Консультант - Александра Торн

парка, – оно было спрятано в кустах неподалеку от пруда. Девушка погибла в той же восточной части парка, что и предыдущие жертвы. Над ее телом уже работал Кеннеди, пока Бирн и Галлахер пытались допрашивать рабочих – одного из них до сих пор тошнило, другой непрерывно бормотал молитвы, а третий заикался, и Бреннон был неуверен, страдал ли мужик от этого дефекта до столь впечатляющей находки. Лопата, которой превратили в кашу лицо жертвы, была выловлена псом в пруду.

Теперь ведьма сушила Рыжего на заднем дворе, Лонгсдейл раздавал медальоны личному составу, а комиссар устало поплелся к себе. В последние два дня на него как-то много всего навалилось, и, поднимаясь в кабинет, он впервые задумался над тем, что на пенсии, может, не так уж плохо. По крайней мере, не придется читать доклад Бирна о допросе Шиханов, отгоняя одновременно мысль о том, что консультант полиции – какая-то двуединая тварь, о природе которой ничего не знает даже бессмертная вивене[1]. Или кто она там…

– Какого черта?! – взревел комиссар.

Поднимаясь к себе, чтобы немного побыть одному и сосредоточиться, он мечтал о тишине и покое, а не о проклятом пиромане в своем кресле! Чертов гад небрежно бросил на стол амулет, который должен охранять кабинет от его же вторжения, и презрительно заметил:

– Бракодел.

Бреннон тяжело задышал. С некоторым усилием комиссар напомнил себе, что именно благодаря пироману Пегги осталась цела и невредима (уже три раза!) и что он все-таки не покусился на ее девичью честь, хотя и неясно почему. Натан с грохотом захлопнул дверь.

– Я могу арестовать вас за убийство отца Грейса и Джейсона Мура прямо сейчас, – процедил он.

– Вы можете попробовать, – поправил его пироман. Он даже не потрудился снять пальто и шляпу и по-хозяйски развалился в кресле, пренебрежительно оглядывая кабинет. – Это здесь вы работаете?

– Пшли вон из моего кресла, – прошипел Бреннон.

Чародей смерил взором и его, словно оценивал как предмет меблировки, неспешно поднялся и обошел стол – благоразумно по дальней от комиссара траектории. Натан занял кресло, швырнул отчет Бирна в ящик стола и буркнул:

– Ну?

– Вы интересный человек. – Пироман занял стул и из-под шляпы блеснул на комиссара темными глазами.

– Да что вы. Покажите трость.

Чародей поднял бровь. Бреннон молча ждал, сверля его взглядом, который приберегал для самых гнусных отбросов общества. Пироман хмыкнул, положил трость на колени и на полфута вытащил из нее клинок шпаги. Металл отливал бледной зеленью; у гарды вытравлен узкий треугольник, сплетенный из каких-то значков. Знакомый вид. Разжился там же, где и Лонгсдейл трехгранником?

– Сегодня еще одна, верно? – Пироман вдвинул клинок в ножны.

– Угу, – мрачно отозвался Бреннон.

Чародей снял шляпу, повесил ее на спинку стула и пригладил волнистые волосы. Комиссар в глухом раздражении подумал, что на такие кудри имеют право только невинные дети и кроткие девушки, а не…

– Я пришел обменяться информацией, – сообщил пироман.

– Отлично. Начните с вашего имени.

– Не обольщайтесь, – с усмешкой ответил этот кудрявый паразит. – Я здесь только из-за Маргарет. Ну и из-за вас немного.

Бреннон поперхнулся. На миг его посетила жуткая мысль, что пироман не интересуется невинностью Пегги, поскольку вообще не интересуется женщинами. И еще неизвестно, что хуже!

– Нечасто встречаются люди, способные напугать нежить. Почему вы ее не боитесь?

– Информация, – сухо напомнил комиссар. – Или я вышвырну вас из окна, и вам не удастся опять приземлиться на все четыре лапы.

– Мне и в прошлый раз не удалось, если вас это утешит, – насмешливо сказал пироман. – Начинайте.

Бреннон некоторое время молча его рассматривал.

– Если вы думаете, что благодарность за Пегги заставит меня…

– О, не утруждайтесь. Я помню вашу благодарность в прошлый раз.

Комиссар с досадой ощутил укол совести. В конце концов, этот тип спас семью Пегги, хотя и не из благородных побуждений.

– Я полагаю, вы отказываетесь делиться потому, что вам нечего мне сказать, – нагло заявил пироман. – Тогда другая сделка: я вам – информацию, а вы разрешите Маргарет отправиться в убежище, которое я для нее нашел.

– Сделка? – выдавил Натан сквозь зубы.

– Соглашение. Договор. Пакт о ненападении. Думайте скорей, у меня мало времени.

– Отдать вам Пегги в безраздельное пользование.

Пироман иронично хмыкнул:

– Отличные выражения вы подбираете. Но вы не рабовладелец, а Маргарет – не ваша собственность.

– Где гарантии, что она вернется такой же, как была? Честной девушкой, а не с вашим подарком под сердцем?

Губы чародея сжались в тонкую жесткую линию, насмешливое добродушие мигом растаяло, глаза недобро вспыхнули.

– Да вы весьма лестного мнения о племяннице, я погляжу. Опомнитесь, она сама еще ребенок. А вы не можете защитить ее от того, кто убивает, даже не приближаясь к жертве.

Бреннон пристально вглядывался в его худую носатую физиономию. Родственного сходства с Лонгсдейлом незаметно – нервное подвижное лицо, в отличие от невозмутимой физиономии консультанта с тяжелой массивной челюстью. Но все же в пиромане было что-то смутно знакомое…

– Ладно, – согласился Натан. – Гарантии.

– Мое слово. В конце концов, – раздраженно добавил пироман, – за эти месяцы я и пальцем ее не тронул.

– Может, вы еще не нашли подходящий к случаю ритуал.

– Да, черт подери, только и жду астрологического знамения, чтобы ритуально лишить ее невинности на алтаре! – рявкнул чародей, резко поднялся и сдернул шляпу со спинки стула. – Но черта с два я буду ждать, пока ее зарежет собственный отец!

Он уже схватился за дверную ручку, когда Бреннон устало сказал:

– Ладно, успокойтесь. Я согласен. Но вы спрячете Маргарет не раньше, чем я предупрежу ее семью.

– Сегодня же, – потребовал чародей.

– Зачем вам вообще это надо? – спросил комиссар. – Как будто вы не смогли бы увести ее хоть силой, хоть под гипнозом.

– Не обольщайтесь, – холодно бросил пироман. – Я здесь только потому, что она так захотела. И не надейтесь, что даже она заставит меня о чем-то вас просить.

Натан удивленно посмотрел на посетителя. Комиссар был очень далек от мыслей о любых просьбах от этого типа: и так ясно, что просить он вообще не приучен. Пироман бросил шляпу на стол комиссара, оперся коленом о стул, покачался на нем и наконец выдал немного ценных сведений:

– Ваш парк Свободы расположен на месте Чертовой плеши. Это пустырь в городской черте, возникший на месте чумных бараков. Градоправители очень долго запрещали строиться там, опасаясь, что зараза опять расползется.

Бреннон вздрогнул; усталость как рукой сняло.

– Бараки? Дьявольщина! Лонгсдейл говорил о дурных местах! Это оно? Одно из тех, где нечисть может продрать дыру с той стороны на нашу?

– О, – после паузы и довольно уважительно сказал пироман, – вы запоминаете. И пользуетесь.