"Фантастика 2025-62". Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

выход был только один. И они воспользовались им, бросившись в реку на самодельных плавсредствах или просто так. Неизвестно, сколько из них утонуло, но ясно точно — как подразделение этот полк больше не существует.

Осложняло всё то, что вокруг почти непролазная тайга с нулевой видимостью. Нередко случается ближний бой, но у ударников в этом случае преимущество, из-за АФ-18-3 и дробовиков.

Темнота, паршивая видимость, ограниченность путей — условия тяжёлые для обеих сторон.

Но ударные батальоны привыкли работать во тьме. Точнее, они только ночью и работали. А вот японская пехота подобным опытом похвастаться не могла…

Вся эта история с закотлением стрелкового полка — это, как раз, результат ночной операции. Японский командир, полковник Йосиро Като, недостаточно быстро понял, чего это коммунисты посреди ночи шумят движками и что вообще происходит.

«За этими самураями — глаз да глаз…» — подумал Аркадий. — «Их хлебом не корми, дай сделать харакири».

С пленными солдатами ничего не поделать — за всеми не уследить, а вот за офицерами ведётся круглосуточное наблюдение, чтобы не покончили с собой, пока никто не смотрит.

Одна беда — в тайге тяжело применять броневики. Их передвижение ограничивается редким открытым пространством, полузвериными дорожками, а также очень нечасто встречающимся редколесьем.

Тем не менее, броневики сейчас в роли мобильных бронированных пулемётных точек, а также средств огневой поддержки ударных батальонов.

Основную массу потерь противнику сейчас наносят именно ударники, прорывающие полуслепую оборону, выставляемую японцами, и заходящие вглубь вражеской оборонительной линии.

Возможно, японский генерал уже жалеет о том, что ввязался в эту авантюру…

В небе над Аркадием пролетел самолёт — скоро будет утренняя аэрофотосъёмка. Если японцы сумели за ночь возвести оборону за прогалинами и участками редколесья, то в штабе об этом узнают и организуют артиллерийские обстрелы.

— … одна батарея, квадрат Ж16, — продолжал Аркадий передавать артиллеристам данные сухопутной разведки.

Эти батареи нужно подавить до того, как авиаторы начнут свою работу, чтобы можно было сразу понять, насколько эффективно отработали артиллеристы.

— Скопление живой силы противника, квадрат М19, — также добавил Аркадий.

Можно было поручить это кому-то ещё, но он координирует действия войск, а радиостанция у них всего одна — поэтому он затрачивает незначительное время на передачу координат для артиллерии.

Японцы, если и слушают сейчас эфир, совершенно не имеют времени и возможности, чтобы оперативно перемещать батареи и подразделения, поэтому Аркадий действовал, как генерал Самсонов — говорил в открытую, на всю тайгу в радиусе четырёх десятков километров.

Артиллерию так быстро не переместить, а вот пехота сама не захочет никуда перемещаться.

Причиной нежелания японцев совершать какие-либо манёвры, является инновация, производимая Мотовилихинским механическим заводом. Это первые серийные противопехотные мины, к тому же, оснащённые самоликвидатором.

Самоликвидатор выбрали самый надёжный — механический. Часовой механизм сложен в производстве, поэтому производят его в Петрограде, на Механическом заводе № 1.

Мины будут лежать в сырой земле ровно неделю, после чего начнут взрываться.

Конструкторы Механического завода № 1 предлагали химическую самоликвидацию, на основе коррозии — идея заключается в том, чтобы поместить в механизм мины кислоту, которая будет постепенно разъедать стержень ударника, что, спустя неделю-две, сделает мину небоеспособной. Но это звучало не очень надёжно, поэтому Аркадий выбрал пружинный часовой механизм.

Каждая мина весит по пять килограмм, из которых два килограмма — тротил, килограмм — оболочка, а два с половиной килограмма — готовые поражающие элементы. Взрыватель на этих изделиях примитивный, нажимного действия, весящий, вместе с самоликвидатором, пятьсот грамм.

«Наши механизмы — самые большие механизмы в мире…» — подумал Аркадий.

Заводские испытания показали, что мина способна наносить травмы ударной волной в радиусе 10 метров, а осколочные поражения возможны в радиусе 15-20 метров.

То есть, даже если на мину наступит один японский солдат, то пострадает всё его подразделение.

Всего было поставлено двадцать три тысячи мин — ими усеяли наиболее удобные для вражеского наступления локации.

В общем-то, японцы ещё не понимают, что происходит, но уже начали нести потери. Одна попытка продвижения была полностью остановлена минами, установленными полудугой в двух километрах от вражеских позиций. И, судя по характеру подрывов, японцы подумали, что попали под артиллерию, поэтому побежали вперёд, чтобы выйти из-под обстрела, чем сильно усугубили свои потери.

Можно было, конечно, не заморачиваться с самоликвидаторами, но Аркадий слишком хорошо помнил новости из прошлой жизни. После первой фазы Третьей мировой на минах подрывались десятки случайных гражданских — он не хотел здесь чего-то такого.

«Всё равно, будет», — подумал он. — «Но не с нашей стороны. Наши мины будут взрываться через определённый срок и не нанесут ущерба спустя годы».

Он поставил перед конструкторами КБ при Механическом заводе № 1 задачу постоянно совершенствовать механизмы самоликвидации мин. В том числе, он просил подумать над аналогами для военно-морского флота. Отцепившиеся якорные морские мины, десятилетиями плавающие по морям и океанам — это тоже очень нехорошо. И последствия их подрыва гораздо хуже по количеству жертв.

«Мы не можем знать, сколько пропавших в морях кораблей пропало по их вине», — подумал Аркадий.

Загрохотала артиллерия. Снаряды пролетали прямо над броневиком — противник не так далеко, как кажется.

— Танки в квадрате К9! — примчался вестовой. — Восемь-девять единиц — Марки первые!

— Принято, — ответил Аркадий.

В квадрате И9 всё плотно усеяно минами, поэтому Аркадий только и мог, что пожелать противнику удачи…

Тем не менее, он прикрепил к указанному квадрату фигурку танка и написал на ней «8-9».

Белогвардейцы, называемые сейчас не иначе, как мятежниками, не оставляют надежду переломить ход войны подаренными британцами танками…

Но уже ясно, что британский Марк I пробивается стреловидной пулей 4,5×54 миллиметра, на дистанции до ста метров. Пусть заброневое поражение у этих пуль так себе, но всё решается интенсивностью обстрела. К тому же, красноармейцы-бронебойщики уже прекрасно знают, кто и где сидит.

Контролируя ход боя, Аркадий не заметил, как время перевалило за полудень. В час за ним пришли — прямо у броневика установили стол и накрыли обед.

Быстро перехватив перловки и выпив кисель, Немиров вернулся в броневик и продолжил работу.

Уже хотелось спать, но бой не ждёт.

Противник полностью утратил инициативу и вновь воюет от обороны, но оборона эта паршивая, дырявая, поэтому Аркадий хотел использовать это обстоятельство максимально, пока в голову японского генерала не пришла разумная мысль.

«Отступать на заранее подготовленные позиции», — усмехнулся своей мысли Немиров.

И всё-таки, потери от встречного боя слишком высоки. Основная масса потерь РККА пришлась на фазу борьбы за инициативу — в ходе этого