"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

— Очередей давно нет, — сказал Антон. — Всего в изобилии. Что касается магазинов… Уже во время Максима, в конце двадцать первого века, от них стали всё чаще отказываться. Даже в больших городах. А уж сейчас, в середине двадцать второго века, они и вовсе стали редки. Зачем? В больших городах и, тем более, в мегаполисах почти никто не живёт постоянно, они превратились, в нечто вроде гигантских музеев, куда приезжают, например, в отпуск.

— Чтобы ощутить на себе как жили предки? — догадался Максим.

— Именно, — подтвердил Антон. — Когда-то было модно проводить отпуск где-нибудь на природе. У моря, в лесу, в горах. Сейчас — наоборот. Причём многие такие города-музеи специализируются на разных периодах времени. Даже отдельные районы специализируются, — Антон увлёкся, было заметно, что ему эта тема интересна. — Хочешь пожить в Российской империи конца девятнадцатого века? Езжай в Санкт-Петербург, селись на Невском, Гороховой или Миллионной и погружайся в атмосферу с пролётками, печным отоплением, газовыми фонарями, соответствующей одеждой и всем прочим в том же духе. Нравится советский быт шестидесятых годов двадцатого века? Никаких проблем, тебя ждут Новые Черёмушки в Москве! Автомобили Москвич-403 и Газ-21 Волга с бензиновыми двигателями, очередь за сливочным маслом в ближайшем гастрономе, свежая газета «Правда» в киоске Союзпечати, и даже газированная вода с сиропом за три копейки в автомате. Хочется пощекотать нервы на Диком Западе или в Чикаго времён Аль Капоне? Велкам, лети через океан и наслаждайся. Были бы деньги.

— Так деньги ещё не исчезли? — спросил Максим. — В моё время мы думали, что вот-вот.

— Очень живучая штука оказалась, — сказал Антон. — Без них можно прожить, и весьма неплохо, но не всё доступно. Особенно это касается развлечений. В тот же гангстерский Чикаго без денег не попасть. Да и вообще в США и не только в США.

— Значит, и капитализм жив, — сказал Максим.

— А куда он денется? — удивился Антон. — Даже в нашей советской системе очень много от капитализма, тебе ли не знать. И наоборот. Традиционные капстраны, такие, к примеру, как США, вместили в себя уже столько элементов социализма и даже коммунизма, что не всегда разберёшь, где ты находишься.

— Подождите… — немного растерянно произнесла Людмила. — А где тогда живёт большинство людей, если не в городах? В деревни вернулись?

— Угадала, — сказал Антон. — Только это уже совсем другие деревни, чем в это время. Полный городской комфорт, как я уже говорил, любая доставка, транспортная доступность… Всего не перечислить. И в то же время автономность, тишина, чистейший воздух и все прочие плюсы деревни на выбор.

— Чудеса, — Людмила покачала головой. — А войны? — спросила она с надеждой. — Войны прекратились?

— Увы, — вздохнул Антон. — Многие социологи приходят к выводу, что они и не могут прекратиться, пока существуют отдельные страны и экономические системы. Да, войн стало гораздо меньше. Во многом потому, что человечество активно начало осваивать Солнечную систему, и мы даже полетели к звёздам…

— Перенаправили энергию, — сказал Максим.

— Да, — кивнул Антон. — Даже лозунг такой появился лет сорок назад: «Космос или война!». До сих пор актуален. Опять же, доступные ресурсы. В нашей Солнечной системе их столько, что бороться за них попросту глупо — лети и забирай. А полёты внутри Солнечной стали относительно дёшевы и доступны.

— Заслушаться можно, — сказала Людмила. — Прямо сказка.

— Нет, конечно, — улыбнулся Антон. — До сказки нам далеко. Работы ещё непочатый край. Человеческую натуру так быстро не переделаешь. Но мы стараемся. Так что есть чем заняться, есть, не сомневайтесь.

— Да я, в общем, и не сомневаюсь, — сказал Максим. — О другом думаю.

— О чём? — спросил Антон.

— На кого я оставлю то дело, в которое уже ввязался здесь? Эту новую реальность, которая возникла благодаря моему неожиданному перемещению в прошлое? Заметь, я этого не хотел, так получилось. Советский Союз истекает кровью в самой страшной войне за всю историю человечества. Да, он победит, мы все это знаем. Но я обещал помочь. Не так, как уже помог — больше, масштабнее. Чёрт возьми! — воскликнул он. — Новая реальность уже возникла, назад дороги нет, так почему бы не попытаться сделать иначе, чем было? Чтобы погибло гораздо меньше людей в этой войне. Чтобы победа пришла раньше. Чтобы не возникли другие страшные войны, мелкие — ладно уж, чёрт с ними. Чтобы Советский Союз, в конце концов, не распался в девяносто первом, а, наоборот, окреп и завоевал непререкаемый авторитет во всём мире! Авторитет, основанный на реальных делах и такой технологической, военной и социальной мощи, о которой другие страны могут только мечтать. Вот — настоящая цель, для достижения которой не жалко жизни. Пусть будущее, о котором мечтают нынешние советские люди и, которое, как мы точно знаем, достижимо, наступит в этой реальности раньше!

Максим умолк.

— С меньшими страданиями и жертвами, — сказал Антон. — Что ж, может, ты и прав.

— Мой муж всегда прав, — гордо заявила Людмила и погладила Максима по руке.

Максим засмеялся.

— Это не так, — сказал он и погладил в ответ руку жены. — Не всегда. Но спасибо тебе.

— Вы молодцы, — сказал Антон. — Аж завидно. Я-то пока не женат… Так значит, остаётесь?

— Остаёмся, — сказал Максим. — Да, любимая?

— Да, — подтвердила Людмила. — Мы остаёмся. И будь что будет.

— Всё хорошо будет, — сказал Максим. — Я с тобой.

Антон честно потратил ещё с полчаса на то, чтобы их переубедить. Рассказывал о фантастических достижениях СССР 2.0 в две тысячи сто пятьдесят пятом году, среди которых не последнее место занимали первые полёты к звёздам и путешествия во