ей пальцем, и дочка обрадованно закивала.

Дети умчали к реке, захватив по два небольших ведра. Воды нужно много, и не только сегодня, поэтому остро вставал вопрос о скважине на территории дома. Вот только вырыть колодец стоит недешево. У меня таких денег нет и никогда не будет, мне могут платить за услуги в Отшельниках только едой.

Пока никто не мешал, быстро поднялась на чердак, там разложила собранное в лесу богатство на сухую простыню, взяла то, что пригодится сегодня, и спустилась. Близнецы принесли с собой целую кучу поленьев и высыпали у камина, так что мне не пришлось идти за дровами на улицу.

Первым делом «испортила» отвар для Зафара. Совесть, конечно, мучила, все-таки не следовало лезть в чужую семью и нарушать их привычный уклад жизни, но и обида за подругу была сильной. К уже готовому отвару я долила порцию нового, тщательно взболтала и вернула на полку. Пару раз порывалась вылить его и вовсе отказать Зафару в помощи, но не могла: Дария должна быть отомщена, а у нас на завтрак должна быть яичница.

Следом на огонь поставила воду для другого зелья – от отравления ядовитыми грибами. Надеялась, что оно не пригодится, но надежда была такой слабой, что, подумав, я приготовила десять порций.

Последним сделала отвар для Ашеньки. Ничего необычного, даже к силам природы прибегать не пришлось, просто смешала корень ромашки с лавандовыми соцветиями, туда же капнула сок питового дерева и, когда отвар остыл, перелила его в маленький пузырек. Аше следует давать по две капли перед сном, и такой порции хватит на месяц.

Не забыла я и про Улю. В итоге спустя несколько часов на полке стояла целая батарея полных пузырьков. У Герды когда-то все стеллажи были заняты отварами, зельями, вытяжками, но куда все это делось после ее смерти, я не знала. Может быть, в последние дни она их раздала или уничтожила, с нее станется.

Замотавшись, я и не заметила, что дети ушли на реку уже довольно давно. Солнце клонилось к закату, когда они вернулись. Мокрые, замерзшие, но с полными