Обратный отсчет - Токацин

Первый пробурчал что-то неразборчивое и сунул карту сержанту, тот быстро отдал её сармату и махнул стальной «рукой».

— Проходи!

Гедимин, отступив к ангарам, огляделся по сторонам. Там, где он обычно встречал одного-двух «копов», бродили целые патрули, и вид у «бабуинов» был встревоженный и хмурый. «Бунтовщики?» — сармат озадаченно мигнул. «Опять на Земле что-то началось?»

Он с сожалением взглянул на бесполезный анализатор и шагнул в тень. «Не сегодня,» — подумал он. «В другой раз. Когда „макаки“ успокоятся.»

— Гедимин! — послышалось из прохода между ангарами. — Ты далеко? Я уже выбрался.

— Держись у ангара, я иду, — отозвался Гедимин. Судя по голосу, Иджес прошёл отбор и не наткнулся на патрульных, способных испортить ему настроение. «Большой переполох на Земле,» — подумал сармат, покосившись на площадку перед терминалами; патрули, не найдя других сарматов, стянулись к зданию и стояли там. «Должен оставить следы в сети.»

…«Разрозненные остатки группировки „чистых“ отступили от гетто Окампо, столкновения в Хисаре продолжаются. Гетто Кумаси сообщило о шестнадцати погибших и тридцати одном раненом, сведений о потерях среди нападавших пока нет. „Пустырь завален трупами,“ — сообщает источник, пожелавший остаться неизвестным. „По всем улицам от гетто тянутся кровавые следы. Ни одного мёртвого теска я не видел.“ Федеральные войска, стянутые под купол Кумаси, оцепили гетто и патрулируют окрестности. Совет безопасности опроверг сведения о высланном в Кумаси крейсере. „Северяне справятся своими силами,“ — прокомментировал наш информатор в Совете. „Но с тесками надо что-то делать. Люди недовольны, что их притесняют, а сарматы живут на всём готовом.“ Реакция представителей Мианы на события в Окампо, Кумаси и Хисаре пока неизвестна.»

Гедимин и Иджес растерянно переглянулись. «Опять,» — ремонтник прижал ладонь к занывшим рёбрам и сердито сощурился. «Откуда они вылезли⁈ „Чистые“… Разве Маркус не уничтожил их всех?»

— Интересное кино, — хмыкнул Иджес. — Макаки напали на гетто. Сарматы защищались. Дикари огребли. Почему патрули в Кларке кидаются на нас, а не на людей? Мы-то ни на кого не нападали.

Гедимин тяжело вздохнул.

— Надо было колонизировать Кагет, — пробормотал он еле слышно. — Пусть бы Землю делили земляне.

31 мая 27 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Кенен развёл руками.

— Что я могу сделать, парни⁈ Вот приказ с Земли, вот бумаги от городского совета. Ну да, я знаю, что сарматы защищались. Мы тут вообще никого не убили, даже и для защиты. Когда мартышкам это мешало⁈

Иджес прерывисто вздохнул. Гедимин молча положил руку ему на плечо.

— Жаль, жаль, очень жаль, — Кенен наклонил голову, всем своим видом выражая сочувствие. — Однако… Ис, ты, чем обжиматься с Джедом, лучше бы…

В ту же секунду он оказался на другом конце комнаты, и кулак Гедимина остановился в воздухе, не достигнув цели. Ремонтник сердито фыркнул.

— Ты лучше бы написал жалобу мианийцам, — как ни в чём ни бывало продолжил Кенен. — Тебе испортили праздник, не допустили к соревнованиям… Ты должен защищать свои права! Напиши им. Я помогу с оформлением.

— И что, они пустят меня на регату? — недоверчиво спросил Иджес, с трудом отрывая взгляд от ящика с дроном. В этот раз механизм собирались нести в город не в тряпке, а в специальном контейнере с изображением ядра гелия на каждой стороне — и, как внезапно выяснили сарматы, и контейнеру, и дрону суждено было в день регаты остаться на базе.

— Нет, конечно, — слегка удивился Кенен, — но…

— Tza hasulesh! — Иджес подхватил со стола контейнер и, едва не задев выдвинутую дверную створку, вышел из рубки. Гедимин двинулся было за ним, но остановился на полпути и развернулся к Кенену.

— Приказ с Земли, говоришь… На ремонт нас теперь тоже не пустят?

Маккензи развёл руками.

— О чём ты спрашиваешь, Джед⁈ У них там пять тысяч трупов, и никто не хочет за это отвечать. Они с радостью расстреляли бы все три гетто — и остальных сарматов впридачу, но мианийский крейсер их не поймёт. Я уже позвонил Питу — он пришлёт курьера с нашими реактивами. Мы сегодня, увы, в госпиталь не попадём.

— Будут привозить звездолёты прямо на базу? — Гедимин представил, как по дикому дну кратера волокут «Барракуду», и она на четверть борта проседает во взрытую пыль. Потом он подумал о «Скате», пытающемся проползти по западному шоссе и не снести все автономки вдоль правого борта. Боль в груди стала немного слабее.

— Ничего не знаю, Джед, — снова развёл руками Кенен. — Совет очень рекомендовал нам избегать резких движений хотя бы до двенадцатого. Будет много переписки и переговоров. Надеюсь, этот бред скоро закончится. Сходи, успокой Иса, как бы он не наделал глупостей…

Полчаса спустя Иджес и Гедимин сидели в реакторном отсеке и подавленно молчали. Ремонтник на всякий случай плотно прижал височные пластины — он не был уверен, что «существо» не отреагирует на его состояние перегревом или расстабилизацией. Время для опытов, очевидно, было неудачное. Идти в информаторий не хотелось — Кенен и так неплохо рассказал им последние новости. Иджес молчал, прижимая к груди ящик с дроном, и смотрел в сторону.

— Можно устроить свою регату, — сказал Гедимин, чувствуя себя предельно неловко. Он вовсе не открыл бы рта, но молчание чересчур затянулось.

— Как в Ураниум-Сити. Здесь есть прямые коридоры и много механиков. Сделать дроны, полосу препятствий…

Иджес глянул на него искоса и криво ухмыльнулся.

— Как до войны, да? Снова сразимся в воздухе? Выясним, кто из нас лучший механик?

Гедимин мигнул.

— Я не участвую, — буркнул он, глядя на свои ладони. — Если хочешь, я скажу Кенену. Он оповестит всю базу. Три-четыре сармата согласятся.

Иджес, тяжело вздохнув, поднялся на ноги.

— Не буду мешать тебе, атомщик. У тебя опыты. Пойду к Айзеку. Что-нибудь придумаем.

13 июня 27 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

«Чтоб я когда-нибудь пытался понять „макак“⁈» — Гедимин с силой провёл пальцами по виску — давление ощущалось (или, скорее, мерещилось) даже сквозь шлем — и озадаченно покачал головой. Сарматы-ремонтники, набившиеся в тесный кузов глайдера, летящего на максимально позволенной скорости по западному шоссе, недовольно покосились на него, но смолчали. Судя по отсветам в глазах, каждый из них думал примерно о том же.

После полутора недель